Скиталец - сервер для туристов и путешественников
Логин
Пароль
Зарегистрироваться
Главная > Регионы Новости туризма на сервере Скиталец - новости в формате RSS


Амгунь - река таежная

2003 г.

Автор: Дмитрий Верин-Галицкий (Хабаровск)

Клуб "Арго": http://klub-argo.fromru.com

Арго! Да пошлёт нам небо путь с луной и звёздами!
Арго! Если парус сникнет, мы ударим вёслами!...

Памяти Дорофеевой Елены Вениаминовны…

Введение

Мысль о путешествии по реке Амгунь возникла у меня спонтанно в начале июня 2003 года, т.е. месяцем раньше самого похода, когда стало очевидно, что на Кодарский хребет, поход на который я вынашивал в течение года, по разным причинам нам не пойти. Достал атлас Хабаровского края масштабом 1 см : 2 км, откопировал страницы с предполагаемым районом путешествия, склеил в одну карту. Получилась «простыня» более 1 метра, т.е. длина сплавной части предполагаемого путешествия должна быть более двухсот километров. Неплохо. Оценивая изображение реки на этой карте, предположил, что идти можно. Поспрашивал знакомых туристов, сказали, что кто-то когда-то там сплавлялся. Сказали, что есть заломы. Ну, куда без этого, река-то таёжная. Но зато есть несомненный плюс для походов с детьми: участок Амгуни от посёлка Сулук до посёлка Берёзовый, где мы должны будем проплыть, проходит вдоль железной дороги (БАМ, восточный участок), трижды пересекая её. Конечно же, река течёт не вплотную к «железке», это было бы совершенно некстати, но рядом, значит всегда есть возможность быстрого выхода к людям.

Еще очень хотелось оказаться летом в том районе, куда часто ходим зимой. Ведь реки, которые текут с Баджальского хребта, впадают в Амгунь именно там, где мы должны будем проплыть.

Поделился своими планами со Степаном Степановичем. Вначале он весьма скептически отнёсся к моей затее, указав на огромное количество разбоев (проток) и островов на реке. Но и не отказался от неё. На тот момент обстановка в Лицее с нашей работой сложилась такая, что углубляться в подготовку к походу было некогда, но через две недели собрали всех потенциальных участников и сказали: «Идём!»

Так, как мы готовились к этому походу, мы не готовились никогда. Обстановка в школе совершенно невозможная, какое-то напряжение, какое-то дерганье, какая-то нервозность. В прошлом году, когда мы готовились к походу по Тырме–Бурее, тоже было напряженно, но не так. Но тогда был другой директор. Сейчас же мы просто терпели и ждали момента, когда же наступит десятое июля, когда мы сядем в поезд и на какое-то время забудем про работу. Если получится, конечно. Уже во время похода мы сами себе удивлялись, как мы ничего не забыли, это касалось и снаряжения, и продуктов. Потому что головы у обоих в буквальном смысле были свёрнуты набекрень. Вообще, по большому счету, так готовиться к походам нельзя. А к походам с детьми в особенности.

Так как подготовка к походу была такой, какой была, соответственно и состав группы оказался невелик – всего двенадцать человек, из которых трое взрослых – нас двое и Дорофеева Елена Вениаминовна, наш врач. Елена Вениаминовна не особенно представляла то путешествие, в которое она собралась, но ей очень хотелось сходить в водный поход. В прошлом году в походе по Тырме нас было восемнадцать, и к походу готовиться мы начали с апреля. Но если тот маршрут для нас был известен, то Амгунь пока оставалась «черным ящиком», поэтому меньший состав нашей группы был как раз на руку.

Прошлогодний эксперимент с написанием «книги» про поход по Тырме удался. И так как я остался доволен результатом, то в этот раз я даже и не сомневался, что у нас что-то не получится. Только немножко изменил подход к написанию самих детских текстов. Если в прошлом году тетради для записи походных впечатлений были общими, и они были доступны всем, то в этот раз я решил разделить эти тетради и сделал отдельную тетрадь для девочек, отдельную для мальчиков, ну, и отдельная тетрадь - для командира, то есть для меня. А вообще, в идеале у каждого должна быть своя тетрадь. Для чего так? Просто чтобы исключить для ребят ситуацию прочтения их «откровений» здесь и сейчас. Ведь далеко не каждый комфортно себя чувствует, когда только что написанный текст кем-то читается в присутствии автора сразу, или почти сразу после того, как он его написал. Потом ради бога, потом пусть читают, но это будет потом, а не сейчас.

И пусть потом в итоговом произведении о прошедшем путешествии многие сюжеты и моменты похода в текстах разных участников похода повторяются, не беда, зато они личностны, и в них, в их существительных, прилагательных, глаголах, междометиях есть видение и оценка каждого, кто приложил руку к тому, чтобы это итоговое произведение появилось на свет.

Поход

10 июля 2003 года

Время без двадцати семь утра. Выхожу из дома – на улице дождь. Замечательно! Остаётся надеяться, что он не вечен, и к нашему приезду к месту начала нашего маршрута он закончится. Умом понимаю, что этого-то как раз может и не быть, но очень хочется! Зонтик – самая походная вещь, но мне без него никак нельзя, ведь у меня видеокамера, а если что-то снимать и идёт дождь, и кадры интересные пропадают, то зонт просто незаменим.

Без десяти семь все уже на вокзале, а вот командира, то есть меня, пока нет. Я опоздал на автобус, на котором, бесспорно, успел бы, но начальство не задерживается…

Отец Никиты Шамрина давным-давно привёз на своём грузовике упаковки с катамаранными рамами, бочки с продуктами, мой и Степана Степановича рюкзаки.

Быстро определяемся с тем, что и кому нести и выдвигаемся на перрон. Поезд уже давным-давно стоит, и, как оказалось, весь наш вагон загружается в Хабаровске, и он уже полон. В вагоне - духотища, с горем пополам распихиваем вещи. Полок «нормальных» (не боковых) только три, и те верхние, остальные боковые и опять же верхние. Ладно, как-нибудь доедем.

Нас одиннадцать человек – трое взрослых и остальные дети и почти уже не дети (Авлукову Васе уже почти семнадцать лет, но до окончания школы ему ещё один год). Ещё одна девочка, Катя Шевцова, должна присоединиться к нам на станции Постышево (посёлок Берёзовый). Катя - дочка моего товарища Миши Шевцова, но так сложилась жизнь, что живёт Катя вместе со своей мамой в Берёзовом.

Без двадцати минут восемь наш поезд отправляется. Дождь так и идёт. Тоска. И лишь робкая надежда в душе, что Сулук далеко, и там дождя не будет.

Из того, что произошло в поезде, особенным я бы отметил нашу со Степаном Степановичем встречу с одной учительницей, с которой мы когда-то работали шестьдесят третьей школе. И в который раз убедились, что земля-то наша вовсе не велика. А в остальном – поговорили, поели, поспали, снова поели, опять поговорили, да дети в карты поиграли.

Из всех наших участников этого похода к опытным, кроме нас со Степаном Степановичем, можно отнести Василия Авлукова, Сергеева Семёна, Монченкова Вову да Игумнова Пашу. Катя Шевцова, Юля Ключникова, Даша Демчук, Никита Шамрин, Вова Ананьев и Дорофеева Елена Вениаминовна – это туристы-новички, на катамаране они ещё не сидели и весла в руках не держали. Что ж, наверное, их время пришло, чтобы стать настоящими туристами-водниками. И у каждого это время своё…

В половине шестого наш поезд останавливается на вокзале Комсомольска. Я «налегке», т.е. только со своим рюкзаком, убегаю в билетные кассы. Ведь буквально через два часа нам снова отъезжать, теперь уже по БАМу до станции Сулук на тындинском поезде. Погода здесь тоже не радует, дождь так и идёт, но впереди - ночь, может быть он всё-таки когда-нибудь закончится? Или отправится по БАМу вместе с нами. Через несколько минут, как я встал в очередь, подошли и ребята со всем нашим туристским добром. Пока я разбирался с билетами, Вася и Семён, как самые старшие, сходили за хлебом на первую половину нашего маршрута. Во второй половине же нам придётся есть сухари, поскольку хлеб летом так долго просто не живёт. И ещё оказалось, что в Комсомольске хлеб на рубль дороже, чем у нас в Хабаровске.

Около семи дождь закончился. Весьма кстати, нам как раз выдвигаться на перрон. Около вагона обнаруживаем, что в этом общем вагоне трёхвагонного поезда (общий, плацкартный, купейный) мы - не единственные туристы. Смешанная детско-взрослая группа из Комсомольска, куда направляются - пока не знаем, по всей видимости, тоже на Амгунь, но вот на какой станции будут выходить? Думаю, что в поезде всё станет ясно. Говорят, что по внешнему виду не судят, но уж больно внешний вид взрослой части этой группы не то, чтобы мне не понравился, но как-то вызвал много вопросов.

В половине восьмого потихоньку наш поезд трогается. В вагоне ещё более душно, чем было утром, когда мы отправлялись из Хабаровска. А запах… При посадке нам удалось занять два последних «купе», хоть поесть сможем спокойно. Народу в вагоне не так чтобы и много, бывает хуже. Часам к десяти поели.

Так получилось, что на ужин у нас были яблоки, огурцы, хлеб как основные продукты, всего же остального было так, по мелочи – банка шпрот на одиннадцать человек, да колбаса, которую мы очень долго искали по пакетам. Это Юля с Дашей так утром распределили продукты, что к ужину ничего, кроме перечисленного выше не оказалось. Если бы я знал, что так получится, то хотя бы в Комсомольске что-то прикупили, но я-то полагал, что всё нормально. Очень хочется чего-нибудь к чаю, как-то он с яблоками и огурцами не идёт. И тут Степан Степанович вспомнил, что у Паши к празднованию его Дня рождения есть два торта. Они не очень большие, но на одиннадцать человек один раз чай попить хватит. Паша не стал сильно сопротивляться. Торты оказались весьма кстати. Но мы-то молодцы, совершенно забыли про Пашин День рождения и подарок не приготовили!

Не знаю как кому, но к полуночи мне уже очень хочется спать, а в Постышево надо выходить и встречать Катю Шевцову. А может быть, это она нас встречает?

Когда мы вышли в Постышево, Катя сразу меня узнала, хотя не видела три года. Три года назад мне посчастливилось в составе сборной хабаровских туристских клубов участвовать в «Кема-ралли–2000», а Катя была в этой поездке вместе со своим отцом. Мне же сейчас узнать её весьма проблематично, поскольку тогда она была совсем маленькой девочкой. Катю провожает мама и брат Максим. Мама, как и любая мама, волнуется, но ведь всего десять дней?!...

После отправления определяемся со спальными местами (причем Даша и Юля залезли на одну полку, да ещё и в один спальник) - и спать, вставать придётся очень рано.


Вова Ананьев

В поезде

Я сидел на краю койки и думал о своём. Из ребят я никого не знал. Тут подошёл Дмитрий Вячеславович и повёл меня знакомиться.
Он «отдал» меня на попечение к Васе. К нему я сразу проникся доверием. Мы долго играли в карты, потом поели. Я купил малину и кедровую шишку.
В Комсомольске мы высадились и побежали в вокзал под дождём. Вокзал ремонтировался, и нам пришлось пройти чуть дальше к кассам. Прождав целый час, мы пошли на другой поезд. Делать там было нечего. Позднее я заснул. Юля и Даша спали в одном спальнике на соседней койке. Ночью я проснулся часа в три. Не спали только Семен и Вован. Мы говорили не долго. Но потом пришёл Степан Степанович и сказал всем спать. Я вернулся на свою койку и лёг, как будто и не вставал.
Ночью к нам присоединилась девочка из Постышево. Я в это время спал.

11 июля 2003 года

Странно, но в половине шестого я услышал пиканье будильника на ручных часах. Наверное, сильно хотел его услышать. Быстренько одеваемся и собираемся. Через окно вагона дождя вроде бы не видно, это уже радует.

В четверть седьмого поезд останавливается на станции Сулук. По расписанию стоянка пять минут, но мы выгружаемся за одну минуту. Что ж, опыт.

Устанавливаем все наши рюкзаки, бочки с продуктами, упаковки с рамами под козырёк станционного дома и со Степаном Степановичем уходим на разведку в поисках выхода к реке. Встречаем двух местных жителей, они нам показали несколько направлений. Сунулись в одну сторону – не то, прошедшие дожди сделали эту тропу непроходимой, воды на ней, может, по колено, а может быть, и больше, а где катамараны собирать, где палатки ставить? Пошли обратно, снова встретили тех же людей и вместе с ними прошли ещё по одной тропе. Это, скорее, не тропа, а лесная автомобильная дорога, но она закончилась достаточно крутым спуском к воде. Вода – быстроток коричневого цвета, шириной не более десяти метров. На противоположной стороне выезд из воды более пологий. По всей видимости, эта канава - достаточно свежая и непосредственно к реке имеет малое отношение. На противоположном берегу этой канавы дорога продолжается, куда идёт, пока не знаем. Решаем, что на этой дороге и встанем. Ведь если вода течёт, то не куда-то, а в реку. Главное, чтобы в устье канавы не было заломов.

Пока решали, начался дождь. Быстро возвращаемся на станцию и уже все вместе со всем нашим грузом направляемся на место будущего лагеря. Так как всякого снаряжения у нас много, то всем мальчишкам, включая и нас со Степаном Степановичем, приходится проделать этот путь дважды.


Первый наш походный лагерь стоял на берегу этой неширокой "канавы" с весьма грязной водой

Как только всё снаряжение перенесено, Степан Степанович с Васей, Пашей и Семёном сразу уходят за стройматериалом для катамаранов, я же со всеми оставшимися на лагере (пока ещё не совсем лагере) ставим два тента: один костровой, другой – над вещами и пытаемся что-то решить с дровами для костра. Лес мокрый насквозь, еловых или лиственничных сушин не просматривается, кругом берёзы да тальники. Забираю Васю и Семёна как самых старших и самых сильных, и мы уходим в сторону посёлка в поисках какого-нибудь бревна или досок, на лес, как я уже заметил, надежды мало. Практически у самой станции нашли. Ствол лиственницы. Какой-то он странный, во-первых, спиленный, во-вторых, без сучков и лежит как-то неестественно. Так деревья сами по себе не падают. По всей видимости, он вывалился из штабеля лесовоза. Распиливаем – сыроват, но если мелко поколоть, и очень сильно дуть в костёр, то, вполне возможно, что гореть будет. Пилим несколько чурок и уносим их в лагерь.

Чтобы эти дрова хоть как-то горели, я их очень мелко колю, а Степан Степанович разводит костёр. Костёр, хотя и с трудом, но горит. К одиннадцати часам завтрак готов, и дождь, кажется, заканчивается, а потом начинается вновь.

После завтрака продолжаем строительство судов.

При пересортировке продуктов выясняется, что капуста уже начинает подгнивать. Что делать? Срочно на обед готовим борщ. И завтра тоже на обед, по всей видимости, будет борщ. Но очень скоро выясняется, что свёклу мы так и не купили (хотя собирались!), не купили мы и томатную пасту, поэтому придётся готовить простые русские щи. Но!... Пока ребята заготавливали жерди для судов, они насобирали грибов. Поэтому щи будут с грибами.

К пяти часам первый катамаран готов, и Степан Степанович свой экипаж уводит на тренировку. Спускают катамаран в канаву с коричневой водой и отрабатывают отходы от берега, траверсы от правого берега к левому и, наоборот, зачаливание носом и кормой.

Скоро готов и катамаран Василия, я же свой катамаран пока ещё собирать не закончил и своих новичков на воде - Вову Ананьева и Катю Шевцову - я отправляю к Степану Степановичу на тренировку. Никита Шамрин из Васиного экипажа также тренируется со Степаном Степановичем.

Пока тренировались, выяснили, что дорога на противоположном берегу канавы выходит прямёхонько к реке. Эта река называется Эгоно. Вот с неё-то мы завтра и начнём свой сплав.

Хорошо когда световой день длинный – ужин начинаем готовить после семи.

Да, совершенно забыл, после обеда и до самого вечера облачность хотя и была переменная, но с солнцем. Похоже, что погода должна установиться.

Пока готовится ужин, заканчиваем катамаранное строительство, ставим палатки. Почему их не поставили раньше? Основная причина в том, что местным жителям не надо показывать, что мы здесь собираемся ночевать. Соберём суда и поплывём (как бы!).

Хотя дома мы и не заявлялись в Маршрутно-квалификационной комиссии, но маршрутную книжку уже в поезде я всё-таки заполнил. Удастся заявить поход после его окончания – хорошо, нет – ну, значит, не судьба. Теперь же главное - поставить в ней отметки на станции Сулук и в конце похода на станции Постышево. Вот после ужина, в качестве прогулки я, Вася, Паша и Вова (Вован) направились на станцию. Подойдя к дверям «вокзала», обнаруживаем, что кассы откроются только через двадцать минут. Что ж, не назад же идти. Пошли изучать окрестности.

Как и на большинстве российских удалённых, да и не только удалённых, станций железных дорог порядок есть от 3-х до 20 метров от здания станционного дома или вокзала. Дальше этого расстояния - просто свалка. Где-то валяются старые доски, где-то - кучи мусора, а где-то - старые остовы от автомобилей самых разных марок, но, в основном, грузовых. Зато в зале ожидания, а здесь же и кассы, ремонт сделан из современных отделочных материалов с подвесным потолком «Армстронг».

Рядом со станцией - местная кочегарка (самого посёлка не видно, он стоит на горе, и к нему надо подниматься по лестнице), а вокруг кочегарки - огромное поле из угольной крошки. По всей видимости, перед началом зимы здесь можно увидеть горы запасов угля. После прошедших дождей это угольное крошево, естественно, пропиталось водой и превратилось в месиво, и достаточно в него наступить, как ноги теряют опору и уходят куда-то вниз. Всем сразу вспомнились страшилки про зыбучие пески.

По возвращении в лагерь около костра обнаруживаем одного Семёна, остальные уже разбрелись по палаткам. Присаживаюсь около Семёна и тут чувствую, что засыпаю. Значит пора и мне в палатку.


Катя Шевцова

Вышли из поезда на Станции Сулук. Шел дождь. Дмитрий Вячеславович и Степан Степанович пошли искать реку, а остальные остались сидеть на вокзале. Вскоре Дмитрий Вячеславович и Степан Степанович вернулись, и мы пошли к реке. Дошли быстро. Сразу же натянули тент под рюкзаки, а затем и под костёр. Стали готовить завтрак, собирать катамараны.
После обеда Степан Степанович устроил тренировку для тех, кто попал на горную реку в первый раз.
Ночь ночевали здесь.


Вова Ананьев

Утром мы встали, взяли рюкзаки и вышли в посёлке Сулук. Был туман. Мы остались на станции. Дмитрий Вячеславович и Степан Степанович ушли на разведку, а Вася, Паша и Вова за шлангами для катов. (Д.В. Ребята пошли искать обрезки шлангов высокого давления, которые мы используем в качестве штуцеров для полиэтиленовых поддувов.)
Для первого лагеря было выбрано место на лесной дороге в километре от станции. Когда мы туда пришли, первым делом были натянуты тенты и очень вовремя, потому что пошёл дождь.
Мы развели костёр, поели и поставили палатки. Я был в одной палатке с Семёном и Никитой.
Мы легли спать.

Какой-то у Вовы короткий день был – только встали, поели и сразу спать. Наверное, так устал сильно ребёнок, что ничего больше не помнит.

12 июля 2003 года

Просыпаемся поздно, в начале девятого. Торопиться особенно некуда. Катамараны готовы, осталось только поесть, собраться и увязаться. Пока готовится завтрак, частично разбираемся с вещами. Ещё вчера вечером основной груз, кроме личных рюкзаков, мы со Степаном Степановичем распределили и на своих катамаранах предусмотрели места, на которых будет крепиться груз. А вот Вася этот момент совершенно не учел. В общем, когда всё уже должно быть готово, Вася, чтобы закрепить снаряжение, невесть что мастерит из каких-то шнурков.

Погода не в сравнении с утром предыдущего дня – солнце, ветра нет, облака кучевые. Вода в канаве упала на тридцать сантиметров и стала прозрачной!


Учителя (Вася и Семен) и примерная ученица (Елена Вениаминовна)

Около двенадцати часов спускаем катамараны на воду, укладываем на них вещи и переправляемся на противоположный берег «канавы», где снова разгружаем катамараны и по лесной дороге триста метров переносимся к реке. Местные её называют, то ли пренебрежительно, то ли ласково, Эгонушка. Ширина в ней не многим более той коричневой «реки», около которой мы провели вчерашний день и прошедшую ночь. Но, похоже, что это только один из рукавов, а слившись, все вместе они должны стать более внушительной рекой.

Увязываемся. Елена Вениаминовна просит показать, что ей делать на катамаране и как грести. Вася и Семён очень эмоционально демонстрируют, как это делать. Настолько эмоционально, что нельзя пропустить такой кадр, как для фотоаппарата, так и для видеокамеры.

Ещё раз провожу инструктаж: как кто идёт, какую держать дистанцию между судами, несколько серьёзно-грозных слов относительно техники безопасности, и в час дня отваливаем, я иду первым, Степан Степанович – вторым, Вася – третьим.

Река очень мелкая, и это после того, что прошли дожди, хотя, как уже говорилось выше, уровень воды за прошедшую ночь упал на тридцать сантиметров. По Эгоно мы должны пройти не более четырёх километров, а затем она впадает в Сулук. Когда мелко, и с катамарана смотришь на дно реки, кажется, как будто не очень высоко летишь на самолёте и смотришь на землю. Но сейчас любоваться дном некогда, по берегам - сплошные заломы, и каждые 30–40 метров река меняет направление, причем достаточно круто. Иду очень аккуратно, придерживаясь внутренних берегов на поворотах, чтобы не выносило в залом внешнего берега. Если бы не последние дожди, пришлось бы очень тяжко. В одном месте было настолько тесно, и поворот был настолько крут, что пришлось проводить руками катамараны по внутреннему берегу. Бревно с противоположного берега практически доставало до нашей стороны, места только-только хватало, чтобы пролез катамаран, то есть чуть более двух метров. Хотя и шли мы с дистанцией, но в этом месте все суда собрались, и проводка прошла удачно. Только Вова Ананьев (маленький) ухитрился искупаться, когда катамаран подходил к берегу. Прыгнул, думал мелко, а там вовсе не мелко, но, молодец, не растерялся.

Через полчаса после старта подошли к разрушенному мосту через реку. Точно знаем, что мост этот стоит несколько ниже устья Эгоно. Вот и Сулук. Ниже моста на косе левого берега встаём на обед. Погода хорошая, солнце светит, но не очень жарко, по небу бегут кучевые облака. Когда вижу кучевые облака, всегда задаю себе вопрос: почему этой красоты нет зимой? Зимой - либо перистые, либо сплошная облачность, а кучевых нет.

Около половины пятого снимаемся с обеда. Дело к вечеру, а мы только с обеда! Вот она, главная прелесть июльских походов – длинный день. Задача этого дня - пройти Сулук и выйти в Амгунь.

По сравнению с Эгоно Сулук - очень многоводная река. Заломов сплошных, перегораживающих реку нет, они только вдоль берегов, но «рулёжки» на Сулуке тоже хватает. Река то и дело меняет направление.

Около восьми начинается дождь, находим место и встаём. Только катамараны ткнулись носом в берег, дождь припустил с такой силой, что утро предыдущего дня показалось пустяком. Особенно если учесть то обстоятельство, что на той косе, где мы остановились, при беглом осмотре выяснилось, что сухих дров нам не найти. Упавшая вода предыдущей ночью освободила нам место для лагеря, но совершенно не оставила сухим береговой плавник. Как говорится: самые хорошие дрова – это сухой плавник, а самые плохие дрова – это сырой плавник. Но всё же я, оббежав достаточно большую часть косы, в самом неожиданном месте нашел два длинных, но достаточно тонких бревна (10–12 см в самой толстой части), которые при определённом приближении можно считать сухими внутри. Снаружи они были не менее мокрые, как и всё что нас окружает. По всей видимости, они не были долго в воде. Паводок где-то их сбросил в воду, они немного проплыли, а когда оказались над этой косой, вода упала. Только так я могу объяснить то, что они лежали на берегу неподалёку от воды и друг от друга, причем комель каждого ствола смотрел вверх по реке. Ну, если не совсем было так, то примерно так.

В этот поход мы взяли два маленьких тента вместо одного большого. Маленькие - это 3х4 м, а большие - это 4х6 м. Конечно, поставив один большой тент, решается сразу огромное количество проблем, так как под ним оказывается сразу большая поверхность, но не всегда и не везде его можно поставить. Маленькие же тенты ставятся везде и поставить их проще, а два маленьких накрывают ту же площадь, что и один большой. В общем, кому что нравится. Для двенадцати человек лучше два маленьких.


Особенности национальной кухни туристов "Арго"

Так вот, всегда, когда причаливаешь под дождём, первым делом надо поставить тент. Именно этим занялся Степан Степанович с Василием, Семёном, Еленой Вениаминовной и девочками, пока я с Пашей, Никитой, Вовой старшим и младшим обследовали косу в поисках дров.

Когда тент уже стоял, а брёвна были перетащены к лагерю, дождь, который несколько ранее превратился в морось, припустил с новой силой. Из под тента вылезать совершенно неохота, однако пока дров, которые могут гореть, не будет, ужина тоже не будет. Поэтому Елена Вениаминовна, я и Вова маленький, как самые защищённые от дождя, перепиливаем под проливным дождём эти брёвна на чурки. Семён же с Василием уже под тентом их мелко-мелко колют.

В пять минут десятого Степан Степанович сказал, что дождь закончится через сорок минут. Через сорок минут он закончился.

Спать в этот вечер мы легли только в половине второго, ведь это первый вечер на маршруте и второй в походных условиях, но вчера нам было как-то не до песен, и спать легли ещё до наступления темноты, зато выспались хорошо. Сейчас же, после дождя, всё располагало к тому, чтобы подольше посидеть у костра.


Е.В. Дорофеева

Понравилась стоянка (лес, река). Убедилась в непостоянстве таёжной реки (ночью сильно упал уровень). Смогла помочь в переносе катамарана по суше. Очень впечатлил отход от берега трёх катамаранов. Но потом, о ужас, чуть не выпала с катамарана на сложном участке пути.

Катя Шевцова

После завтрака переплыли на другой берег и спустили катамараны на воду. Ну, а теперь в путь!
Первый день сплава прошёл хорошо.

Вова Ананьев

Проснулись, поели и начали «строить» каты: срубили несколько берёз и осин, сострогали с них кору, связали вместе с железными поперечинами и положили под получившиеся рамы надутые гондолы.
Я оказался на правом носу самого маленького ката. В экипаже были Дмитрий Вячеславович, я, Катя и Вован.
Вася со своим экипажем (Никитой, Семёном и Еленой Вениаминовной – врачом) переправились на ту сторону канавы, которая была наполнена грязной водой. Потом Степан Степанович решил поучить меня, Катю и Никиту грести. Мы пообедали и отправились в дорогу. Переплыв канаву и пройдя с километр, мы начали сплав!
Первые тридцать минут сплава по Сулуку были очень сложными: было много заломов. Дмитрий Вячеславович кричал на Вована. Мне было очень сложно, потому что я впервые в жизни держал весло. Но потом река стала ровнее и полноводнее. И стало гораздо легче.
Купальный сезон открыл я. Это произошло так. Нам надо было причалить к берегу, и Дмитрий Вячеславович сказал: «Вова, прыгай на берег!» Я без промедления прыгнул и ухватился за кат. Но течение было очень сильным и меня понесло за ним (Д.В. За катамараном.) Оказавшись в воде по пояс, я не испугался, а просто делал всё машинально!
Вован (он был на правой корме) подхватил меня за шиворот и затащил на кат.
В середине пути, проплывая то ли по Сулуку, то ли по Амгуни, мы задались вопросом: где мы? Наткнувшись на каких-то местных Дмитрий Вячеславович спросил их: «Это Амгунь?» Удивлению мужиков не было предела и, наверное, из-за этого ответом стала невнятно сказанная фраза.
В этом месте мы причалили на ночёвку.
Поужинав, мы начали петь песни. Нас с Никитой отправили спать.

Вова писал эти свои воспоминания через два дня после самих событий, а впечатлений и эмоций уже накопилось довольно много, вот кое-что и перепуталось в хронологии.

13 июля 2003 года


Главный на "кухне" - Степан Степанович. А это - три его подневольно-добровольные помощницы - Шевцова Катя, Демчук Даша, Ключникова Оля

И опять я просыпаюсь в девятом часу, на улице слышу голоса – это Семён, Никита и Вова маленький. Из палатки спрашиваю, развели ли костёр и поставили ли воду. Пока нет, но сейчас сделают. Вставать неохота, но куда деваться? Дождя нет, и ночью его тоже не было. Зато дует северо-восточный ветер, и всё небо затянуто низкой облачностью. Причём облака кучевые. Может быть, всё-таки, дождя не будет?

Не спеша завтракаем, собираем вещи, готовим суда. «Не спеша» получилось не только с самим завтраком, но и с его приготовлением. Есть начали только в одиннадцатом часу.

От берега отваливаем в начале первого. Ветер ещё усилился. Погода, прямо скажем, не летняя, больше похоже на сентябрь. Да и температура воды оставляет желать лучшего. В общем, холодно. Ветер, как назло, встречный.

Река сегодня прямее не стала, опять разбои, прижимы, заломы. Вода хотя и холодная, но зато высокая, течение тащит хорошо – 6-7 километров в час, да ещё 3-4 км в час мы добавляем своей греблей, так что километров десять в час мы делаем.

Главная достопримечательность этой реки – это заломы. Такого их количества я ещё не видел. Очень популярная у хабаровских туристов река Туюн находится ведь очень недалеко от Амгуни, географическая широта та же, тайга такая же. Но на Туюне нет таких заломов и такого количества разбоев, он течёт одним руслом. Вот пороги и шиверы там есть, а заломов нет. Здесь же всё наоборот. Но всё равно интересно. Если умеешь управлять таким судном как катамаран, то особых проблем со сплавом нет: держи струю, уходи от заломов, вот, пожалуй, и всё!

В четверть четвёртого остановились на обед. Очень долго плыли в надежде найти подветренное место, но ничего подходящего не нашли. Остановились на огромной каменистой косе. Робкие попытки рыбачить ни к чему не привели, хотя известно, что в Амгуни рыбы много, но сейчас нам просто не везет. Будем считать, что во всём виноват высокий уровень воды.

Но зато есть грибы и в обед и в ужин.

Около пяти отплываем. Как-то странно на целых два часа в сторону вечера у нас сдвинулся дневной цикл?!

Ветер, кажется, дует ещё сильнее. Иногда получается так, что вся наша гребля – это лишь компенсация действия на нас ветра. Он буквально сдувает. Плывём медленнее, чем скорость воды в реке. И это притом, что гребём, не переставая.


Вова Ананьев и просто корень поваленного дерева

В половине восьмого Степан Степанович находит место, где, по его предположениям, должна быть рыба. Да и место для стоянки неплохое, и время уже говорит о том, что надо вставать на лагерь. Хотя солнце ещё высоко.

После основных лагерных работ мальчишки отправляются за грибами, благо нас от леса отделяет небольшая тальниковая рёлка. Результат – обычная рисовая каша с грибами. Что ещё хорошо в этом походе – мы не поскупились на овощи, и каждый вечер к основному блюду у нас салат. Проблем, правда, эти самые капусты–огурцы доставляют немало. Капусту, за неимением другой, мы купили китайскую, а она очень быстро портится. И за огурцами нужен глаз да глаз. Но!... У нас есть Степан Степанович, который каждый обед достаёт все овощи из бочки для просушки, поэтому мы ничего не выкидываем.

В этот вечер песен не поём. Я приболел и, напившись чаю, таблеток и какой-то смеси из спирта, воды и перцового соуса «Чили», ложусь спать. Вася, Паша, Вова маленький и Семён уходят на рыбалку. Ведь не зря говорят, что надежда умирает последней, вот и наши мальчишки всё надеются что-нибудь поймать. Семён соорудил себе удочку из тальникового прута и домашних лески, поплавка и искусственной мухи. Не знаю, во сколько они вернулись, но результатом рыбалки стал поломанный Пашин складной стул, оставленная на месте рыбалки Семенова удочка (про которую он вспомнил, когда на следующий день мы от этого места проплыли уже около двух часов).

Паша Игумнов

Вступление

Пишу Вам, мамуля, с дремучих лесов,
Где воду гребу я по двенадцать часов.
Пороги, заломы, так страшно тогда,
Что есть я хочу везде и всегда.

Е.В. Дорофеева

Ужасно неудобно сидеть на рюкзаке. Весло бестолково вращается в реке, а нос катамарана всё время смотрит влево.

Елена Вениаминовна сокрушается относительно того, что катамаран всё время поворачивает в её сторону. Она сидит на левом носу катамарана и ей кажется, что катамаран всё время поворачивает в её сторону. Ну что ж, через это проходит каждый начинающий турист-водник.

Семён Сергеев

Это мой второй сплав по горной речке. Во второй раз испытываю на себе все трудности похода, но чувствую, что я к ним готов, и я знаю, чего можно ожидать в дальнейшем. Когда человек один раз научился чему-нибудь, то он этого никогда не забудет. Всё, что я испытал в первом походе, мне очень помогло, труднее тем, кто пошел в первый раз. Но они привыкнут, наберутся опыта, и идти вперёд им станет легче. Всегда трудно сделать первый шаг, главное не оступиться, не повернуть назад, сохранить силу воли и духа. Тогда дождь, и снег, и жара, и сильный ветер не будут сплошной преградой.

14 июля 2003 года

Просыпаюсь оттого, что кто-то возится возле костра. Смотрю на часы – половина седьмого. Спрашиваю:

– Семён?

Да, это он.

– Семён, поспи ещё часок, – прошу я его, – очень рано ещё.

Семён всё понял и пошел спать.

Дело в том, что накануне я Семёну сказал, чтобы утром он встал, развёл костёр и поставил воду. Но так как часов у него нет, то он попросил Вову-маленького, чтобы тот его разбудил рано утром. Вот его и разбудили рано утром.

В начале девятого снова открываю глаза. На улице - тишина. Степан Степанович тоже проснулся и, странно, но он поднялся и оделся, собрал вещи и вышел к костру. Такое бывает крайне редко. Обычно он поднимается, когда завтрак уже готов. Я же дремлю ещё полчаса, пока не закипит вода, чтобы выпить утреннюю кружку кофе, который, кстати, дома последние полтора года пью очень мало.

Странно, но от берега отталкиваемся ровно в десять часов. По сравнению со вчерашним двенадцатичасовым выходом это просто рекорд.

Небо по-прежнему затянуто, но, кажется, что облака стали выше, а ветер так и не утихает и дует, как и вчера, в лицо. К часу дня появилось солнце, но ветер от этого тише дуть не стал, и направление осталось прежним – в лицо. И теплее не стало. Ну, осень осенью!

На одном из поворотов вдалеке увидели пенные барашки. Подходим. Почти порог. Валы сантиметров по семьдесят, но прямые, без пульсации. И эта дорожка из валов метров двести.


БАМовский мост. Таких на нашем пути было три. Этот мост чуть выше устья реки Баджал

И во время обеда ветер не перестал, не перестал он и после. Наш катамаран просто сдувает, так что приходится его держать всегда носом к ветру. Был момент, когда мы подошли к катамарану Степана Степановича, порыв ветра, и они остаются на месте, а нас тащит назад. Хочется за что-то схватиться, но это что-то только вода, а за неё схватиться можно только вёслом.

По плану этого дня мы должны проплыть железнодорожный мост и ниже него устье реки Баджал. Около пяти часов левом берегу, мы увидели красивейшую сопку, затем провода ЛЭП через Амгунь, а затем только мост. Примерно в полутора километрах ниже моста по правому берегу, должно быть устье реки Баджал, из всех рек, текущих с Баджальского хребта на север – она самая большая. Плывём, а устья нет. В одном месте что-то похожее на него и было, но уж больно узко, да и вода стоячая. А дальше ничего, как ни приглядывались, так и не увидели, хотя от берега плыли в пятидесяти–семидесяти метрах. Куда делось устье Баджала? А ведь здесь когда-то мы со Степаном Степановичем в декабре 1987-го года с Амгуни заходили в Баджал. Но как это было, абсолютно не помню. То, что было до этого - помню, то, что было после этого - помню, а как в устье заходили - не помню. Или тогда было очень холодно, и глаза были закрыты, или это было просто очень давно!


Невозможно все время плыть, иногда надо останавливаться и выходить на берег

Может быть, если бы не высокая в Амгуни вода, то устье Баджала где-нибудь и обозначилось бы.

В начале восьмого мы увидели неплохое место на правом берегу в конце одного из разбоев. Да и время такое, что надо определяться с местом для ночёвки. За день устали так, что руки просто отстёгиваются, может быть, если бы не борьба с ветром, то и устали бы не так. Но уже как есть. Вася просто в отключке, ни ногами, ни руками, ни языком не ворочает. Такова судьба капитана катамарана, на котором двое новичков, а третий Семён. Что ж, за день-то прошли ни много, ни мало, а около пятидесяти километров при встречном ветре!

Завтра надо отдыхать, да и погода, кажется, устанавливается. Небо почти очистилось, и ветер стихает. К полуночи ветер стих совсем.

Е.В. Дорофеева

Сегодня уже лучше. Открытие – весло должно входить в воду под разными углами, при этом должна ощущаться сила воды. Уже хочется слиться со струёй. Один раз прошли прямо рядом со скалой. Берега ровные сменяются горными и скалистыми, что мне близко по духу. Устала очень.
Вечером на стоянке наконец-то восстановилась.

Семён Сергеев


Просто папоротник.
Просто коряга.
Просто Амгунь

Какую красивую природу мне приходилось наблюдать в походах, когда мы плывём по руслу реки среди высоких скал и бескрайних равнин, а над тобой бесконечное синее небо и необъятная даль. Когда зимой на лыжах среди леса или перевала между небом и землёй, когда вокруг насколько хватает глаз, видишь перед собой бескрайние пейзажи нашей необъятной родины, нашей страны. Я чувствую себя маленькой букашкой, которая вторгается в неведомые запредельные владения, где ты полностью привязан к тому, что тебя окружает. Ты начинаешь чувствовать тонкую грань между здравым смыслом и суеверием, между вымыслом и реальностью. Соприкасаясь с природой, человек сам возвращается к первобытным основам жизни, вновь вспоминаются старые приметы, и мы стараемся инстинктивно что-то сделать так или по-другому. Многие люди поменяют свой взгляд на жизнь, пройдя через всё это, испытав всё на собственной шкуре. Этого не поймёшь, если сам всего этого не испытаешь и не познаешь. Я хочу, чтобы каждый человек испытал что-то подобное.

Ну, Семён, сказал! Круто!

15 июля 2003 года

Днёвка. Утром обнаруживаю Василия, спящего на коврике около костра. Ему что, в палатке тесно? Никто никуда не торопит, поэтому и завтрак у нас в половине двенадцатого. Ветра нет и зноя июльского нет, хотя сегодня ровно середина лета. Солнце светит совершенно замечательно. Стираться, купаться, да рыбу ловить!

Поскольку есть время, и особых занятий нет, то я беру пилу и точу её. В городе мне этим заниматься нет времени. Ребята - и большие, и малые - бесятся. Вася решил устроить День Нептуна. Просто отдыхаем.

Е.В. Дорофеева

Сегодня стоянка. Днём выяснила, что кисти рук опухли, стала делать массаж – эффект получен. Упала с бревна, очень больно.

Даша Демчук

Для меня поход подобного рода первый и, хотя прошло всего пять дней, у меня накопилось масса впечатлений.
Когда мы только сюда приехали (мы вышли на станции Сулук), был сильный дождь и неприятный ветер. Казалось, что погода не наладится, да ещё и на станции нам сообщили, что у них уже два месяца идут затяжные дожди. Я, конечно, сразу обрадовалась, что набрала много тёплых вещей. Такая ужасная погода держалась недолго. Мы привезли в Сулук солнце! Собрав катамараны, у нас (тех, кто первый раз) был тренировочный сплав на соседний берег. Мне объяснили, как сесть, как держать весло и как гребсти (
Д.В. Даша! Ты же уже перешла в одиннадцатый класс! Грести надо говорить, а тем более - писать.) Со мной на катамаране сидели Юля, Паша и Степан Степанович. Перед тем, как выйти на воду, я, почему-то, сильно забоялась упасть в ледяную воду, хотя, что было бояться, я же в спасжилете. Тренировка мне понравилась. Я была просто счастлива, что пошла в поход! Супер! Хорошая погода принесла и хорошее настроение. На следующий день мы поплыли. Всё было классно, как и в последующие дни. Только портил всё ветер, который дул в лицо. Ещё я умудрилась искупать кепку. Её сдуло ветром, но мы за ней сплавали и успели вытащить, пока она не потонула.

Катамаран-корабль
На следующий день похода погода опять испортилась, остальное было как обычно. А вот вчерашний день мне запомнится надолго.
Проснулась я ужасно заспанная и первым делом пошла умываться. Поев, мы поплыли. Как обычно не гребли, а ловили струю и кайфовали. Ещё мы соревновались с катамараном Дмитрия Вячеславовича: кто плывёт быстрее, мы не гребя, или они, шпаря вёслами. (
Д.В. Зато потом, кто-то, не будем говорить кто, хотя это была Даша, заснул и вывалился с катамарана!) До самого вечера всё было нормально, но, поужинав, мальчики как-то странно стали смеяться и перешептываться. Мы заподозрили неладное. Мы – это все девочки и Елена Вениаминовна. Подробно писать нет смысла, поэтому просто расскажу что случилось. (Д.В. Потрясающая фраза!)
Паша, Вася и Вован забросили наши рюкзаки (кроме рюкзака Елены Вениаминовны) на деревья, а мы украли их спальники. Нам-то без рюкзаков было хорошо, так как все вещи были в палатке, а им без спальников – холодно. Потом на утро пропали наши кроссовки и посуда. Не буду уточнять, что в данный момент отсутствует у них, но им, опять же, хуже. Пока всё. Но о перемирии и речи быть не может!

Катя Шевцова


Амгунь окружают горы, а вот берега, почему-то, сложены из мягких пород, которые всё время разрушаются, в результате чего река не имеет постоянного русла, она как бы гуляет. Именно поэтому здесь огромное количество проток, старых и новых русел. Наверное, это и есть главная причина того, что на этой интересной реке столько заломов.

Вчера мы все собрались у костра и сразу же я, Юля и Даша заметили, что мальчишки замышляют что-то нехорошее. Мы не подали вида, что догадались об их коварном плане. Немного погодя, мы (Даша, Юля и я) пошли к палатке и увидели, что у нас пропали рюкзаки. Мы не стали их искать, а залезли в палатку к мальчикам (Вове, Паше и Васе) и забрали спальники, но, конечно же, они их не нашли. Проснувшись утром, мы начали искать рюкзаки. Найдя их на дереве, мы пошли завтракать, но остались без завтрака, потому что мальчики (Вася, Паша и Вован) спёрли у нас посуду и кроссовки. После «завтрака» мы пошли загорать, но мальчики и тут не дали нам покоя. Они затащили в воду Юлю и Дашу. Потом я договорилась с Васей и Пашей, что я им дам четыре конфеты, а они мне посуду. Когда Паша выносил мне посуду, девчонки увидели, откуда он её выносил и вскоре мы нашли посуду Даши и Юли и кроссовки.
Сейчас Паша и Вася пошли на рыбалку, но как всегда они ничего не поймают. Семён как всегда философствует, а Вова (
Д.В. Вова старший, т.е. Вован) несёт всякую ерунду.
Я второй раз попала в поход на горную реку. Первый раз это была Кема. Но здесь много моих сверстников, а на Кеме их не было. Я здесь никого не знала, т.к. они из Хабаровска, а я из Постышево, кроме Дмитрия Вячеславовича, с ним я познакомилась в 2000-ом году на Кеме. Все участники похода мне понравились, и я с ними сразу подружилась.
Как я и говорила, Паша и Вася пришли без рыбы. Вася сел и начал втирать по ушам Дмитрию Вячеславовичу про рыбалку на кораблик.
Паша и Вася сделали кораблик из дерева, прицепили леску, а на неё нацепили «мыши». Все остались у костра, а они пошли рыбачить. Вскоре раздался смех Паши и Васи. Из леса вышел Паша, а за ним мокрый Вася. Мы не поняли, что произошло. Оказывается, пока Вася завязывал узел на леске, она порвалась, и кораблик понесло по течению. Вася прыгнул за ним и поймал его. Ещё бы несколько секунд и его бы вынесло на струю. Было очень смешно смотреть на Васю и слушать его историю.

Юля Ключникова

Наш поход начался с десятого июля. Мы (одиннадцать человек) ехали в поезде до Комсомольска, а потом до Сулука. В поезде было не очень весело, но я наконец-то поверила, что поехала в летний поход (даже когда собирала рюкзак, не очень-то верилось). Когда мы ехали до Сулука, к нам подсела девочка Катя, и нас стало двенадцать. Прибыв на место, мы ужаснулись погоде: дождь и холод. Все промокли и замёрзли, и начали заниматься различными делами для согрева. (Д.В. И всего-то?!) К вечеру, когда катамараны были собраны, вышло солнышко и немного пригрело нас. Решив использовать такой случай, мы сели на катамараны и начали обучаться основам плавания на них. Было очень интересно и необычно (по крайней мере для меня).
На следующий день мы проснулись уставшие, заспанные и замёрзшие. Позавтракали и поплыли. Наш катамаран состоял из четырёх человек: Паша Игумнов, Даша Демчук, я, Степан Степанович.
Весь первый день мы с Дашей смеялись, причём над всем подряд. Паша, как обычно, начал ворчать. Но нас с Дашей остановить было уже нельзя, и до ужина мы доставали всех своим беспричинным смехом. Встали на стоянку когда начался дождь. Было очень противно и неприятно, ведь ждали хорошей погоды.
Следующие дни прошли как по расписанию: утро, завтрак, сплав, ужин, спать. Только в эти дни мы смеялись уже не так.
Мне запомнилось несколько моментов.
Первый. Наш катамаран подплыл к очередной косе, был каменистый берег, я, сидя на левой корме, решила спрыгнуть. Зря! Я оказалась по грудь в воде. Глаза расширились, челюсть нижняя отвисла. Стало очень смешно, но не только мне. Ещё Степану Степановичу, Паше и Даше. Вот так я открыла купальный сезон.
Второй. Еще мне запомнились день и две ночи днёвки. Началось всё с того, что мы втроём (девочки) стали смеяться над всем подряд, потом и над мальчиками. Вася, Вован и Паша очень обиделись и решили отомстить. Повесили наши рюкзаки на деревья, спрятали нашу посуду под корягу, туда же засунули и кроссовки («мокрые» с носками) (
Д.В. Те в которых плывут на катамаране). У нас было много идей как же им отомстить. Сошлись на том, что можно украсть у них спальники. Так и сделали! Положили их себе под голову. Было очень удобно …. нам! А вот мальчики мёрзли, а на утро отогревались у костра. В конце концов, они забрали свои спальники, а мы с Дашей нашли свои вещи. На этом военные действия были прекращены.
(
Д.В. Запомнившихся моментов у Юли оказалось всего два!)


Вова Ананьев

Война

По словам мальчишек, всё началось в первый же день, когда девчонки не ставили палаток, а возникали, что спят не в «кампусе». (Д.В. Кампус – название фирмы-производителя этой палатки.) И ещё пацанам не нравилось, что Юле хотелось знать всё (в смысле она обижалась по поводу того, что пацаны шептались).
А дело было так. Паша шепчет Васе: «Слушай, как можно замутить…», а дальше что-то шепчет так, что не слышно (
Д.В. При этом Паша весьма ехидно поглядывал на Юлю.) А Юля обиделась при виде этого, в смысле надулась и так сидела.
А как потом выяснилось, что Паша Васе шептал: «Посмотри, как Юля занервничала при виде того, как мы шепчемся».
После всего вышесказанного Вася и Вован повесили рюкзаки девчонок на деревья и спрятали их мокрую одежду и посуду, а девчонки взяли их спальники.
После всего вышесказанного, пацаны говорят, что девчонки такие-сякие, а девчонки говорят то же самое про пацанов.
В этом споре я занимаю нейтралитет.

Василий Авлуков

Вчера всё ниже описываемое задумалось неожиданно. В семь вечера мы зачалились на острове и, измотанные до автопилота, кое-как поставили лагерь. После тяжёлого дня я был страшно зол. Но не прошло и часа, как в нашей весёлой компании я пришёл в себя и, когда я поужинал, мне стало легче. У меня в голове начал зреть коварный план. Хотелось развлечься. Мне в голову пришла мысль унести палатку девчёнок куда-нибудь в сторону. Как только народ немного успокоился, я, Паша и Вован пошли на дело. Чтобы не шелестела одежда, мы её с себя сняли. В одних трусах мы подошли к первой попавшейся палатке и с огромной скоростью унесли её на пятьдесят метров в сторону. Падая со смеху, мы бросили палатку и вернулись к костру. Около костра Вова (маленький) спросил: «Куда делась наша палатка?» Ответа он не услышал.
После небольших разборок и липовых извинений у нас появилась куча идей, как насолить нашим любимым девчонкам. Как только стемнело, мы опять пошли к заветной палатке. Увидев на улице рюкзаки, я, ни минуты не раздумывая, хватаю один и запускаю его на дерево. Остальные два оказались в таком же положении. Мы довольные вернулись к костру.
Когда девчонки пошли спать, они обнаружили пропажу. По лесу замелькали фонари. Мы, ничего не подозревая, сидели у костра. Около часу ночи я и Паша пошли спать. Залезли в палатку, разделись. Ещё полчаса мы смеялись над девчонками. Когда я собрался залезть в спальник, я обнаружил, что у меня его нет. Схватив фонарь, я и Паша (Вован уже спал) отправились на поиски. Около полутора часов мы в одних трусах шарахались по берегу. Решили отомстить. Схватили большой корень и бросили перед входом в их палатку. Потом вход закидали ветками тальника. Тут же раздался голос сонного Семёна (
Д.В. Палатка Семёна, Вовы маленького и Никиты стояла рядом с палаткой девочек, вот мальчишки их и перепутали, когда оттаскивали палатку в сторону.), и вскоре показалось его лицо из палатки. Кое-как уговорили его спрятаться.
Попрятав свои вещи и вещи девчонок, мы ушли в палатку.
Через некоторое время раздался шорох. Мы с Пашей притаились. Не выдержав, мы выглянули из палатки. За ней стояли Юля и Катя. Начались совместные вопросы и отмазки. Это повторилось позже ещё раз. Паша начал выходить из себя. Ещё полночи на малейший шорох (который никак не относился к девчонкам) Паша громко ругался и отгонял их от палатки. С горем пополам я уснул. Втроём под одним спальником было тесно и холодно. Под утро появились комары. В пятнадцать минут седьмого я проснулся от опухшей губы (мошка) и от холода. Вылез из палатки и предпринял ещё одну попытку найти спальник. Эта попытка тоже не увенчалась успехом. От нечего делать пошёл рыбачить. Здесь меня тоже постигла неудача. Вернулся к костру, вскипятил себе кофе и, напившись его, упал около костра спать, выдернув из-под Паши коврик Вована.
Проснулся около десяти от шума у костра.
Продолжение следует

Паша Игумнов

Всё началось вечером у костра, когда девчонки: Юля, Даша и Катя стали подхихикивать над нами. Естественно нам это не понравилось. Вот я, Вася и Вова решили отомстить.
Чтобы не привлекать внимание шорохом, мы сняли все шуршащие вещи. Практически голые, а именно: Вова - в кепке и футболке, Вася - в бандане и очках, я - в кофте, подбежали к палатке, схватили её и оттащили в сторону леса. Я с бешеной скоростью влетаю в кустарник величиной метра три, а парни с палаткой бегут дальше. И тут Вову зажевало под дно палатки, он упал. Общими усилиями мы загрузили палатку на дерево и довольные пошли к лагерю. И тут у костра мы узнаём, что взяли совсем не ту палатку. Вот невезенье!!!
Тогда мы забрали рюкзаки девчонок и развесили их по деревьям.
Мы, полные радости, дождались, когда все улягутся спать, сели у костра и до часу ночи пили кофе.
– Пора ложиться спать, – сказал Вася, и мы пошли к палатке.
Вдруг я обнаружил, что мой спальник куда-то исчез, Васин тоже. Мы сразу догадались, чья это затея. Одеваемся, выходим из палатки, находим здоровый пень с корнем, ломаем стог тальника и всю эту «солянку» укладываем перед входом в девичью палатку. Затем прячем их обувь и посудные наборы и с чистой совестью в три часа ночи ложимся спать. Втроем укладываемся под один Вовин спальник и лежим. Слышим шаги, резко вылетаем из палатки и ловим с поличным Катю и Юлю.
А вечером нашей днёвки случилась вот такая история.
Всё началось с воспоминаний Дмитрия Вячеславовича об искусстве рыбной ловли. Он рассказал нам о странной штучке под названием кораблик. Этот кораблик состоял из пары деревяшек сбитых дощечками. (Д.В. Выделение моё.) К нему прикреплялись рыбные снасти: блёсны, мухи, «мышь» и т.д., и пускался вниз по течению.
Василий, участвовавший в проекте строительства кораблика, уговорил меня пожертвовать «мышь».
И вот долгожданный момент: Василий и я идём запускать наши снасти.
Вот вроде бы и всё, запустили, но я настоял на том, чтобы Вася потуже затянул узелки, а перед этим предложил Васе вместо лески привязать корабль на репшнур.
И тут мы услышали щелчок. Да-да, наше судно поплыло, оторвавшись от лески. Василий рванул за ним. Только сделав шаг, Вася, стоя по колено в воде, оказался по грудь.
Он кричит мне: «Паша, держи куртку и жилетку!» – и следом ныряет за судном. Насилу вытащили. Мы посидели, посмеялись и пошли в лагерь.

Василий Авлуков

Кораблик, или дураки на рыбалке, или как я не умею рыбачить

За спиной - чуть меньше половины маршрута, а в голове лишь одна мысль – как поймать рыбу. За предыдущие четыре дня не удалось поймать даже мелкого хариуса, несмотря на то, что у нас в группе четыре спиннинга. Часам к семи вечера, Дмитрий Вячеславович (Д.В. Это Вася специально сделал акцент на то, что инициатором был именно я.) предложил соорудить кораблик с «мышами» («мышь» – это искусственная приманка с одним или двумя тройниками). Я, не долго думая, поддержал эту идею. Вырубив из чурки, валявшегося рядом с местом нашего лагеря ствола лиственницы несколько досточек и сколотив их гвоздями, мы соорудили нечто похожее на катамаран. Без всяких раздумий я достал свою «мышь» ручной работы (японскую) и приготовился привязывать к кораблику.
Сперва решили этот кораблик проверить. Он оказался чересчур тяжёлым, но на воде держался почти ровно, только носом периодически нырял в волну. Леска, на которую мы его привязали, довольно прочно его держала. Оставалось только выпросить вторую «мышь» у Паши. Он её сначала не хотел давать, но после долгих уговоров всё-таки выложил.
Я привязал обе «мыши» на поводках к леске, удерживающей кораблик, и мы с Пашей пошли его запускать. Отошли метров триста вверх по течению от лагеря, нашли удобный для привязки корч, торчащий из земли и спустили кораблик на воду. Отматывая метр за метром леску, кораблик вышел на самое глубокое место, и я стал его привязывать к коряге. Привязывали долго, чтобы не оторвалось. Привязали мы его «штыком», узел такой есть. Паша, волнуясь за свою мышь, попросил завязать контрольный узел. Я хотел возмутиться, мол, и так сойдёт, но потом всё же завязал.
Затем мы всё проверили и уже уходили, как раздался еле слышный щелчок со свистом. Мы молча переглянулись, а у обоих в голове пронеслась мысль: «Леска порвалась!» Посмотрев на кораблик, мы увидели, что он не быстро, но и не медленно уплывает вдаль. На улице уже темнело, а на кораблике - две «мыши», моя - японская за 50 долларов (подарок японского туриста) и Пашина - самодельная, которой он очень дорожит.
Дальше события развивались быстро. Настолько быстро, что Паша долго не мог понять, что происходит. Я с ругательствами на русском нелитературном диалекте в адрес кораблика побежал по воде за ним. Но когда я его почти догнал, оказалось, что там в воде яма, и она глубже, чем я мог бы предполагать. Пришлось вернуться на берег, снять куртку и то, что ещё не успел намочить, и полетел обратно в воду. Вода была холодной, но мне было всё равно. Кое-как доплыв до кораблика, я его схватил. Осталось выплыть на берег, по которому бегал недоумевающий Паша. С помощью всяких разных нехороших слов мне всё-таки это удалось. Весь мокрый и чуть ли не в зубах с корабликом я буквально выполз на берег. Быстро снял с себя мокрую одежду и стал её отжимать. На улице стало уже довольно холодно. Я не буду цитировать все свои слова, ибо их в последствии будут читать несовершеннолетние, но в них был заложен очень глубокий смысл.
Когда я начал одеваться, Паша наконец-то понял, что это было. Мы почти спокойно оторвали от кораблика свои «мыши» и пошли в лагерь. В лагере все долго над этой рыбалкой смеялись, а Дмитрий Вячеславович пел песни на актуальную в этот вечер тему.

А у песен, которые мы пели Паше и Васе, после того, как вдоволь насмеялись над их приключениями, была одна главная метафора – «Мы капитаны, братья, капитаны…»

16 июля 2003 года

Планировали встать в семь. Однако не получилось. Получилось как всегда. Проснулись в девять, а вышли в одиннадцать. Погода хорошая, и смены её не предвидится. Вчерашний кораблик забрали с собой.

На одном из заломистых прижимов совершенно в неподходящий момент Даша вдруг вывалилась с катамарана. Мы же нашим катамараном только-только прошли этот участок и, буквально в пятидесяти метрах ниже, развернувшись носом вверх по течению, смотрели за проходом двух других катамаранов. Мне чуть плохо не стало. Хорошо, что сама Даша сразу же «проснулась» и Степан Степанович сделал всё как надо.

Я ей:

– Даша, нашла место, где спать!

А она в ответ:

– Весло перевесило!


Заломы - вещь опасная, особенно подтопленные бревна, как с сучками, так и без них

Буквально через два часа подошли ещё к одному железнодорожному мосту через Амгунь в районе левого её притока реки Темга. Ниже моста и встали на обед. Вот как раз, когда проходили под мостом, Вася вспомнил, что забыл на месте нашей днёвки свой спиннинг. А спиннинг у Васи был подарен отцом и стоил очень даже не дёшево по нашим меркам – больше 3000 рублей! Зато кораблик лежит у меня за спиной на катамаране! Вчера Вася не захотел отдать Поде своего «мыша», зато Подя забрал у Васи спиннинг с катушкой. (Для тех, кто не знает: Подя – одно из названий языческого бога тайги.)

Пока готовится обед, кроме всех текущих наших умываний и купаний решаю провести повторные испытания нашего кораблика. Теперь я его уже запускаю на шестимиллиметровой капроновой верёвке. Плывёт замечательно, пока верёвка не касается воды, но как только верёвку кладёшь на воду, поток сразу же уносит кораблик к берегу.

С обеда вышли чуть позже половины третьего. Амгунь местами принимает вид вполне равнинной реки. Прямо как с картинок средней полосы России. Идём спокойно, иногда поджидаем Васин катамаран. На одной из кос Степан Степанович всё же поймал ленка. Первая рыба за весь поход. Съели сырого. Очень даже ничего.

В начале шестого прошли ещё один мост ниже устья реки Мерек.

На ночёвку остановились на одном из островов в начале седьмого. Место, на первый взгляд, не самое лучшее, но дальше плыть нам смысла нет – график обгонять совершенно ни к чему. Песчаный пологий берег, вокруг тальники. Подъёма воды не предвидится, однако катамараны привязать не забываем. Остаться в этом месте без судов было бы совершенно не кстати.

На ужин я готовлю некое подобие плова. Степан Степанович смеётся, что если Дмитрий Вячеславович готовит ужин, то на него работают все. Ну, работа у меня такая – организовывать и руководить. Но, по-моему, ужин получился очень даже ничего.


Первый пойманный в походе ленок. Монченков Володя, Шамрин Никита

Вечером пытаемся петь, но как-то не поётся. С песни Александра Дольского «Меня нашли в четверг на минном поле…» (одна из любимых Пашиных песен) разговор переходит на оружие наше и зарубежное. Это уже тема Степана Степановича, он в ударе. В полночь у меня уже закрываются глаза, засыпаю. И в начале первого расходимся по палаткам.

Е.В. Дорофеева

В начале считала, что поход слишком длительный, но формирование нового «мировоззрения» у меня произошло на пятый день пути…
Сегодня прошли большой участок пути. Все три катамарана были если не рядом, то в пределах видимости. Так сладостно, когда впереди маячат красные жилеты, а Семён всё говорит и говорит – мешает слушать шум воды.
Налетели по небрежности на топляк, чудом удержались. Семён с Васей отреагировали моментально. Обошлось без травм и жертв.
Вечером и ночью – костёр, полнолуние – почти белая ночь. Удивительно пение под гитару Дмитрия Вячеславовича и Степана Степановича. Неизвестные лиричные слова. Ребята подпевают.

Семён Сергеев

Лето – хорошая пора. Вода, небо, солнце и хорошая компания. Что ещё нужно в это время человеку? Летом все едут отдыхать, а я думаю, что наш способ - самый эффективный. У нас есть и небо, и солнце, и хорошая компания, а ещё приключения. Не всё порой складывается как мы хотим, что-то не получается, но мы не расстраиваемся и идём вперёд. Завтра новый день и новые приключения. Каждый день неповторим и запоминаем по-своему. Такой день единственный в нашей жизни и больше он не повторится. Надо чтоб они не пролетели без следа.

Катя Шевцова

Наш катамаран плыл первым, а за нами плыл катамаран Степана Степановича. Всё шло хорошо, но вдруг я повернулась и увидела, что Даша упала в воду в очень опасном месте. Дмитрий Вячеславович очень разволновался, и мы остановились убедиться в том, что всё обойдется. Всё закончилось хорошо. Степан Степанович вытащил Дашу, и мы поплыли дальше.

17 июля 2003 года

И опять мы просыпаемся в девять! Что-то мы расслабились! И проснулись-то мы со Степаном Степановичем в основном от того, что в палатку нещадно светит солнце. У костра уже Никита, Вова маленький и Елена Вениаминовна. Объявляю общий подъём, однако минут через сорок, когда уже завтрак готов, выясняется, что Семёна нет.

– Семён!

В палатке, где живёт Семён, начинается шевеление, а через пару минут на свет показалась и сама заспанная физиономия её хозяина.

Выходим на маршрут в одиннадцать, при этом ставим себе задачу к обеду выйти в район станции и посёлка Амгунь.

В половине второго встречаем местных рыбаков на резиновой лодке и у них узнаём, что до посёлка по реке около десяти километров. Надо плыть.

В районе посёлка Амгунь река очень разветвлена на рукава. Решаем идти крайними левыми протоками, чтобы держаться коренного берега.

Через пятьдесят минут увидели домик на левом берегу. Подходим – насосная станция. Протока узкая, останавливаемся на противоположном берегу. Беру деньги, с Васей переправляемся на катамаране к насосной, выдёргиваем его из воды и по дороге уходим в посёлок.

Пока шли в посёлок, я совершенно случайно придумал приключение. По оценке карты, но самое главное - по моим собственным ощущениям, после того, как мы перешли через железную дорогу и вышли на грунтовую автодорогу, я решил, что посёлок - влево и вверх по склону, а станция - вправо. Найдя ближайшую тропу, уводящую в лес, мы с Васей пошли, придерживаясь этого направления. Вскоре, тропа, которая вела нас, превратилась в болото и затем вообще повернула в другую сторону, т. е. вправо. Поплутав немного и, не найдя троп влево, я решил, что если это - тропа, то она должна привести нас либо в посёлок, либо на станцию. Ничего другого здесь просто нет. По карте расстояние между ними не менее двух километров и мне казалось, что мы на железку вышли как раз между ними. Выбрав наиболее явную тропу, направились по ней. Вышли. В посёлок. Да ещё и со стороны задних дворов.

В посёлке нас интересовал только магазин. Оставив в нём некоторую сумму, назад мы уже пошли по грунтовой дороге вдоль железнодорожного полотна.

Кстати, следует отметить, что посёлок Амгунь меня поразил своей чистотой и аккуратностью. Интересно, кто его строил? Ведь это - один из тех БАМовских посёлков, которые строили комсомольцы в конце семидесятых. Надо будет поинтересоваться, какая союзная республика или какой город строили его. Уж слишком непривычна аккуратность этого посёлка на фоне многих наших русских поселений.


В ожидании обеда...

Вернувшись к своим, обедаем. Утром Степан Степанович попросил меня, чтобы я ему купил сигарет, но не уточнил сколько. Ну, я ему и купил блок. А он когда увидел, то глаза вытаращил и сказал, что у него дым пойдёт изо всех дыр. Он предполагал, что мы ему купим одну пачку. Остальные «ништяки», которые мы купили в магазине, я никому не показал и спрятал у себя на катамаране, потом сюрприз будет! («Ништяки» – от слова «ништяк», что на детско-дворовом сленге означает «хорошо», «замечательно», а на детско-туристском сленге – всякие вкусные вещи.)

В пять часов отплываем. Река течёт разбоями, идём плотно. В одном из рукавов - узко и поворот более чем на 90 градусов. Иду вторым, прохожу внутренним правым берегом. Под левым сильно тащит на коряги, и посредине лежит большая коряга. Как пойдёт катамаран Василия? Несколько ниже встаю на страховку. Жду. Как и думал, Васин катамаран потащило к залому, но прошли более-менее аккуратно, скорости не было, да и коряг под водой не торчало.

Около восьми ищем место на ночёвку. Требования: отсутствие травы, продуваемость, высота относительно воды, наличие дров. На одном мысу вроде бы приметили место, но не то, прошли пятьсот метров дальше и нашли то, что надо – остров, с каменистым пляжем, заваленный одним большим вековым заломом.

Ужин опять готовлю я при участии всех. На этот раз у нас «рагу из шпикачек», которые мы купили в Амгуни.

Ближе к ночи я усыпляю народ песнями, однако никто не расходится, потому что знают, Дмитрий Вячеславович был в магазине, а значит, что-то должно произойти. Правильно. Около половины первого я предлагаю попить чаю, однако, кроме меня чай пить особо никто не хочет, но при этом никто и не расходится. Что ж, я и один попью, но от «ништяка» в виде шоколада почему-то никто не отказывается. Вот только после этого стали расходиться по палаткам.

Семён, Елена Вениаминовна и я от костра отошли последние, время было уже половина третьего. В палатке я перекинулся парой слов со Степаном Степановичем и очень быстро заснул, а утром мне Степан Степанович поведал следующую историю.

Как только я заснул, около костра кто-то появился. Это наши красавицы Юля, Даша и Катя снова вышли из своей палатки и у костра просидели до шести часов утра. При этом они доели остатки Никитиного ужина, сухари, которые остались с ужина, выпили весь мной недопитый чай. Но, главное, всё это время они хихикали и мешали Степану Степановичу спать. Но потом оказалось, что и Семёну они тоже мешали спать, и Елене Вениаминовне тоже.

Вот что значит для детей ситуация похода! Уже прошло более чем две трети нашего путешествия, и Катя Шевцова, Вова Ананьев, Никита Шамрин за это время стали своими, а, казалось бы, всего несколько дней!


Е.В. Дорофеева

Шпикачки, чудо как хороши!

18 июля 2003 года

Опять мы устраиваем днёвку. До посёлка Берёзовый, конечной точки нашего маршрута, осталось не более сорока километров, и плыть их в два дня совершенно нет смысла. Если выйдем нормально, т.е. в девять утра, то к семнадцати часам будем в Берёзовом. Если будет солнце, то ещё и высушимся, а если солнца не будет, а будет дождь, то не высушимся даже в случае, если придём в обед. Тем более, что поезд наш только в пять утра.

Поэтому сегодня стоим, тем более что и место замечательное, и погода радует.

Красавиц мы смогли поднять только к одиннадцати часам, когда завтрак был уже готов. Степан Степанович приготовил молочные рожки. Причём количество самих «рогов» было такое, что... В общем, как Семён не старался их много съесть, всё равно пришлось часть их выбрасывать.

Ещё до завтрака Паша поймал весьма приличного ленка. Посадил его на кукан в надежде, что рыба ещё будет поймана. Воодушевлённые этим событием Вася, Паша и я после завтрака отправились облавливать ямы вокруг острова. Результат: Вася поймал хариуса на блесну размером больше самого хариуса, я не поймал ничего (что вполне естественно), Паша тоже не поймал ничего.

Пока мы рыбачили, Степан Степанович и Семён соорудили укрытие от солнца в виде тента над костром, но, похоже, это не сильно помогло, поскольку размер тента невелик, а солнце обладает одной особенностью – оно не стоит на месте. И тень, соответственно всё время смещается. Стоило Семёну прилечь подремать в одном месте, как тень переместилась в другое, снова перелёг, снова тень переместилась. Так они вместе с солнцем и перемещались.

Как надоело нам ловить рыбу, начинаем развлекаться тем, что купаемся сами, и обливаем водой Юлю и Дашу. Даша не особенно приветствует эту затею, поскольку она немного приболела, а вот Юля, похоже, не особенно и сопротивляется. Визжит правда сильно, да пытается предпринимать ответные меры. Вода не та, что была в первые дни, стала значительно теплее, но долго в ней всё равно не просидишь.

Завтрак был поздний, соответственно, и обед поздний – в четыре часа. На обед - уха из Пашиного ленка и Васиного хариуса. Очень даже ничего получилась. Особенно если учесть, что наши супы, хотя они и не из пакетов, но уже изрядно всем надоели.

Напротив лагеря, почти у самой воды лежит огромный тополь, наверное, такой, из каких коренные народности Приамурья делали свои лодки-долблёнки. Его принесло сюда совсем недавно, кора ещё не старая, а корни как будто ещё недавно были в земле, которую с них смыла вода.


А это - один из многочисленных амгуньских заломов.
Залом-остров

После обеда послеобеденный сон. Кто где спал - я не помню, но я спал под тентом на спасжилетах. В палатку идти желания нет, там очень жарко, но здесь другой недостаток – мухи большие и мухи маленькие.

Жара стала спадать только в седьмом часу. Вот к этому времени я созрел для того, чтобы снять кино про залом, около которого стоял наш лагерь. Здесь артистов много не надо, достаточно меня одного, а Паше выпала роль быть оператором. Я продумал текст, который мне предстояло сказать в камеру, вышел на исходную, Паша мне скомандовал, я пошел по залому, где нужно сел, начал говорить текст, закончил его и тут оказалось, что запись не прошла (со временем, камера, эксплуатируемая в походных условиях зимних и летних походов, периодически начинает вытворять чудеса). Пришлось делать второй дубль. Он оказался более успешным.

Сегодня до «ништяков» из амгуньского поселкового магазина очередь дошла раньше, чем накануне. Долго засиживаться нельзя, завтра плыть. Прецедент с засыпанием на катамаране у нас уже был, приключений хватит. А в качестве «ништяка» у нас вафли. В одиннадцать часов пьём чай и в полночь расходимся по палаткам.

Е.В. Дорофеева

Сегодня знойная стоянка на острове.
Вечер. Сижу на бревне рядом со стремящейся на юг рекой Амгунь. Воздух свежий, наполнен настоем хвои, листвы берёзы.
Возникли строки:

Журчала быстрая река
И солнце в тучу закатилось.

Катя Шевцова

Спать мы пошли около трёх часов ночи. Мы уже легли, но тут кто-то предложил пойти прогуляться. Мы вышли из палатки на берег и решили встретить рассвет. Мы разожгли костёр, поставили греть чай и пошли искать что-нибудь к чаю. Найдя немного сухарей и достав свои конфеты, сели поближе к костру и начали пить чай. В шесть часов рассвело, и мы пошли спать.
Около десяти утра я, Юля, Даша проснулись оттого, что Степан Степанович кидал в нашу палатку камнями. Когда мы вышли из палатки, то он жаловался, что мы съели все его сухари, весь сахар и ещё Никитину кашу. Оказывается, он слышал весь наш разговор и утром половину из этого разговора всем рассказал. Например, о том, что мы хотели угнать катамаран.
Днём было очень жарко. Мы не отходили от воды. Хотели поспать, но в палатке невозможно было находиться. Даша заболела.

Даша Демчук, Юля Ключникова

Вчера мы (Даша, Юля и Катя) сидели около костра до самой ночи и, дождавшись шоколадки, пошли в палатку. Посмеявшись от души, мы решили прогуляться по берегу. Спать мы расхотели сразу и собрались дождаться рассвета. Разожгли костёр, разогрели чай и стали любоваться на небо. Так как заняться было нечем, мы стали разговаривать обо всём подряд: о доме, о членах клуба (особенно о Степане Степановиче), о походе и о многом другом.
Мы проголодались и решили перекусить тем, что было. Четыре бочки с едой мы оставили на следующую ночь, зато съели Никитину кашу, все (!!!) сухари Степана Степановича, которые мы не съели за ужином, весь сахар и полбутылки кетчупа. За это время мы высушили кроссовки, и пошли спать в шесть часов, встретив рассвет.

Дело было вечером, делать было нечего. Ключникова Юля, Демчук Даша, Шамрин Никита
Наутро мы проснулись от того, что Степан Степанович обстреливал нашу палатку булыжниками. К нему присоединились и другие. Нам пришлось сидеть в палатке, чтобы не получить в лоб камнем и слушать, что про нас говорят у костра. И мы узнали много нового. Оказывается, что мы смеялись всю ночь «как лошади», а Степан Степанович «грел уши». Как мы поняли, он слышал всё, что мы говорили, но рассказал он всем только о том, что мы собирались ночью угнать катамаран. Но мы говорили ещё и о том, как мы восхищаемся им, но он решил утаить это от всех – он постеснялся. К счастью у нас были защитники – Елена Вениаминовна и Дмитрий Вячеславович, которые защитили нас от наших обидчиков. Сейчас мы сидим в палатке и выражаем своё недовольство.

Дорогие Юля, Даша и Катя! Прежде чем кого-то ночью у костра обсудить помните об одном: ночью слышимость около воды исключительная. Палатки хоть и стоят достаточно далеко от костра, но в них слышно так, как будто разговаривающие находятся в метре от палатки. А ещё помните, что люди по ночам могут просто плохо спать. И всё, о чем говорят около костра, может стать информацией известной другому человеку. Ладно, если эта информация хорошая, а если такая, что должна остаться только между теми, кто участвует в беседе? Вы не первые, кто попадается на это. Будьте аккуратнее.

Семён Сергеев

Последние дни похода самые интересные. Нам ещё предстоит проплыть последние тридцать километров до посёлка, но это будет завтра. А пока мы стоим на днёвке и занимаемся всем, кто во что горазд. Днём после обеда очень хочется поспать, но мешает жара и всякая летающая гадость в виде мух. А вечером становится попрохладнее, но теперь налетают комары и мошка и не дают покоя. Хорошо ночью, когда спим и ни о чём не думаем. И комаров нет тоже. А утром начнётся новый день. Среди всех приключений я меньше всего места уделяю мухам или жаре. А про мух, комаров и жару я написал, чтобы показать, что есть ещё и суровая реальность. А так в основном неплохо, правда иногда налетаем на залом кормой или вылетаем на мель, что приходится слезать в воду и тащить катамаран из неё, а потом опять плюхаешься в воду по неожиданной причине. Но веселее выкарабкиваться, когда течение и тебя несёт на залом и до него остаётся пять метров. Время мало, а действовать надо. Вот так и приходилось выкарабкиваться из всего подряд. Главное - не теряться и не паниковать, и тогда всё будет хорошо.

Да, Семён, почитают тебя взрослые дяди и тёти и детей своих с нами в поход не отпустят!

Паша Игумнов

Я очень люблю рыбную ловлю, и именно поэтому взял с собой разнообразные снасти. Первую неделю похода нам с рыбой не везло.
Всё началось с шестнадцатого июля, когда Степан Степанович поймал леночка сантиметров сорока. Но были потери. Тремя часами раньше, выплывая с днёвки, Василий Авлуков забыл свой спиннинг.
Вчера вечером, вернее в ночь со вчера на сегодня, я собрался рыбачить на «мыша», но рыба только била плавниками по моей немудрёной снасти, а хватать крючок не собиралась.
В девять утра я пошел на утреннюю рыбалку и со второго заброса поймал ленка примерно пятьдесят пять сантиметров. С него мы сварили уху.
А Вася, спиннингом Степана Степановича, поймал маленького хариуса на блесну, большую его сантиметров на пять.

19 июля 2003 года

Накануне всем-всем строго настрого было наказано, что кто проснётся в семь часов или начале восьмого должен объявить подъём. Но, всё же я оказался первым, проснулся в 7.05. Спрашиваю Степана Степановича: «Встаём?» Он что-то промычал, а я тут же закрыл глаза, но через десять минут их снова пришлось открывать и всё-таки вставать. Выползаю из палатки, обхожу лагерь. Подъём.

Пару дней назад Степан Степанович сказал, что от подъёма до выхода нам нужно полтора часа. Но в этот раз мы вышли в начале одиннадцатого, и вовсе не потому, что собирались долго. Когда стали надувать спущенные накануне поддувы (чтобы они не разорвали от возрастающего на солнце давления на оболочку, мы в них сбрасываем часть воздуха), то оказалось, что на одном катамаране, где были классные поддувы Катиного папы, при подкачке одна из гондол ведёт себя совершенно непонятно – накачивается как-то наполовину, т.е. передняя часть гондолы до середины надувается, а задняя нет. Сдуваем, расправляем в оболочке поддув, снова надуваем – опять то же самое. Что за наваждение! Отвязываем гондолу от рамы, выдёргиваем поддув, и тут я обнаруживаю, что посредине него внутри вклеена перемычка, разделяющая объём на две равные части. Путём несложных умозаключений прихожу к выводу, что перегородка не плоская, а имеет форму близкую к конусу, что позволяет ей перемещаться в сторону с меньшим давлением. Как мы этого не обнаружили раньше, ума не приложу! Наверное, ещё на Сулуке, когда гондолы наполнялись воздухом в первый раз, мальчишки их накачивали с двух сторон, что позволило перегородке никак не проявить себя.

Сегодня нам нужно пройти по нашим подсчётам около тридцати километров. Рано приплывать в Берёзовый нам смысла нет. Как я уже говорил, нам надо там появиться в районе шести часов, и если будет солнце, то наше туристское добро до восьми часов вечера высохнет, а если его не будет, а допустим, будет дождь, то оно не высохнет итак, даже если мы приплывём раньше. А привлекать к себе местное население совершенно ни к чему. Тем более что день субботний, время вечернее, а в магазине нет недостатка в вино-водочных изделиях… А ещё наш Степан Степанович – учитель Основ безопасности жизнедеятельности, и его позиция совершенно четко определена: не надо самим создавать ситуации, которые могут стать причиной конфликта с местными ли жителями, с окружающими ли тебя людьми дома, в школе, на улице, в общем нигде. Ведь если спровоцируешь конфликт, потом может оказаться ох как трудно из него выпутаться. А ведь чем отличается умный от мудрого? Умный найдёт способ из трудной ситуации выйти, а мудрый никогда в неё не попадёт. Так будем же мудрыми и в этот раз! Не будем торопиться в Берёзовый.

В этот поход как-то получилось, что никто из наших участников не страдал по продуктовому магазину. Даже странно! За все дни похода я ни разу не слышал нытья и причитаний, по поводу того, чтобы съесть вкусненького. Тем более нет смысла торопиться в Берёзовый. В магазин-то нам не надо!

Практически сразу после выхода на одном из разбоев я ухожу в протоку, которая кажется мне основным руслом, но, оказалось, это не совсем так. Пришлось порулить. Дистанцию держим не более двухсот метров. Среди этих островов не то, что потеряться можно, но попасть в такую протоку, которая может быть закрыта на выходе сплошным заломом, или в ней может оказаться резкий поворот со струёй, бьющей под залом. А этого нам не надо.

В начале второго встаём на большой косе левого берега на обед – последний обед этого похода. Солнышко светит хоть и через облачную дымку, но всё равно жарко. Расстилаем тенты, мокрые от ночной росы для просушки, утром они высохнуть не успели. Зачем их мокрыми везти в Хабаровск, если можно просушить сейчас? Надо привести лицо в прядок, убрать с него походную мохнатость, ведь к людям выходить! Располагаюсь около воды, бреюсь, а потом купаться! Желающих купаться кроме нас с Пашей почему-то не нашлось. Наверное, уже устали от похода. Ну, ничего, завтра к вечеру будете дома. А водичка - прелесть! Не то, что была в начале похода, когда мы были на Сулуке. Нет, соврал, кроме нас в воду зашел ещё Вова Большой, но не далее чем чуть выше колен. Как мы поняли, он просто не хотел мочить трусы.


И такая Амгунь тоже бывает. Одна из многочисленных амгуньских проток

Примерно в половине третьего отваливаем от берега. Странно, столько проплыли, а заломов меньше не стало. Наоборот, их мощь и размах местами просто впечатляет. Заломов много на берегах, но особенно мощные они на островах, оно и понятно – струя бьет в верхнюю часть острова и разрывается на два рукава, в большую воду именно сюда направлена основная сила воды. Русло реки непрерывно изменяется, оно как бы блуждает из одной стороны в другую, смывая одни берега и намывая другие. А смытые берега – это смытый лес, который должен доплыть до устья Амгуни, попасть в Амур и выплыть в Татарский пролив. Но это - очень длинный путь, а река очень извилиста. И находят эти плывущие стволы себе пристанище на берегах и островах. Именно на таком огромном заломе-острове мы провели две ночи и замечательную днёвку накануне. И на одном из таких островных заломов наш катамаран чуть не накинуло на брёвна со всей скоростью воды, которая бешено неслась под него. Но об этом расскажу поподробнее.

Буквально через двадцать минут после выхода с обеда, смотрим, катамаран Степана Степановича, изначально не особо утруждающий себя на гребле, вдруг начал сильно грести и уходить от острова в левую протоку. Залом, нагромождённый на острове, не более примечателен, чем все остальные, а вот в той протоке, куда пошел Степан Степанович, в левой части примерно до середины, как раз напротив верхней части залома, мель и видна галька, значит там не пройти, значит надо идти вдоль залома. Подходим ближе и чувствуем, что нас начинает сильно тащить на залом, командую на разворот, ставим катамаран поперёк струи носом к левому берегу и что есть силы пытаемся уйти влево. В общем, когда мы поравнялись с заломом, то он пронёсся от нас буквально в метре. Но и после этого ещё пришлось поработать веслом, потому что ещё на протяжении двухсот метров мы неслись вдоль корчей буквально в трёх–пяти метрах на очень и очень приличной скорости. Когда явная опасность миновала, мы развернули катамаран носом против течения и опустили вёсла. Нужно было дать отмашку экипажу Василия, чтобы уходили влево и не приближались к залому. Такой мощной струи под залом на Амгуни я ещё не встречал!

Весёлая речка Амгунь, расслабляться нельзя, иначе не избежать беды! Хотя местные жители на реке Тырма и говорят про свою реку, что в переводе с местного диалекта это ведьма, но по сравнению с Амгунью она просто нечто невинное, хотя бы и с порогами. А вот Амгунь со своими заломами скорее похожа на ведьму! Бед она приносит больше.

Проплыв ещё минут двадцать, мы увидели на левом берегу обеденный бивак комсомольчан. Подошли, поговорили. Рыбалка у них была лучше чем у нас, хотя и не такая, какую они видели здесь в другие свои путешествия. Что поделать – вода высокая.

По нашим прикидкам, в Берёзовый мы должны были приплыть часам к шести, а оказались там в половине пятого. Хорошо, что на берегу плескались дети и взрослые дядьки «отдыхали», вечер-то субботний! А то бы проплыли мимо, явных признаков цивилизации с воды не было видно совершенно, за исключением спускавшейся к воде дороги. Но как узнали потом, далее было ещё несколько таких съездов.

Ну, вот и всё, приплыли! Чалимся.

Вован с размаху от радости, что доплыли, прыгает в воду. А как же трусы? Про них он уже забыл. Ребёнок! Хоть и большой, но всё же ребёнок.

Минут через десять после нашего финиша к берегу стали подходить суда комсомольчан. Да, это один из показательных примеров того, как не надо сплавляться – это относится и к судам, и к наличию спасательных жилетов (у большинства взрослых их просто нет), да много ещё к чему.

Как все наши три катамарана оказались на берегу, поздравляем друг друга с успешным окончанием похода и быстро приступаем к разборке судов. Надо быстро разобраться, разложить и развесить снаряжение на просушку, а после мне надо идти на станцию - может быть, удастся купить билеты. Пока идёт разборка судов, снимаю видеокамерой всех участников похода и задаю один вопрос: что больше всего понравилось, и что было замечательного в этом походе. У каждого участника свой багаж эмоций, но главное, и это отметили все, что поход удался! И это самое замечательное!

Как выдернули катамараны на берег, отвожу Катю в сторону и предлагаю ей забрать Дашу и Юлю к себе в гости. Ну, Катя разве будет против? Девчонки как узнали, так завизжали и запрыгали, и тут же исчезли. Уговаривать не пришлось.

Последние годы, возвращаясь из водного похода, стараюсь привести что-то для своего огорода. «Что-то» – это жерди от рам катамаранов. В прошлом году в походе по Анюю с японцами, мы возвращались на автобусах, а все наше снаряжение вёз грузовик, и я забрал все жерди со всех катамаранов. В этот же раз, такой возможности у нас нет и поедем мы на поезде да ещё и с пересадкой, поэтому моё желание забрать все «дрова», конечно, неосуществимо. Приходиться остановиться на том, что мы с собой возьмём связку из жердей длиной 1 метр 20 сантиметров – штакетник для забора. Поэтому, по мере освобождения жердей ребята их перепилили на такие, какие нужны, и не без помощи Степана Степановича увязали.


А Вася и Степан Степанович уехали раньше нас...

После того, как катамараны были разобраны и гондолы разложены для просушки, я с Василием отправился в посёлок. Обилие местного населения на берегу предполагало близость посёлка. Но не тут-то было. Сначала до железной дороги топали минут десять, а потом и вдоль неё до станции и посёлка ещё столько же. Конечно, по сравнению с тем расстоянием, которое мы проплыли, это сущие пустяки. Но пешком-то мы ходить абсолютно разучились!

На вокзале выяснили, когда работает касса. Сейчас же она была закрыта, и мы пошли в магазин. Ну, надо же купить чего-нибудь вкусненького, чтобы отметить завершение похода!

По возвращении на берег приступаем к приготовлению ужина, а я - к укладке своего рюкзака. Если смотреть со стороны на эту процедуру, то выглядит это примерно так. На земле радиусом в полтора метра разложено огромное количество вещей, которые со временем должны оказаться в моём рюкзаке. Посредине стою я, держу рюкзак и думаю, что пойдёт в него первым, вторым, и что окажется в самом верху. Как правило, процедура заполнения рюкзака после водного похода производится в несколько попыток. После первой попытки приходится более половины рюкзака, а то всё его содержимое снова вытаскивать и всё начинать с начала. Потому, как правило, что-то не влезло, или просто нехорошо легло. К концу третьей попытки все вещи уложены. Осталось всего ничего – взвалить его на себя и отнести к поезду. Хорошо тем, кто до вокзала не ходил и дороги не видел. Но мне-то она уже известна! Ладно, потерпим…

Когда ужин был уже почти готов, я повернулся в сторону дороги, идущей от реки, и на какое-то мгновение потерял отчет себе в том, где я нахожусь, я просто остолбенел от удивления: смотрю, прямо на меня идут Виктор Александрович Авлуков и Татьяна Павловна Романова – родители нашего Васи. Откуда они здесь появились, за много километров от Хабаровска? Как оказалось, всё очень просто – им стало скучно в Хабаровске, и они решили покататься. Поехали на своей Дэлике в Комсомольск, погостили там несколько дней, а потом рванули в Берёзовый. Они знали, что мы будем там именно девятнадцатого к вечеру. А в посёлке найти туристов-водников не так-то и сложно. Обследовали несколько съездов к реке, поспрашивали народ и нашли нас.

Елена Вениаминовна хлопочет на «кухне» – превращает колбасу и хлеб, принесённые нами из магазина в бутерброды, раскладывает кашу по тарелкам. Последний ужин нашего похода. И, конечно же, с «ништяками» – всякие вкусности, которые мы принесли из магазина. Ведь конец похода надо как-то отметить!

После ужина определяемся, какие рюкзаки поедут с Виктором Александровичем, естественно уедет мой «забор», гитара, упаковки с трубами для рам катамаранов, вёсла, бочки. Конечно же, уедет Вася и остаётся ещё одно место. Кто? Пауза. Тут Степан Степанович и говорит, давай я поеду. Да ради бога, езжай!

После того, как остались без части снаряжения, Васи и Степана Степановича, заняться особенно нечем, просто сидим и разговариваем. А поговорить есть о чем! Кате не сидится дома, она давно вернулась к нам вместе с девочками, и я чувствую, что ей абсолютно не хочется, чтобы мы уезжали, чтобы заканчивался наш поход. Катя очень немногословна, но глаза её выражают всё! Ведь то, что произошло в последние десять дней – такое бывает не часто, и я немножко испытываю гордость за то, что наша группа и весь наш поход останется в памяти этой девочки как одно из ярких событий её жизни.

В одиннадцать часов всё-таки мы поднимаемся и, взвалив на себя рюкзаки, у кого они есть, конечно, направляемся к станции. На все мои уговоры Елены Вениаминовны дать мне рюкзак, она не соглашается, главный аргумент отказа – ведь я же в походе. Ну просто молодец! Нас никто не гонит, идём не торопясь, ведь и эти мгновения тоже неповторимы.

Ну, а дальше… А дальше до четырёх часов утра что я только не делал – гулял по вокзалу и перрону, ходил в магазин, покупал билеты, что только не придумаешь, чтобы не спать. Паша и Катя погуляли по Берёзовому, и где-то около половины второго Паша (тоже мне кавалер!) заснул, опустив голову Кате на колени. Ну, а в три часа его всё же пришлось будить. Ведь Кате всё-таки надо идти домой. Вот и ещё одно занятие – проводить Катю. Вместе с нами пошёл ещё один не спящий – Вова Монченков или просто Вован.

А охранять на вокзале наших спящих на рюкзаках детей осталась Елена Вениаминовна.

Постышево – большая станция, здесь обычно садится в поезд на Комсомольск много народа. Иногда это превращается во что-то дикое. Но то, что устроили взрослые товарищи (они, как оказалось, нам вовсе не товарищи) из группы Комсомольска, не поддаётся никаким сравнениям! Они были изрядно пьяны и лица у них были абсолютно звериные, когда они расталкивали нас и другой народ, втаскивая своё добро в вагон. Что за люди, что они показывают тем детям, которые с ними!

Всё же нам удалось пусть и в конце вагона, около туалета, но всё же найти верхние и самые верхние (багажные) полки на которых, после проверки проводником наших билетов, и ложимся спать.

Такой вот длинный день был у нас.

Катя Шевцова

Очень много было потеряно и оставлено в лесу. Вася оставил спиннинг, а потом у него утонули часы. У меня в последний день похода утонула кружка.
На катамаране, на котором я плыла, было очень весело. Вован всё время смотрел на весло, а не вперёд. Дмитрий Вячеславович командовал плыть вперёд, а Вован табанил.
Как-то раз мы решили выйти кормой на струю. Вован не удержался и чуть не упал.
Было смешно, когда маленький Вова спрыгнул с катамарана, решив что мелко, а оказалось очень глубоко. У него были такие перепуганные глаза, но он держался очень хорошо, только потом он, конечно же, немного замёрз.
Мальчишки ходили на рыбалку, но первые дни не удавалось поймать ни одной рыбы. Вскоре Степан Степанович поймал первую рыбу. Её съёли сырую. Потом на днёвке большую рыбу поймал Паша, а потом Вася поймал маленькую рыбу. Мы сварили уху.
Каждый вечер все собирались у костра, пели песни, разговаривали, пили чай.
Всю дорогу кораблик плыл с нами на катамаране и Вася забрал его в Хабаровск.
Сама я из посёлка Берёзовый и когда мы приплыли в посёлок, мне очень не хотелось идти домой, а хотелось начать поход сначала.
В походе мне очень понравилось. Было весело и интересно. Я с удовольствием поеду ещё куда-нибудь.

20 июля 2003 года

В Комсомольске на вокзале выясняем, что наш поезд задерживается на два часа. Что делать, ведь наших детей придут встречать в Хабаровске родители? Покупаем телефонную карту для переговоров по межгороду и каждый, у кого есть кому и куда позвонить, сообщил о задержке.

И тут опять на горизонте появился Виктор Александрович. По дороге до Комсомольска они пробили колесо, поставили запаску и теперь им, прежде чем выехать из города, нужно ехать на шиномонтаж и ремонтировать колесо. Василий же категорически отказался ехать в машине с родителями и сказал, что поедет с нами, тем более что билет-то уже был куплен заранее. А вот билет Степана Степановича я сдал и, как ни странно, совершенно без потерь. По какой цене билет был куплен в Хабаровске, ровно столько мне и вернули. Как-то даже удивительно!

Странно, но в Хабаровск наш поезд опоздал всего на десять минут. И почти всех ребят встретили соскучившиеся по ним родители, а Елену Вениаминовну встретил сын Александр.

Чего-то особенного, пока мы ехали из Комсомольска, не произошло, за исключением того, что Вася, вместо того, чтобы по приезду сразу идти домой, рванул к своим друзьям, в результате чего Татьяна Павловна звонила мне домой через два часа после того, как я там появился.

Е.В. Дорофеева

Ничего подобного (сплав на катамаране плюс двести километров гребли вчетвером) мне и во сне не снилось! Я думаю, что был риск брать меня с собой, но всё уже позади: неумение и отсутствие опыта гребли и других туристских премудростей перешло в новое качество.
В начале считала, что поход слишком длительный, но формирование нового «мировоззрения» у меня произошло на пятый день…

Паша Игумнов

Заключение

Время 16.13, еду в поезде. И очень хочу поведать вам о том, каким замечательным был этот поход.
Успешно подобранный коллектив, замечательные природные условия и, самое главное, невероятные приключения и истории.

Про Амгунь

Я хочу поведать вам про реку Амгунь: могучую, в то же время нежную и красивую, но и опасную. В этой реке страшное количество заломов, крутые берега, крутые повороты, жаль, что нет порогов. Надеюсь, что я сплавлюсь по этой реке ещё не раз. Тем более с такими замечательными людьми – туристами.

Пожелания участникам похода

Ананьев Владимир

Вова! До начала этого похода ты не знал никого. Однако очень быстро ты вошел в наш коллектив и стал своим. Очень хочу надеяться, что ты ещё не раз отправишься с нами в путешествие, и очень хочу, чтобы на следующее лето в водный поход с нами пошёл и твой папа. Он великий рыбак! Может быть, хоть он нас как следует накормит рыбой?

Шамрин Никита

Никита! Ты такой интересный, быстро загораешься на какое-то дело, и столь же быстро твоё желание затухает. Мне кажется, что быть всё-таки немного более целеустремлённым, и не отступать перед трудностями, какого бы характера они не были. Очень хочу надеяться, что этот поход не станет последним твоим походом, ведь это, прежде всего, нужно для тебя, для твоего характера.

Игумнов Павел

Паша! Не перестаю восхищаться твоей любовью к рыбалке! Хоть ты в этот поход нас накормил ухой! За те три года, которые я тебя знаю, ты очень сильно вырос, очень многому научился. И, пожалуй, можно тебя уже отпускать в путешествие с другими группами и другими руководителями, и я верю в то, что ты меня не подведёшь!

Монченков Володя

Вова! Ну, когда ты начнёшь становиться взрослее! Мне кажется, что надо уже перерастать из Вована в Володю, тем более что ростом ты до этого уже дошёл. Старайся поменьше произносить всякой ерунды. Но зато когда ты есть в походе, то скучать особо не приходится, и это касается не только того, что ты говоришь, но и того, что ты делаешь. Не забывай про то, что все твои действия приносят какой-то результат. Вот я очень хочу, чтобы этот результат был безопасен для окружающих (в частности для их здоровья). А то ты не думая, бросишь куда-нибудь в сторону камушек, килограмм на шестнадцать, а там и человек может совершенно случайно оказаться. В общем, ты меня понял.

Шевцова Катя

Катя! Когда твой папа попросил меня взять тебя с нами в поход, то у меня не было относительно этого никакого сомнения. Скорее он переживал за тебя, чем я. Так и должно быть. Ведь он, как никто другой знает, что такое горная река, а ещё он знает, что такое таёжная река, в частности Амгунь. И ещё он волновался о том, как сможешь ты войти в наш детский коллектив. Но ведь всё получилось! Большое спасибо тебе за письмо, которое прислала ты мне после похода, и твои рассказы стали частью нашего походного повествования. Надеюсь, что ты с нами ещё не раз сходишь в поход.

Авлуков Василий

Вася! Ты уже такой большой, но как маша–растеряша! Но может быть твои потери это знак к тому, что на эту реку обязательно надо будет вернуться? Вася, ты уже почти состоявшийся капитан катамарана, но, всё-таки, надо быть повнимательнее, почетче в действиях и командах, и все что ты делаешь должны быть направлено на опережение ситуации, в которую может тебя и твой катамаран поставить река.

Сергеев Семён

Семён! Думаю, что все разделят мой восторг относительно твоих песен на тему «на что гляжу про то пою», жаль что эти экспромты остались там в походе и мы их не смогли сохранить. Еще и еще раз делаю акцент на том, что следующий учебный год для тебя последний в школе. Ну, постарайся, напрягись, заставь себя сделать всё возможное, чтобы успешно закончить школу и поступить в институт. Я уверен, что ты уж точно останешься в нашем клубе и после окончании школы, тем более что ты этим очень дорожишь.

Демчук Дарья

Даша! Не спать на катамаране! Вы с Юлей молодцы, что преодолели те преграды, которые вставали перед вами на пути к этому походу. Я очень рад, что вы всё-таки постарались услышать себя, а не то, что про нас вам говорилось. Очень подкупает твоё спокойствие. Ты не мелькаешь на глазах, но при этом ты всегда рядом и на тебя можно положиться.

Ключникова Юля

Юля! Ты такая смешная! Как Паша быстро понял, каким образом вывести тебя из равновесия! Если бы ты знала, насколько забавно было наблюдать за вашей «войной» с мальчишками. А ведь сюжетообразующей фигурой этой «войны» была именно ты. Однако эти «бои» стали одним из центральных сюжетов нашего путешествия! Юля, спокойнее реагируй на то, что о тебя говорят. Не давай себя провоцировать на какие-то действия и со временем никто этого делать не будет. Но тогда тебе, наверное, станет скучно? Выбирай сама.

Чугуевский Степан Степанович

Мне очень жаль, что нам, в конце концов, пришлось уйти из Лицея оставив там очень много из того, что мы сделали за последние два года. Такого клубного подвала, место в которое мы вложили часть своей души и в котором была своя жизнь, у нас никогда не было и неизвестно, появится ли что-то подобное у нас в будущем. Жаль, что ты совсем ушел из школы, но жизнь - есть жизнь, и иногда приходиться от чего-то отказываться, чтобы приобрести что-то другое.
Как сложится у нас следующие лето, пока загадывать трудно, но в поход мы пойдём обязательно.

Дорофеева Елена Вениаминовна

…Когда я заканчивал это произведение, я уже знал то, что знал.

Елена Вениаминовна! Вы очень хотели пойти с нами в водный поход. Поход этот состоялся, вы посмотрели на нас, а нам посчастливилось познакомиться с замечательным и интересным человеком. Большое спасибо Вам, что вы совершенно неожиданно оказались в жизни моей и в жизни каждого из участников нашего путешествия, пусть хотя бы и на очень непродолжительное время. Спасибо.
Мы Вас, дорогая Елена Вениаминовна, не забудем…

Послесловие

В один из последних дней нашего маршрута у меня появилось желание продолжить изучение реки Амгунь и пройти её от Берёзового до устья и финишировать в Николаевске-на-Амуре. Я поделился своими мыслями с ребятами, и они приняли эту идею на «ура». Это вполне по силам нашей группе. Вопрос только в финансировании выезда с конечной точки маршрута. Но если этот вопрос удастся решить, то подобное путешествие вполне возможно.

Вот и закончился ещё один поход нашего детского туристического клуба «Арго», замечательный тем, что нами была пройдена река, по которой мы со Степаном Степановичем шли впервые. Несомненно, это был в какой-то степени риск, тем более, что мы знали, что на реке много заломов. Но ведь если не допускать ошибок, просчитывать возможные варианты, следить за всеми участниками, то, несомненно, всё будет хорошо.

К сожалению, а вместе с тем и к радости, все походы когда-то заканчиваются, и надо возвращаться домой. Самое главное, что происходит во время каждого похода – это то, что каждый одерживает пусть небольшую, но победу над собой, над своей слабостью, над своей ленью, над своей нерешительностью, над своим неумением долгое время жить в автономном коллективе при полнейшем отсутствии того, к чему привыкли в своих городских квартирах. Для детей это очень важно, так как они ещё умеют мечтать, они способны чувствовать природу, они немножко хотят быть дикарями, они стремятся одерживать победы над собой. И если победа одержана, то ребёнок ещё на ступеньку становится старше.

И ещё, в современном цивилизованном мире, если этого не произошло в детстве, то этого может не произойти никогда.

P.S.

По итогам Краевого чемпионата среди походов с детьми совершенных в 2003 году, который проводил Хабаровский краевой Центр детско-юношеского туризма и экскурсий, это наше путешествие заняло Первое место. А по итогам Краевого чемпионата среди спортивных походов совершенных в 2003 году, который проводил Комитет по физической культуре, спорту и туризму Администрации Хабаровского края, этот поход занял Третье место.

И я вас всех с этими достижениями поздравляю!

Ваш Дмитрий Вячеславович

Июль 2003 – март 2004

Комментарии и дополнения
 Ольга Такушевич, 12.08.2008
Молодцы вы какие!... И спасибо за виды реки, природы. Тоже когда-то чуть-чуть сплавлялись, по Амгуни, живя в Березовом -в 1988! Когда служили. Здорово, что детей приучаете, все верно, это для них школа на всю жизнь.
 Антон, 15.12.2008
Приятно слышать, что кто-то интересуется рекой. Я родился и вырос в поселке Амгунь (наверное, слышали о таком)
 Колин Виктор Павлович, 22.07.2011
Спасибо. Вы укротили и описали реку на берегах которой прожил 8 лет. Мне пришлось видеть ее коварство, когда вода подымается до 2 метров за лдну ночь. Я строил поселок Амгунь, это который ближе к Джамку. Спасибо.
Добавление комментария
Автор
E-mail (защищен от спам-ботов)
Комментарий
Введите символы, изображенные на рисунке:
 
1. Разрешается публиковать дополнения или комментарии, несущие собственную информацию. Комментарии должны продолжать публикацию или уточнять ее.
2. Не разрешается публикация бессмысленных сообщений ("Круто!", "Да вранье все это!" и пр.).
3. Не разрешаются оскобления и комментарии, унижающие достоинство автора материала.
Комментарии, не отвечающие требованиям, будут удаляться модератором.
4. Все комментарии проходят обязательную премодерацию. Комментарии публикуются только после одобрения их текста модератором.




© Скиталец, 2001-2011.
Главный редактор: Илья Слепцов.
Программирование: Вячеслав Кокорин.
Реклама на сервере
Спонсорам

Rambler's Top100