Логин
Пароль

Регистрация

Главная > Книги Новости туризма на сервере Скиталец - новости в формате RSS

SOS с вершины

Автор: Поволяев В.

(журнал "Турист", № 7, 1975 г.)

Сканирование и обработка: Виктор Евлюхин (Москва)

Сумерки были долгими и пронзительно синими - в ослепительный ультрамариновый цвет окрасились деревья, упиравшиеся в самые балконы гостиницы "Иткол", огромные камни-валуны, буграми вылезающие из осевшего по весне снега. В гостинице было непривычно тихо - минул час ужина, и теперь царил час "мертвый".

...Ожидание всегда утомляет, а я ждал Николая Дупленко уже больше часа. Он пришел довольно поздно, сбросил с плеч куртку, сел в кресло. Вытянул ноги, взглянул в окно. Был виден Эльбрус, самая его макушка. Я не выдержал, спросил первое, что пришло в голову и, естественно, банальное:

- Каков Эльбрус, а? Красавец...

Незначительные вопросы - незначительные ответы. Время шло, и я уже хотел было перестать мучить человека, но Дупленко вдруг начал рассказывать:

- Стоял сентябрь, когда приехали в Терскол студенты из Каменец-Подольска - есть такой небольшой яблоневый городок на Украине. Приехали со свистом и гиканьем. Восемь человек. Летом у них был третий семестр - трудовой, студенты подзаработали денег и решили, как говорится, побродить по родной стране, полюбоваться ее красотами. Приехали в Терскол. Походили по ущельям, обследовали склоны и рощи - понравилось. В один прекрасный день решили: почему бы не сходить на Эльбрус? Вон ведь сколько туристов летом на Эльбрусе побывало! Словом, по тропам Старого Кругозора поднялись на Ледовую базу... Есть у нас такой приют, расположенный на высоте 3700 метров. Там в это время отдыхал ленинградский инженер Николай Фигнер. Парень спортивный, хорошо тренированный, но не альпинист. Был он несколько заносчив и самоуверен - это и сыграло позже плохую роль. Ребята, добравшись до Ледовой базы, прицепились к Фигнеру: своди нас на Эльбрус, да своди.

Фигнер и вида не подал, что не альпинист, дал себя уговорить.

Ночью - примерно часа в два - двинулись на Эльбрус... Я, например, был на пике Ленина, серебряную медаль на первенстве Союза по альпинизму получил - наша команда второе место взяла, уже несколько лет мастер спорта СССР, многое повидал, но никогда бы вот так, с бухты-барахты не двинулся на Эльбрус. Из пиков-пятитысячников Эльбрус самый коварный. Погода может измениться в пять минут - Эльбрус имеет свой микроклимат. Недаром в переводе на русский "эль" - это ветер, а "брус" - крутить. Идешь по маркированной трассе, небо ясное, безоблачное, вдруг откуда-то вихрем налетает ветер, поземка начинает куролесить, и вокруг тебя уже пляшут белые, как молоко, столбы. И ничего не видно: вытягиваешь перед собой руки - пальцев не различить.

В общем, поднимались студенты со своим проводником трудно - хватала одышка, давала знать горная болезнь.

Прошло несколько часов, когда разгулялась вьюга. Вместо того чтобы быстро засечь ориентиры и по ним уйти вниз, студенты собрали "вече", начали обсуждать: продолжить восхождение или нет? Верх взяло тщеславное "продолжить!". Один, наиболее трезвый, предложил было немедленно уйти в приют, так его обозвали трусом.

Через полчаса они поднялись на макушку, оставили в консервной банке записку, начали спускаться вниз. При спуске сбились с тропы, заблудились и, разбившись на две группы, потеряли друг друга.

Фигнер с двумя студентами оторвался и ушел вперед. Оставшиеся же шестеро, потеряв в лице Фигнера проводника, стали топтаться на месте: где-то рядом находились ледники, оказаться на них - почти верная смерть, студенты это знали и ледников боялись.

Взяли левее. Стало примораживать. Снег до крови сек щеки: каждому из ребят, вконец обессилевшему, хотелось упасть, переждать пургу в снегу, но они, загораживаясь руками от ударов снега, шли и шли вперед. Наконец, остановились, сгрудились в кружок. На губах у каждого вопрос: "Куда идти?" Пять человек - пять разных мнений, ошибочных, и только шестой - тот, кого обвиняли в "трусости", подал разумную мысль. Он сказал:

- Когда мы шли на Эльбрус, ветер в левую щеку дул, а возвращаемся - дует в затылок. Почему? Ведь он же должен быть справа. Справа, а не в затылок!

Он слыхал, что на Эльбрусе ветер месяцами не меняет своего направления - дует, не отклоняясь ни на градус... Ни на градус!

Говорить было тяжело, снег слепил глаза, набивался в рот, в ноздри, было трудно дышать, от снега смерзлись ресницы. Все подавленно молчали - выходит, они не знали, куда шли до этой минуты. Решили взять круто вправо и впредь ориентироваться по ветру. Через полтора часа перед ними засерел, чуть заметный во вьюжной мгле, бок трехэтажного дома. Это был "Приют одиннадцати"! Это было спасение!

Студенты же, ушедшие с Фигнером, не вернулись в приют ни ночью, ни утром следующего дня. Дали "SOS", Коли тревога - значит работа нам, спасателям: бери веревки, ботинки-трикони - и на маршрут! Искать, выручать, спасать. Пошли... Я и со мной еще четыре альпиниста…

Он замолчал и опять задумался, вспоминая.

...Группа Фигнера попала на ледопад. Это очень опасно и страшно - очутиться во время горной вьюги на ледоломе... Где-то хряпают, ломаются ледовые толщи, отваливаются целые глыбы, катятся вниз, в пустоту, и ощущение того, что можно вместе с глыбой самому свалиться в пропасть, леденит, парализует мозг и мускулы, обрекает человека на неподвижность. А тут еще пурга яростно ухает, злобно и пугающе тянет хриплым жутким голосом долгое "у-у-у"...

Остановились на пять минут передохнуть. Фигнер во время этой "пятиминутки" признался, что никакой он не альпинист, а такой же смертный, как и все; только, может, в горах бывал немного больше... Неведомы были Фигнеру горы, их нрав, свирепость их. Веревок у отбившейся группы не оказалось. Попробовали связать брючные ремни, но связка оказалась слишком слабой - лопнула, едва ее взяли на пробу. Фигнер растянул группу цепочкой и первым уполз в снежную мглу. Удачно перевалили через десяток трещин, потом остановились. Фигнер предупредил:

- Впереди трещины широкие, закрытые... Растянемся еще на чуть-чуть...

Отдышавшись, он махнул ладонью, словно сам себе подал команду, сделал несколько гребков руками и... пропал. И сколько ни кричали студенты - не отозвался Фигнер. Через несколько минут нашли дыру в снежном потолке трещины. И глубокий черный колодец - Фигнер провалился в него...

С его спутниками судьба обошлась более милостиво - они обморозились, обросли ледяной коркой, но остались живы, к утру вышли на маркированную тропу, где мы их и встретили.

Ребята едва могли говорить - губы распухшие, синие, кожа банановой кожурой с лица слезает, глаза ненормальные - эта ночь им тяжело досталась. От них-то мы и узнали, в какую трещину угодил Фигнер. Через полчаса мы нашли трещину, нашли и дыру-колодец. Связали две веревки, по восемьдесят метров каждая... Я первым пошел в трещину. Спускаюсь, а на душе муторно - трещина глубокая, темная, по обе стороны висят огромные, этакие телеграфные столбы - сосульки по полторы тонны весом каждая. Да кроме того, в трещине полно звуков; раздается глухое уханье - это ломается лед, вот звук и растекается по гротам, множится...

Через несколько минут меня оторопь взяла. Остановился оглядеться, подумал, что, сорвись одна из сосулек, как топором веревку перерубит, если заденет... Взглянул вверх - дыра-колодец уже была совсем маленькой, не больше игольного ушка. Крикнул, чтобы внимательнее следили за спуском; крик ударил по ушам орудийным выстрелом.

Через полчаса достиг дна трещины. Влево уходила узкая и очень глубокая (не меньше километра глубиной!) штольня, справа бесилась подземная река. Фигнер мог угодить в штольню, а мог и в реку. Если же угодил, то искать бесполезно. Под ногами- осколки льда, комки твердого снега. Начал раскапывать их ледорубом - как бы там ни было, надо обследовать каждый миллиметр трещины. Через несколько минут подцепил острием какую-то тряпку, потянул на себя, выдернул. Клок брезентовой куртки! Стал руками разрывать площадку. Человек!

Это был Фигнер. Да, Фигнер... До последних минут, до самой своей смерти он пытался найти выход из своего безвыходного положения - разрывал руками фирн, бился головой, пробовал подняться. У него был переломлен позвоночник, рот забит застывшей кровью - он ею и захлебнулся.

...Тело завернули в транспортировочную палатку, погрузили в алюминиевую лодку-акью и спустили вниз.

Минут десять мы сидели молча.

- А как же со студентами? - наконец, спросил я.

- Забрали в милицию, хотели оштрафовать за самовольное восхождение, да денег у них не оказалось. Отработали две недели на строительстве канатной дороги и укатили к себе на Украину.

- А человек погиб...

- Да. Погиб.

Дупленко сцепил руки на колене.

Я заглянул в окно. Будто полярное сияние взыграло на вершине - до Эльбруса дотягивались солнечные лучи. Казался он в этот момент неприступным...

В начало страницы | Главная страница | Пишите нам
АвторыАвтостопВелотуризмВодный туризмГорный туризмЗаконыИнтернет-магазинКартыКнигиКонкурсыКонный туризмЛыжный туризмМедицинаМероприятияНовостиО сервереОбучениеПарусный туризмПешеходный туризмПитаниеПоиск попутчиковПутешествияРазмещение материаловРегионы походовРеклама на сервереРынок снаряженияСкиталец.FAQСпелеологияСпонсорамСсылкиСтатьи о снаряженииТворчествоТерминыТест-лабораторияФИДОФорумыФотогалерея