Скиталец - сервер для туристов и путешественников
Логин
Пароль
Зарегистрироваться
Главная > Регионы Новости туризма на сервере Скиталец - новости в формате RSS


Заонежье вдвоем

Автор - Максим Сысоев (Санкт-Петербург)

Часть первая. Трио2дуо

Желание вызревало долго. Года четыре тому назад, прочитав свежекупленного Шилова, я вспомнил заонежский поселок Шуньга, где, в бытность свою геологом, провел несколько месяцев. Вспомнил скалы, чистую воду озер, быстрые, говорливые протоки между ними, эту, ни с чем не сравнимую, особую, настоящую карельскую природу. И захотелось мне туда вернуться.
Тогда, в 1999-м, это желание вылилось во второй Уницкий поход, не принеся особого удовлетворения. Потом были другие речки, любопытство влекло меня на север… А Заонежье оставалось надежным, стопроцентным вариантом на крайний случай, как все временное, постепенно ставшее постоянным.
Но так сложились в прошлом году обстоятельства, что в сезон было не сорваться - работа. Да и воду из рек кто-то унес… И я решил вернуться в Заонежье. Если говорить честно, я еще покочевряжился, запланировав не сам Заонежский полуостров, а северо-восточную часть Заонежья, именуемую Выгорецией (по реке Выг). Выбрал там небольшую речку Немина, впадающую в великолепную Челмужскую губу с ее белопесчаными пляжами и двенадцатикилометровой косой, закрывшей этот кусок Онеги от западных ветров. Были, правда, сомнения по поводу штормов, но я решил рискнуть. Запасным вариантом стал маршрут через Челгозеро и Гахкозеро.
Идти решили втроем. Мариша на КНК, Леха на Тополино и я на надувной шалапуньке, гордо именуемой моим каяком. Как всегда, перед самым походом, Леха умотал на Ладогу, клятвенно заверив меня, что вернется в день отьезда.
… Когда я позвонил ему домой в шестой раз, мне сказали, что по непроверенным данным, исходя из телефонного звонка, у них сломалась машина и Леха пытается добираться автостопом. После четырех часов вечера я ему звонить перестал, справедливо рассудив, что в случае прибытия он мне отзвонится сам. Хотя в душе я уже поставил крест на третьем участнике нашего похода. Доперев, при помощи Маришкиного родственника, шмотки до вокзала, мы еще честно, хотя и безнадежно, ждали Леху до последнего.
…В поезд погрузились без приключений. С нами в вагоне ехала группа каякеров на Тумчу. Пожелали им удачи…
Утром, проезжая по мосту через приснопамятную речку Уницу, был неприятно поражен полным и абсолютным отсутствием воды в том месте, где четырьмя годами раньше наблюдался вполне двоечный, хотя и не слишком полноводный, порог Мостовой. Получасовых колебаний и попыток оценить гидрологическую обстановку на Немине, где средний расход воды всего в полтора раза выше, чем в вышеупомянутой каменистой, безводной пустыне, было достаточно, чтобы остановиться на запасном варианте. Решено, едем в Шуньгу - и в глубь полуострова.
Выгрузив гору снаряги в окрестностях вокзала в Медгоре, иду докупать оставшиеся у Лехи продукты. По дороге встречаю владельца УАЗика.
- Куда ехать?
- В Шуньгу…
- Москвичи платят по 15 (рублей за километр)
Зная аппетиты карельских перевозчиков, не удивляюсь. К тому же, господа из столицы, швыряясь деньжищами, сильно взвинтили в последние годы ценник.
- А в Питере - по 10…
- Ну давай по 10!
Нет, можно было бы еще поломать… Но лениво, да и на воду хочется поскорей. То-то Маришка все твердит, что ей не верится…
В пути наш железный конь несколько раз глох, но, в конце концов, на дорожном указателе, мы прочли "губа Святуха". Ну, значит, и до Шуньги рукой подать. Мест для лагеря у воды не наблюдается. Вот и Шуньга на горизонте. "Направо, вдоль Пертозера!" - командую я. Проехав километра два с половиной, утыкаемся в пастбище. Дров нет, подходов к воде нет, рядом населенка! Трам-тарарам!
Наш водитель предлагает отвезти нас на берег Святухи, куда, по его словам, он обычно возит туристов. Поехали! И вот, наконец, мы одни. Не считая стада мохноухих коров по соседству. "Ну, теперь веришь?" - спрашиваю я у Маришки…

Часть вторая. Каяк Рубика

Что могут делать двое на безлюдном берегу залива в течение суток (с перерывом на сон и еду)? Совсем не то, что вы подумали… И совершенно не то, чего хотелось бы нам!
В течение следующих суток мы собирали каяк. Нет, опыт у нас был. Как опытные, но в меру ленивые люди, стесненные жилищными условиями, мы честно собрали дома каркас и убедились, что железо все на месте. Надули поддувы - дырок нет. Шкура опасений не внушала, была плотной и хорошо проваренной пластиковой лентой по кильсону.
Быстренько собрав каркас, приладив поддувы, мы стали натягивать шкуру. После нескольких попыток стало ясно, что шкура не налезает… Попробовали поменять местами шпангоуты. Вроде бы - лучше. Время шло.
Наконец нам показалось, что нос и корма встали на место. Было что-то около шести часов вечера. "Остальное должно встать само!" - решили мы, и попытались изобразить из двух половинок полноценное судно. Не тут то было! Кильсон принципиально не хотел становиться единым целым. Целых десять сантиметров дюралевой трубы успешно препятствовали этому процессу. Да еще муфта, которую очень не хотелось ломать.
Попыхтев с полчасика, перебрав в уме самые замысловатые ругательства, мы отложили это безнадежное занятие. "Утро вечера мудренее!"…
Сидя с кружками чая у вечернего костра, мы наслаждались покоем, чему, правда, не очень способствовали одолевавшие меня сомнения. "Надо поменять местам нос с кормой" - вдруг выдала идею Маришка: "Завтра займемся!" Ну, конечно же, ведь не может такого быть, чтобы мы - да не собрали…
На этой, полной оптимизма, ноте закончился наш первый день в Заонежье.
С самого утра нам не терпелось проверить Маришкину догадку. Разобрали, собрали. Шкура стала налезать явно легче. Надежда переполняла нас. Вот сейчас все получится!
Это было подобно удару дубиной! Кильсон опять не хотел вставать на место!!! Еще около часа, злобно шипя, мы подтягивали, просовывали, расправляли складочки… Но нет, головоломка не решалась!
Мы впали в апатию и уныло смотрели на каячный полуфабрикат. В голове проносились видения позорного возвращения в Питер. Два идиота вернулись из не начавшегося похода, не сумев собрать каяк - комичнее ситуацию сложно себе представить. Параллельно прокручивались способы аварийного съема с маршрута.
Не помню, на что отвлеклась Маришка, но в этот момент я решил предпринять последнюю попытку. Сдавлено взревев, я схватил две половины кильсона, и, покраснев от натуги, все-таки состыковал торцы двух труб. Ура!!!
… Аккуратно соединив все, что нужно было соединить, надев муфты на все сочленения и придав шкуре относительную продольную симметрию, мы с удовлетворением оглядели дело наших рук. Каячок вышел слегка кривоватый, с задранными носом и кормой, поскольку, в порыве отчаянья, я умудрился изогнуть кильсон сразу в двух направлениях. Но нам он показался верхом совершенства.
Пора бы и в путь. Естественно, после обеда. Собрав и загрузив в наши плавсредства все, что требовалось собрать и погрузить, попрощавшись с гостеприимным берегом, мы вышли на воду.
Идти нам было недолго, часа полтора, ежели верить карте. Правда, я долго не мог приноровится к рысканью моего короткого и довольно широкого суденышка. Маришку же мучила иная проблема. Криво собранный каяк давал сильный дифферент на правый борт, что не способствовало продуктивной гребле.
Но вот низкие, поросшие тальником, берега, сменились скалистыми обрывами, столь типичными для Карелии. Где-то здесь, за поворотом, в глубине бухты, должна начинаться тропа, ведущая к Чужмозеру. А вот и стояночка. И столик есть… Решено, встаем.
Идти на разведку тропы решили утром. Тем паче, что вариантов волока вырисовывалось два. Прямиком, через горку, и вверх по ручью, до глухого озерца, соединенного, в свою очередь, протокой с Чужмозером. Как всяким уважающим себя водникам, идти по суше нам не хотелось.

Часть третья. Путь наверх

Вечер был потрачен на обследование окрестностей и разработку планов на завтра…
Утро встретило нас солнцем и довольно теплой погодой. После завтрака я отправился на разведку. Разведывались, понятное дело, водные пути. В процессе изучения малого водотока, а, выражаясь менее научно, небольшой речки, мною был открыт трехметровый водопад, сенокосный луг и стоянка карельских аборигенов. Мне очень хотелось верить, что обнос водопада (метров 350) будет единственным на сегодня, ибо выше него речка хоть и терялась в густом кустарнике, но выглядела вполне ходимой.
Дело оставалось за малым - найти устье этой речушки, то есть место, где она впадает в заливчик, столь гостеприимно нас приютивший. С нашей стоянки все смотрелось, как непроходимая стена камыша в дальней оконечности. Ближе к нам берег был сильно заболочен, и разглядеть что-либо не было никакой возможности. Во время утреннего разведрейда я тоже не смог разглядеть устье в буйнозеленых зарослях ивняка.
Занеся лодку выше по течению, я сплавился вниз, и проход был найден. Правда, позднее, я минут 10 пытался найти его среди кустов и камыша, но я твердо знал - ОН ЕСТЬ!
Быстренько собравшись, мы с Маришкой встали на воду и двинулись вверх по течению сей безымянной протоки. Дойдя до водопада, мы уделили должное внимание его красотам, отщелкав с пяток вполне банальных кадров. Остальное внимание мы уделили процессу обноса вещей и судов. А скирдующие сено местные жители остались совершенно равнодушны и к нашим персонам, и к нашим вещам. Что меня, скорее, порадовало…
Последние метры сквозь кусты, загрузка, и вот мы снова на воде. До глухого лесного озера мы добрались без приключений и сразу предприняли попытку обнаружить устье другой речки, по которой мы намеревались подниматься дальше. На карте обе речки выглядели совершенно одинаково, что предполагало некую их похожесть. Обойдя озеро по периметру, я не нашел ничего, отдаленно напоминающего устье ручья или речки. Нас это озадачило, поскольку на бумаге место впадения находилось не далее, чем в 50 м от истока уже пройденной нами протоки. Так, озадаченные, мы и остановились на обед.
Восстановив силы, мы решили избрать испытанную тактику - пешую разведку. Долина искомой речки выглядела не вполне приятным болотом, поэтому я пошел лесом (не люблю болот). Прогулка ничего не дала, и я все же решил обследовать болотину. Каково было мое ликование, когда, не пройдя и 15 шагов, я обнаружил узкий, но относительно глубокий, канал - утерянную нами речку! Вода в озере упала, и устье ее стало непроходимым даже для каяка.
Короткий волок по болоту, эквилибристика при загрузке, и… в какой то миг мне показалось, что на сегодня лимит неожиданностей исчерпан. Как бы не так. Метров через триста протока уходила в настолько низко растущие кусты, что не могло быть и речи о проходе под ними. Вариантов виделось два: часа полтора активной работы топором или… Или еще один обнос. Второй вариант показался нам более быстрым, хотя и довольно муторным. Волоки по заболоченному бездорожью - совершенно не мой конек.
Просмотр показал, что кустарник тянется метров на 200, после чего еще метров 100 мелководья. Дальше - водопадный участок. Падение больше полутора метров, но воды практически нет. Обнос очередного препятствия не длинный, но через поляну, заросшую крапивой высотой кое-где по грудь.
К концу этого волока сил у нас оставалось немного. Теоретически, Чужмозеро должно было быть уже где-то рядом, и я решил просмотреть весь оставшийся участок пути. То, что я увидел, меня не обрадовало. На протяжении километрового участка речка, конечно, была, и, даже, текла, но воды в ней было - по щиколотку, а ширина на некоторых участках уменьшалась до метра.
Как правило, из двух зол выбирают меньшее, но меньшее зло - тоже зло. На сей раз, я выбрал проводку и еще около часа тянул и толкал свою груженую шалапуньку, поскальзываясь на скользких и довольно острых камнях…
После всего этого сесть в лодку и просто грести было почти наслаждением! Впереди виднелось озеро…

Часть четвертая. Отдых в чистом виде

Наконец-то озеро... Сил едва хватило на то, чтобы добраться до ближайшего острова. Чутье не подвело опытного адмирала - мы с ходу попали примерно туда, куда хотели! А хотели мы найти удобную стоянку, где и предаться праздному безделию в течение следующих часов тридцати.
Стоянка была удобной, более того, стоянка была оборудованной! Внизу, на скальной ступени, сиротливо притулился банный каркас. Чуть выше - очаг. А наверху обнаружилась мечта гигантомана - стол площадью не менее 6 квадратных метров. Столешница была набрана из мелких сосновых стволов и перевязана огромным количеством капроновой бечевки. Вообще, создавалось впечатление, что соорудители стоянки совершили налет на прядильно-ниточный комбинат, ибо бечевка применялась повсюду и без всякой меры. Выше стола было расчищено место для палаток.
Получасовые попытки закинуть спасконец на почти голую сосну (очень тент натянуть хотелось, и именно над столом), закончились успешно. Удача улыбнулась мне на …дцатом броске, веревка легла именно на нужный сучок. Дальше все было просто…
Ужин, ритуальное возлияние - и спать, спать, спа…
Полное безделие на природе - вещь утомительная, время медленно ползет между завтраком и обедом, ожидание ужина растягивается на года. Приходится идти на разные ухищрения, как то - мелкий ремонт снаряжения, скрупулезное изучение места стоянки, стирка одежды, сбор ягод на компот и т.д. и т.п. Иногда помогает.
Собственно, следующие несколько дней отличались от дневок исключительно регулярными упражнениями по постановке и съему палатки, вытряхиванию и запихиванию шмоток и ленивой греблей по и против ветра. Причем, напрягались мы аж часа по полтора в день. Поначалу это вызывало у Маришки некоторое недоумение, но, затем, она втянулась…
Запомнилась "брусничная" стоянка, где приходилось выедать место для палатки, поиски просеки, ведущей на Гахкозеро (не обнаружена) и разговорчивый ворон. На озерах, вообще, голоса птиц отличались разнообразием и необычностью. Одна стонущая по вечерам сова чего стоила! Но ворон отличался особой разговорчивостью. Минут 40 он булькал, курлывал, квакал и хрипел, ни разу не каркнув.
Оказалось, что протока между озерами, найденная нами не без труда, вполне проходима, и, к вечеру следующего дня, мы уже любовались красотами Гахкозера. Как ни странно, они разные. Гахкозеро отличается более живописными берегами, удобными оборудованными стоянками и обилием островов. А еще там живут "высоковольтные" пчелы (а, может, осы).Они совершенно не обращают внимания на людей, но их утреннее жужжание среди сосновых ветвей напоминает гудение высоковольтной линии.
Все попытки изловить плещущуюся по вечерам рыбе закончились полным фиаско. Обожравшаяся насекомыми рыба не желала даже попробовать наживку на вкус. Не спасла и самодельная блесна. Местные рыбаки объяснили позже, что в этом озере рыба ловится только сетями и только в определенных местах.
Кстати, из аборигенов на озерах мы встретили, в общей сложности, четырех человек. А туристов в это время там не наблюдается вовсе.
Проведя еще один день в частичной праздности, мы задумали сменить место своего обитания на новое, с целью (вы не поверите), устроить там дневку. После чего провести водную и пешую разведку волоков на Путкозеро. Картам веры уже не было, но как-то местные сюда попадали. Все вопросы решила беседа с рыбаком, обнаруженным нами в лодке, недалеко от места нашей новой стоянки.
"Да, тропа есть. Начинается недалеко отсюда, ориентир - красная лодка…"
Отлично, и на разведку ходить не надо! Отдыхать, так по полной! Тем паче, что стоянка была великолепной, оборудованной столом, каркасом для тента, очагом со скамеечкой. Имелась даже деревянная скульптура - морской дракон. А на камне неленивыми москвичами были высечены не только даты посещения, но и оригинальная фраза "Лето, солнце. А мне скучно!". Где еще такое увидишь?

Часть пятая. Как мы боялись

Следующий день был посвящен осмотру окрестностей и прочему ничегонеделанью. Помимо совершенно фантастических по форме сосен и шикарного брусничника, были обнаружены заросли можжевельника. Погода стояла великолепная, хоть и довольно ветреная.
Под вечер ветер стих, над озером воцарился штиль. Только плеск рыбьих хвостов да странные птичьи крики нарушали вечернее безмолвие.
Вот тут оно и началось. Сначала в сумерках послышались чьи-то шаги. Как будто человек медленно шел по болоту. Занятые ужином, мы не слишком обращали на это внимание. Мало ли какой одинокий лось шастает в низине...
Закончив вечерние хлопоты, мы расположились у огня. Небольшой костерок уютно потрескивал в очаге. И тут шаги раздались снова. Заинтригованные, мы взяли фонарик и осмотрели болотину. Никого… Посвистев в свисток, чтобы спугнуть зверя, мы прислушались. Не реагирует. "Ушел" - с некоторым облегчением подумал я. Вернулись к костру. "Шлеп, шлеп, шлеп, шлеп…" - раздалось в вечерней тишине. После чего послышался звук падающего дерева. И не подгнившей болотной березины, а солидной сосны. Именно сосны, ибо в других случаях звук падения должен быть глуше. Однако! Покричали, посвистели… Тишина.
"Шлеп, шлеп, шлеп. Бабах!" Еще одно дерево. Стало неприятно и зябко. Гадать, кто это, не хотелось. Но в воображении смутно вырисовывался образ большого злого ГРИЗЗЗЛИ! Вариант здоровенного спятившего лося был ничем не лучше.
Захотелось подкинуть в потухающий костер дровишек. Взяв в одну руку топорик, а в другую - фонарик, пошел изучать низину. Естественно, сверху. Никого. Поорали, побили ложками по мискам… Тишина.
Далее в костер полетели толстенные сухие бревна, заготовленные предыдущей группой. Не думал, что Маришка такая здоровая! От нервного напряжения стало слегка потрясывать...
"Шлеп, шлеп, шлеп, шлеп…". Так дальше нельзя! На часах - пол-второго, надо идти спать. Уютный спальник не помог заснуть спокойно. Часов до четырех утра мы выскакивали из палатки и "пугали" шлепающее нечто. Наконец нас сморил недолгий, чуткий сон.
К семи рассвело и гул "высоковольтных" пчел показался мне приятней музыки. Ночной ужастик закончился!
Собирая лагерь, мы, почему-то, твердо решили, что на следующую ночевку встанем на острове.
День был экспедиционный. Задача - обойти озеро и выяснить, можно ли подняться по протоке в небольшое озерцо, расположенное южнее и выше.
Ветер, ессесственно, в морду. Дошли до устья протоки. Даже опытный лозоходец вряд ли обнаружил в этой "мостовой" признаки воды. Хотя уклон предполагал, в иное время, наличие некоторого количества водопадов. Не судьба. Идти наверх пешком не имело смысла, да и не хотелось. Решили пообедать, посмотреть южную оконечность озера и возвращаться. После обеда я прошвырнулся по берегу и обнаружил васнецовскую заводь, только Аленушки на камушке не хватало…
В процессе дальнейших исследований была обнаружена еще одна оборудованная стоянка, даже с пристанью. Маришка не поленилась залезть на высокую береговую скалу и щелкнуть оттуда меня и панораму озера. После чего мы двинулись к месту нашего последнего пристанища на Гахкозере.
Еще на воде Маришка заметила дымку. Ну, жаркий день, погода меняется, марево - дело обычное. Уже подгребая к облюбованному острову, мы почувствовали запах гари. Оглянувшись, мы с трудом разглядели берег, который осматривали часа полтора назад. Все было в дыму. Вот только лесного пожара нам не хватало!
Поставили палатку с наветренной стороны - больше негде. Половина озера скрылась в дыму. Стало тяжело дышать. Ужин пришлось готовить в несколько заходов, периодически скрываясь от штормового ветра и начавшегося ливня в обширном тамбуре нашей палатки. Новая палатка, как пишет Гуревич, "питерского производителя N", с честью выдерживала изрядные порывы ветра, особенно, когда я закрепил все растяжки
Дождь немного прибил дым, и стало заметно, что центр пожара довольно далеко от нас. В сумеречном небе пролетел "пожарный" самолет. На душе стало спокойнее - пожар заметили…
Спалось тревожно, и только к утру, когда стало ясно, что ветер сменил направление, сон взял свое. Впрочем, особо расслабляться было некогда - впереди был волок.

Часть шестая. "Пешка"

Некоторое время утро еще хмурилось и пугало дождичком, но солнечные лучи настойчиво пробивались сквозь тучи, и, к моменту переправы на "Большую землю" погода установилась. Загрузив, как попало, лодку (чего мучаться - до берега 30 метров), я резво пересек пролив. Маришка уже зачалилась. Часа полтора ушло на перепаковку, в результате мы имели забитый шмотками драйбег, упакрюк с лодкой, веслами и прочим снаряжением, рюкзачок с продуктами и каяк. Изначально планировалось, что, надев драйбег на спину, рюкзачок на грудь и взвалив на Маришку упаковку, мы бодро похватаем каяк и быстренько пробежим 3-4 километра. Ага! Даже с продуктовым рюкзачком спереди дышать удавалось с трудом. А надо было еще смотреть под ноги, ибо тропа состояла из отдельных скользких, покрытых мокрым мхом, камней. К тому же, наш марш-бросок начинался с довольно крутого, двухсотметрового подъема. "Нафиг!" - подумалось нам с Маришкой как-то одновременно. Челночить, все-таки, легче…
Спуски чередовались с подъемами, тропа оставалась такой же каменистой, иногда радуя отвесными скользкими уступами метра по полтора высотой. Попадались и заросли густого кустарника, сквозь которые приходилось пробиваться на полусогнутых. Солнце припекало, от комаров приходилось отмахиваться свободной рукой или веслом. Все 33 удовольствия. А тут еще и силы стали заметно таять…
Впереди показалась поляна, откуда уже угадывалось внизу Путкозеро. Визуально, до его берегов оставалось еще метров 700-800 спуска, поросшего можжевельником, каким-то кустарником и рябинами, красно-оранжевыми от ягод.
Время ближе к четырем, пора бы перекус устроить. Что мы и сделали, дав отдых натруженным ногам. Самое тяжелое - собрать себя после привала. Вот где пригодился бы опыт барона Мюнхгаузена! С трудом заставив себя встать на гудящие ноги, я приготовился было еще полчасика потрудиться - не удалось. К моему удивлению, метров через сто тропа заканчивалась. На берегу Путкозера. В просвете густого камыша отчетливо виднелась деревня на другом берегу. Неужели дошли?!
На Маришку было жалко глядеть. Безучастная ко всему, она сидела на каких-то шмотках, всем своим видом выражая полную неспособность к каким-либо действиям. А мимо шли местные мужики…Впрочем, мужики резво сели в, привязанную на мелководье, лодку и угребли по направлению к деревне. А нам предстояло еще найти место для лагеря.
Я бы не сказал, что это случилось моментально. Более часа мы боролись с встречным ветром, пробиваясь вдоль линии камышей на север. Густой кустарник сменял заболоченные бухты, просветов не наблюдалось. На другом берегу они, конечно, были, но, по карельским обычаям, вдоль всего берега шла "населенка", что не радовало.
Наконец, скорее звериным чутьем, чем визуально, мы заметили кусочек относительно чистого берега. Нашему взору предстала отличная ровная поляна, окруженная кустами и ольшаником, покрытая высокой мягкой травой. Посредине поляны стояло несколько сосен, ветви которых образовали почти что навес. Это было наградой за все сегодняшние мытарства.
Вечером, сидя под соснами у мерцающего костерка, мы смотрели в темнеющее небо, на темную, притихшую воду озера, отражающую последние отсветы заката и огни деревни. И, впервые за последнее время, пришла в голову грустная мысль, что отдых подходит к концу, что осталось несколько дней до отъезда в Питер. Мысль эта, еще не слишком назойливая, угнездилась где-то в подсознании. Почему все хорошее так быстро заканчивается?…

Часть предпоследняя. А название я так и не придумал…

Днем раньше на день наступивший строились разные планы. К примеру - по речке выйти в Онегу. Или вот еще…
Начавшийся утром дождь перечеркнул все. Впрочем, перечеркнул - сильно сказано! Просто не было желания в этот, то моросящий, то усиливающийся холодный осенний дождичек собирать влажную палатку, лезть в мокрую лодку и куда-то грести. Ближе к трем пополудни желание двигаться с места пропало окончательно. Вопрос дня - "Разве мы куда-нибудь торопимся?". В общем, Таити показались далекими и ненужными.
К вечеру стало раздувать, к ночи - заштормило. Червячок сомнения грыз - может, стоило уйти сегодня? Уснули, заставив себя надеяться на лучшее…
А вот редьку вам! Ветер не стихал, по озеру гуляли довольно приличные волны. Но деваться было некуда. Собрались, погрузились, пошли. Решили пересечь озеро и идти подветренным берегом. Как вариант - поймать в деревне напротив попутку до Шуньги.
Пересекли, но, видимо, это был не наш день. В качестве жертвы кораблекрушения в село была заслана Маришка, ибо моя комплекция и довольная физиономия жалости не вызывали по определению. Пока она отсутствовала я полюбовался издалека на деревянную церковь на горе и на гору Городок на покинутом нами берегу Путкозера.
Несмотря на врожденную сердобольность местных жителей, Маришкина миссия потерпела фиаско! Ну и нечего тут ловить! Догребем…
Несмотря на встречный ветер, греблось довольно резво. На горизонте уже завиднелась Шуньга, медленно укреплялось желание пообедать. В конце концов дошли до некоего полуострова, который показался нам вполне гостеприимным. До Шуньги оставалось чуть более двух километров и мы, предостерегаемые г-ном Шиловым (уж это мне, чисто московское - "нормальных стоянок нет!"), решили здесь переночевать.
Полуостров был весьма своеобразен. Даже довольно неопытный пинкертон смог бы предположить, что это место выпаса коров. Но не коровьи лепешки придавали своеобразие этому месту. В центре полуострова возвышался холм, увенчанный конусом из некрупных камней. Такие конусы часто попадаются на верховых пастбищах. По периметру холма правильным полукругом росли пирамидальные можжевельники, издалека напоминающие кипарисы. Со стороны озера полуостров закрывали от ветра ольховые заросли, оставляя широкий просвет в районе каменистой косы, далеко выдающейся в воду. На самом берегу стояла вертикально каменная плита, напоминающая обелиск. С "большой землей" полуостров соединялся болотистым перешейком, и было понятно, что в менее засушливое лето, а особенно по весне, полуостров превращается в остров.
Мрачноватое очарование этого места завораживало. "Гиперборееманы" не преминули бы обнаружить здесь очередной центр местечковой древней цивилизации. Я тоже примерил на окружающий пейзаж некий полумистический антураж.
От философских размышлений меня отвлек вид быстро затягиваемого тучами неба. Переместив палатку и снарягу вглубь полуострова, под прикрытие редких ольховых стволов и, оставив Маришку заниматься хозяйством, я решил проверить возможность пешего выхода с маршрута.
Перескочив по бревнам и доскам пересохшее болото (местные жители явно клали гать), я углубился в лес. Пройдя с километр на звук автомашин, идущих по шоссе, я решил повернуть обратно, поскольку смысла тащить шмотки через густой подлесок более двух километров не было.
Братья-туристы, опытные и не очень! Никогда не пытайтесь срезать угол в незнакомом лесу! Короче, я заблудился, чуть не сломал ногу, пробираясь между каменистых кочек высотой мне по пояс, и с трудом нашел обратную дорогу.
Все еще пребывая под впечатлением пережитого, я запретил Маришке идти за брусникой, из-за чего она надулась и часа два со мной не разговаривала. Ночью началась гроза, сопровождаемая шквальным ветром. Дождь немного стих только к утру, позволив нам, с относительным комфортом, собраться. Впереди нас ждали самые тяжелые километры пути…


Часть последняя. Домой…

С великим трудом удалось нам отчалить. Крутая короткая волна прибоя вбивала суда в черную гальку пляжа. Но Шуньга была уже недалеко, да и выбора у нас не было. Моя шалапунька скакала по волнам, как дикий мустанг - сказывался дифферент на корму. Падая с очередного гребня волны, она поднимала тучи брызг. Впрочем, в условиях перманентного дождичка, это не доставляло большого дополнительного неудобства. Все равно - мокрый!
Некоторое время я пытался идти за Маришкой по открытой воде, но продвигался вперед настолько медленно, останавливаемый порывами ветра, что забрался в прибрежные камыши. Волна здесь была повыше, но стебли тормозили дрейф назад. Выскочив на некоторое время из камышей, я наткнулся на моторную рыбацкую лодку. Картинка напоминала неожиданную встречу с медведем в малиннике. Легкая оторопь на лице рыбака постепенно сменилась недоумением. Похоже, он усомнился в моих умственных способностях…
Вот уже начались первые прибрежные бани. Затем пошли дома. Последний рывок - и мы финишируем на кусочке песчаного пляжа, усталые, но довольные.
Эйфория преодоления продолжалась недолго - пора было собираться и искать попутный транспорт. Наконец, суда и большая часть снаряги собраны. Я отправился искать транспорт. Выхожу на дорогу, вижу бортовой УАЗик. Хозяин вблизи не прослеживается. Но, как известно, язык до Киева доведет…
Захожу в гараж поблизости - никто ничего не знает. Иду дальше. Сзади не очень трезвый голос, мол, друг, какие проблемы? Объясняю, что есть желание, через некоторое время, выехать в сторону Медвежьегорска. Далее выясняется, что машина есть, Жигуль-"пятерка", но надо спросить Васька. Из сумбурной речи я понял, что мужик из охраны Минюста, пригласил сослуживцев, охраняющих местные картофельные поля, в баньку. И, если Васек согласится, есть шанс через часок уехать. Долго зовем из бани Васька. Выходит голый молодой парень, изрядно навеселе. Далее происходит следующий диалог:
- Надо ребят отвести в Медгору!
- Так ведь не задаром…
- Понятное дело (это в разговор вступаю я). Сколько?
- (Пауза) Ну… сто пятьдесят дашь?
- Без вопросов!
- (Эх, продешевил!) А двести?
- И двести дам.
- По рукам. (И, уже вдогонку) И бутылку пива, большую!
…Через некоторое время раздается сигнал и разбитая "пятерка" останавливается на шоссе. Подхожу ближе - машина забита шмотками. Намекаю прозрачно, что у нас много вещей. "Ща, сделаем!" - говорит мой первый знакомец, и, с помощью еще более нетерезвых охранников, вываливает содержимое салона и багажника прямо на асфальт. Походя выясняется, что Васька одного отпустить нельзя, поэтому с ним поедет еще один охранник. Оно, конечно, правильно, поскольку Васек с трудом стоит на ногах…
Как мы все разместились - разговор отдельный. Но влезли. И рванули с места. Метров через пятьдесят я уже жалел, что согласился на этот рейс. Перед каждым крутым поворотом Васек отвлекался на разговоры со своим соратником и выкручивал руль уже в последний момент… И это на скорости под сотню!
Видимо на наше счастье, мотор заглох километра через два. Как выяснилось - заглох окончательно. Васек и его товарищ задумчиво бродили вокруг машины, чесали в "репе", заглядывали под капот, пытаясь при этом не упасть. Потом, зачем-то, вытолкали машину на встречную полосу…
Расстались мы по-хорошему. Охранники занялись привычным для них делом, а мы, выгрузившись, стали ловить попутку. Минут через сорок поймали. Как я понял позже - нам повезло. Фургон оказался "дежуркой" связистов. Мы познакомились со старшим, и, под забавные связистские байки, доехали до вокзала. На законный вопрос: "Сколько?", мрачный водитель буркнул: "Пятьдесят", чем привел меня в некоторое изумление. Ну что ж, хозяин - барин…
С билетами проблем не было, но паровоз шел ночью, и мы до часа ночи куковали на вокзале. Последний сюрприз нам преподнесли железнодорожники, объявив за двадцать минут до отправления, что поезд пребывает на третью платформу. На первой в это время стоял другой состав. Взвалив нашу, довольно значительную, поклажу на плечи, мы совершили героический марш-бросок через виадук и, естественно, в конец состава. А еще была закрытая дверь вагона и отсутствие проводника…
Но, все хорошо, что хорошо кончается. Закончилась и эта история. До новых встреч.

В начало страницы | Главная страница | Карта сервера | Пишите нам



Комментарии и дополнения
Добавление комментария
Автор
E-mail (защищен от спам-ботов)
Комментарий
Введите символы, изображенные на рисунке:
 
1. Разрешается публиковать дополнения или комментарии, несущие собственную информацию. Комментарии должны продолжать публикацию или уточнять ее.
2. Не разрешается публикация бессмысленных сообщений ("Круто!", "Да вранье все это!" и пр.).
3. Не разрешаются оскобления и комментарии, унижающие достоинство автора материала.
Комментарии, не отвечающие требованиям, будут удаляться модератором.
4. Все комментарии проходят обязательную премодерацию. Комментарии публикуются только после одобрения их текста модератором.


Фотографии:















© Скиталец, 2001-2011.
Главный редактор: Илья Слепцов.
Программирование: Вячеслав Кокорин.
Реклама на сервере
Спонсорам

Rambler's Top100