Скиталец - сервер для туристов и путешественников
Логин
Пароль
Зарегистрироваться
Главная > Регионы Новости туризма на сервере Скиталец - новости в формате RSS

 

 

У края беды

Статья из журнала "Турист", № 3 за 1985 год

Автор: Александров А.

Прислал Виктор Евлюхин (Москва)

 

Пурга все усиливалась. Казалось, весь снег, выпавший накануне, поднялся в воздух, голубое небо побелело, и солнечный диск превратился в размытое пятно. Склон Пай-Ера заштриховало полосами летящего снега, отчего он как будто бы отодвинулся и исчез.

О восхождении нечего было и думать. Уходить же не хотелось - быть может, завтра установится погода и нам все же выпадет счастье подняться на самую высокую гору Полярного Урала. Что делать? Решили строить иглу - хижину канадских и гренландских эскимосов, куполообразное строение из снежных кирпичей, сложенных по спирали. Во-первых, в этом походе мы как раз собирались научиться сооружать такое убежище, а во-вторых, сидеть в палатке и ждать погоды было бы просто слишком скучно.

Валерий Язов взял пилу-лопату и заложил карьер для добычи строительного "кирпича" (за пристрастие к этой работе он получил прозвище "карьерист"). Саша Шуваев принялся выводить спираль. Виктор Останин поправил очки, затянул потуже армейский ремень на короткой меховой куртке и стал подтаскивать снежные блоки от карьера к месту строительства. Я надел темные очки-консервы и присоединился к Останину.

Работа кипела. Между тем покинутая нами палатка смешно моталась между вбитыми в наст, лыжами, грозя вот-вот порваться. Она была старушкой, и много лет горники, лыжники, пешеходники таскали ее по горам и долам, вымачивая под дождями, промораживая под снегами, прожигая искрами костров. Такую палатку взяли мы в этот поход, можно сказать, нарочно, чтобы не лениться строить хижину-иглу! Тем не менее, нам стало жаль старушку, мы ее сняли со стоек и привалили края снежными кирпичами, чтобы не хлопали на ветру. А через несколько минут уже закончили свою стройку, соорудив самое надежное в арктике убежище - так пишут об иглу. Маленькая хижина получилась довольно неказистой, хотя была уже третьей по счету в нашем походе. Мы замазали, как водится, щели, придали куполу "товарный вид". Прячась от ветра, нырнули внутрь, принесли примус и, пока варился обед, согрелись, отдохнули от свирепого ветра, а после трапезы решили выйти строить иглу № 2 попросторнее, чтобы не тесниться и с комфортом выспаться ночью.

Ночлег

Ветер, однако, разгулялся не на шутку. Чтобы удержать равновесие, приходилось сильно наклоняться, как бы опираясь на воздушную струю. Стоял яркий солнечный день, но, чтобы увидеть дневное светило и полюбоваться голубизной неба, по всей вероятности, нужно было бы подняться над тундрой метров на десять. Тогда открылась бы взору и такая феерическая картина: живое движущееся снежное марево над землей. Мы с друзьями суетились где-то на дне этого бурлящего потока, пытаясь усовершенствовать свой походный быт. Но большая иглу не получалась - кирпичи не хотели вставать на свои места, так и норовя свалить уже поставленные ранее. Трудно стало дышать, борьба с ветром казалась бессмысленной: стоило ли терять столько сил, еще мокнуть в липком снегу, если убежище от непогоды хоть и тесноватое, но есть? Решили работы прекрати готовиться ко сну.

Лагерь представлял картину довольно внушительную.

В восточной части - ветрозащитная стенка, под ней полузанесенная снегом палатка. Ближе к нам недостроенная иглу - большое снежное кольцо полутораметровой высоты, диаметром около трех метров, сложенное из толстых снежных блоков. Ниже небольшой снежный купол - пристрой для вещей. Конечно, погода свирепая, но мы спокойны, так как уверены в прочности своего снежного дома. Отряхивая друг друга от налипшего снега, сдирая с лиц маски с кусками мутного льда, посмеиваясь и предвкушая теплую еду, отдых, не спеша залезаем в хижину и готовимся к ночлегу.

Погода не баловала нас с первого дня этого путешествия: тяжелая облачность ворочалась над Уральским хребтом. Я был в этом районе уже в третий раз и считался специалистом. Другие ребята пошли в тундру, имея опыт таежных зимних путешествий с их кострами, мощными подстилками из веток сосны или ели, с ночными дежурствами у печки, которая уютно потрескивает в углу большой теплой палатки.

Конечно, я рассказывал перед выездом на маршрут об особенностях путешествий по Полярному Уралу, но многие мои требования воспринимались с неудовольствием. Действительно, трудно после тяжелого перехода, когда все силы уже отданы, строить ветрозащитную стенку, хотя в воздухе ни малейшего дуновения. Но пурги нажимали, по утрам приходилось откапывать нарты из-под наметенного за ночь сугроба. И мы упорно строили иглу, ветрозащитные стенки. Мастер спорта писатель Александр Берман, широко пропагандируя иглу, неоднократно отмечал, что главное достоинство хижины в ее надежности даже в условиях сильной пурги.

Вот и на сей раз, забравшись в свое снежное убежище, мы спокойно улеглись в спальный мешок, составленный из четырех спальников-одеял, согрелись и моментально уснули. В иглу было тихо и почти тепло, хотя на улице ревел ураганный ветер. К ночи он достиг всесокрушающей силы, как потом пришлось убедиться: сломал несколько окантованных металлом лыж, вбитых в наст, развалил ветрозащитную стенку, за которой лежала старенькая палатка, сровнял с землей недостроенное кольцо из снежных блоков и взялся за наше убежище.

Тревога

Меня разбудил Шуваев: "Саня, что-то дует прямо в голову". Я с неудовольствием вынырнул из объятий сна и буркнул: "Не знаешь, что делать, что ли? Возьми и залепи дырку снегом".

Шуваев завозился в мешке, переворачиваясь на живот и стал скрести снег. В лицо, как из брандспойта, ударила струя ледяных кристаллов, и я проснулся окончательно: "Ну что там у тебя?" "Слушай, - ответил Александр, - я сейчас пробовал залепить отверстие, но ничего не получается, оно все больше и больше. Тогда я измерил толщину кирпича.

Оказалось, он совсем тонкий, сантиметров пять - не больше". Я оторопел. Похоже, наше самое надежное убежище разваливается: видимо, кристаллы снега, которые с огромной скоростью мчатся по воздуху, истончают кирпичи, за которыми мы прячемся. Из свода выпал кирпич, и грохот урагана ворвался в иглу.

"Всем срочно одеваться!" - скомандовал я, лихорадочно натягивая штормовой костюм. Было тесно, и потому Язов не участвовал в общем аврале, все еще находясь, как я подозревал, между сном и явью. Виктор решил спиной закрыть брешь в куполе. Это был опрометчивый шаг - дыра увеличилась раз в пять. Язов наконец тоже проснулся. Мы решили выбраться из хижины, разобрать недостроенные сооружения и попытаться взятыми из них кирпичами заложить бреши.

Разумеется, никто из нас не представлял себе в полной мере, каково сейчас там, на "улице". А там бушевал настоящий ураган. Шуваев, проговорив что-то насчет снежных кирпичей, оставшихся у палатки, уполз во тьму. "Назад!" - закричал я, но Саши уже не было. Представилось, как моего друга сбросило ветром вниз, в обезумевшую тундру, как он упорно карабкается, чтобы вернуться к нам, и не может найти то, что осталось от лагеря. К счастью, сильнейший порыв ветра отшвырнул Александра от палатки и бросил прямо на меня. Я намертво вцепился в его куртку, и мы оба упали.

Шуваев отдышался и заявил: "А... знаешь, там ведь ничего нет!" "Как - ничего?" - не понял я. "А вот так: все сровняло с землей".

Пурга ревет

Хотя третья часть купола нашей хижины улетела в тундру, в оставшейся части еще можно было стоять на полусогнутых ногах без риска взлететь на воздух. С горем пополам мы попытались перевернуть спальник так, чтобы лежать ногами к ветру, но, не сумев сделать это по всем правилам, кто в чем забрались внутрь.

Эта ночь запомнилась каждому на всю жизнь. Спальный мешок приходилось крепко держать руками и ногами, в малейшие отверстия немедленно набивался снег, подтаивавший от тепла наших тел. Руки и ноги нещадно мерзли, и я отогревал их на груди у Александра. Купол иглу отламывался кусками.

Валерий Язов, так и не успевший надеть полное штормовое снаряжение, с Останиным, до сих пор не нашедшим чуни, другой половине мешка все никак не могли "утрястись".

Валерий почему-то лег к Останину "валетом", и Виктор жаловался, что тот мешает ему дышать. Но вот все угомонились. Лежу и думаю, что с нами будет дальше. Пока часть купола стоит, на наших ногах будет скапливаться сугроб, уплотняемый ветром. Потом, пожалуй, из него и не выберешься. Если только постоянно шевелить ногами, удастся избежать этого. Когда же купол окончательно рухнет, мы лишимся последней защиты. Наш сборный спальник, конечно развалится, он и сейчас еле держится...

"Ну как дела, мужики?! - зову я. - Ноги не мерзнут?! Не вздумайте спать и постоянно шевелите конечностями, работайте, работайте!"

Ребята вроде бодрятся, даже пытаются шутить. Ужасно холодно, все отсырело, ноги сводит судорога.

План спасения

Но время идет. Похоже, что и ветер малость стихает. Постоянно шевелимся и будим друг друга. Переговариваюсь с Алексакдром, обсуждаем план спасения. Он прост. Как только развиднеется, нужно поставить палатку (прежде, конечно, откопав ее из-под снега). Разжечь в ней огонь и переодеться в сухое, после собрать снаряжение и уходить вниз, там конечно, не так сильно дует. Вопрос в том, выдержит ли наша старушка? Ну да другого выхода, похоже, у нас все равно нет. Теперь в деталях: кто что будет делать? Первым выйдет Останин, он поздоровей, решаю я. "Я не смогу выбраться, меня снегом завалило!" - слышу голос Виктора. Значит, самому придется выходить в первых рядах.

"Слушай каждый свою задачу!" - кричу я, а потом, когда все уяснили себе, что делать, выбираюсь на свет.

Ветер немного стих, развиднелось.

Тундру не узнать: вся изрыта ветром, вся в застругах, как будто в застывших, приготовившихся к прыжку волнах. От лагеря ничего не осталось: только по некоторым неровностям наста и кое-каким сохранившимся признакам можно угадать, что где находилось. Страшно холодно, нас начинает колотить дрожь. Стремглав бегу к двум лыжам, торчащим из снега. "Почему только две?" - мелькает вопрос. Палатка под настом. Исступленно бросаюсь на твердый снег и крушу его кулаками. Краем глаза вижу, как из "берлоги" выскакивает Шуваев, пытается бежать ко мне, но ноги ему сводит судорога, и он падает. Зато потом Саша оказался догадливее меня: у палатки он подобрал обломок лыжи и стал орудовать им, как лопатой.

Все идет по плану, только вот палатка откапывается медленно. На четвереньках подползает Язов. Он шарит в снегу, отыскивая вход в палатку, протискивается в него и приподнимает скаты. С крыши один за другим слетают куски снега, и вот палатка уже стоит. Ура!

Хватаю ледоруб и разбиваю красное колесо одометра в мелкие куски. Под тонким пологом вспыхивает костер, трещит оргстекло. Но пурга еще не кончилась, наша палатка ходит ходуном, рвутся швы, образуются дыры. Не обращаем на это внимания и переодеваемся в сухую одежду, которую принес Витя Останин. О, блаженство! Насколько же теперь теплее! И мы принимаемся за шитье палатки. Останин снаружи протыкает ткань иглой, ребята изнутри прихватывают порванное место и просовывают иглу обратно.

Счет потерь и ошибок

Подсчитаем свои потери. Они не столь уж велики. Ветром унесло термометр, большую кастрюлю, пилу-лопату, сломало часть лыж. Жить можно, но все промокло. Еще одну такую встряску нам не выдержать, и мы уходим запасным вариантом - в сторону Сейды, ближайшего к нам поселка. Считаем, что нам просто повезло: иглу не развалилась до конца, да и старенькая палатка пригодилась, не подвела.

Свои ошибки мы полностью осознали и суммировали много позже, в спокойной обстановке, анализируя и сопоставляя факты. Вот выводы, к которым пришла группа:

1. Неудачно было выбрано место для лагеря - на склоне горы, невдалеке от каньона ручья Кеч-Пель. Возможно, сказался аэродинамический эффект этого скального сужения, и потому ветер здесь был особенно свирепый.

2. Иглу для четырех человек оказалась слишком мала, в результате чего возникло избыточное тепло, которое не позволило образоваться прочной ледяной корке в толще кирпича (наружная температура воздуха была около -5°).

3. В этот раз, стремясь полностью изолироваться от сильного ветра, мы пренебрегли советом оставлять в куполе иглу вентиляционное отверстие, отчего в швах между кирпичами постоянно возникали свищи; это конечно же не способствовало повышению прочности сооружения в целом.

4. Иглу разрушалась не только изнутри, но и снаружи. В воздух поднялось огромное количество снега, который, как песок из пескоструйного аппарата, истончал кирпичи.

Были допущены и ошибки, говорящие о непродуманности, несобранности в организации похода и самого ночлега:

1. В тесном помещении мы легли ногами к выходу, головами к ветровому потоку. Когда срочно понадобилось вы браться наружу, это оказалось не так-то просто.

2. Не было подготовлено личное снаряжение - одежда, спички. Когда потребовалось срочно одеться, не все смогли это сделать.

3. Снаряжение (палатка, спальник), которым располагала группа, было низкого качества.

4. Сшитые из брезента ветрозащитные костюмы сильно намокали во время пурги, так как снег к брезенту хорошо прилипает.

Говорят, на ошибках учатся. Однако в туризме свои собственные ошибки могут дорого обойтись. Лучше учиться на ошибках других. Потому мы и решили рассказать о своем неудавшемся походе. Возможно, наш печальный опыт поможет другим малоопытным туристам избежать неприятных инцидентов в пути.

Свердловская обл.

В начало страницы | Главная страница | Карта сервера | Пишите нам




© Скиталец, 2001-2011.
Главный редактор: Илья Слепцов.
Программирование: Вячеслав Кокорин.
Реклама на сервере
Спонсорам

Rambler's Top100