Скиталец - сервер для туристов и путешественников
Логин
Пароль
Зарегистрироваться
Главная > Литературное творчество Новости туризма на сервере Скиталец - новости в формате RSS

 

Туристский маршрут № 30 летом 2006 года
Путевые заметки туриста России

Автор: Юлия Гараева

Все имена вымышлены. Все совпадения случайны.

Географические названия сохранены.

24 июля (понедельник)

На время отпуска я выбирала различные виды отдыха: от похода по горному Крыму или волонтерской программы Европе до банального отдыха на море у нас или за границей.

Так как никто не мог составить мне компанию, мне предстояло ехать одной. Примерно за месяц до назначенного срока девушка с работы прислала мне ссылку на сайт некой компании с рекламой различных походов. На сайте было предложено несколько основных программ. Так называемая "Тридцатка" - многодневный пеший поход через Главный Кавказский хребет к морю, и ежедневные радиальные выходы в горы с проживанием на турбазе (так называемый "матрасный" отдых). Кроме того, существуют еще конная "тридцатка" и конные радиальные выходы. Изначально мне приглянулась поездка по горному Крыму плюс море: то есть неделя в горах Крыма с проживанием на турбазе, потом неделя на море. Дней за десять до отпуска я позвонила в фирму и хотела заказать этот тур. Там сказали, что на Крым группа не набралась, и поэтому этот поход отменяется. Тогда я взяла "В край гор и водопадов плюс море" в Адыгее. Это то же самое - неделю жить на турбазе и днем ходить по горам, потом неделю на море, только это в Адыгее и Краснодарском крае соответственно.

Приехала в Краснодар в 6:27 утра, перешла дорогу с железнодорожного на автовокзал. Там автобусом на 7:15 поехала в столицу Адыгеи Майкоп (112 км от Краснодара). Ехала часа два. Никаких гор не видела. В Майкопе пришлось переехать на другую автостанцию и другим, местным, автобусом поехала до села Хаджох (еще часа полтора). Тут-то горы и начались. Когда я въехала в селенье Хаджох, над самой высокой горой курилась огромная темная туча. Она поглотила вершину мохнатой от деревьев горы. Впечатляло. Я нашла турбазу "Горная", поселилась там (был полдень). Меня встретил молодой парень в синей инструкторской майке, представился Мишей. Он спросил меня, на "тридцатку" ли я. Я сказала, что на водопады. Он сказал, что инструктором у меня будет Таня. Она сейчас повела людей, которые уже заехали, в тренировочный поход. Они вернутся к обеду, который будет в два часа дня. По территории турбазы носилась свора дворовых псов - видимо приблудились.

Моя комната меня не порадовала - маленькая (двухместная) пыльная коморка с паутиной по углам и сломанной кроватью. Моя соседка, которая сейчас отсутствовала, показалась мне ужасной неряхой - вещи валялись чуть не на полкомнаты. Конечно, когда нет шкафов, трудно соблюдать порядок, но соседка мне не понравилась уже заочно. Правда я сразу поняла, что девушка бывалая, т.к. на кровати у нее валялась сидушка или по нашему "поджопник". Новички обычно их не имеют. Я выгребла паутину из своего угла, разобрала вещи, загромоздила тумбочку кучей тюбиков и прочей косметикой и пошла в душ. Когда я увидела душевую, я ужаснулась. Это был общий душ на шесть человек, "кабинки" перегорожены только с трех сторон стенками. Все покрыто потемневшим кафелем, пол с наклоном - для стока воды. Под потолком небольшое горизонтальное окно. Такие душевые одно время снились мне в кошмарах, только во сне этих душевых было гораздо больше - целый лабиринт из этих отвратительны душевых. Только теперь я осознала в полной мере, что предупреждение турфирмы о необходимости иметь сланцы для душа не пустой звук. Честное слово, если бы я заранее знала про такие условия - я бы не поехала. Но, к счастью, я не знала.

Удручающие впечатления от условий померкли, когда я вышла осмотреться. Довольно неплохая турбаза, первая в Хаджохе, построенная в 1936 году. Площадка для командных игр, сетка для волейбола, столовая, множество беседок, несколько жилых корпусов. Я пошла вдоль заднего ограждения, дошла до небольшой беседки, сваренной из металлических прутьев, а потому, прозрачной. Задняя стенка этой беседки одновременно являлась частью ограды. Я услышала шум реки. Подошла к решетке - круто вниз шел откос, а внизу стремительно несла свои воды горная река Белая. Вокруг турбазы возвышались горы - мохнатые, темно-зеленые. Они густо поросли растительностью и деревьями, отчего казались махровыми и мягкими. Поют птицы. Шумит горная река. Дикий урюк роняет свои мелкие плоды… От сердца отлегло. Забылись пыльная комната с рыжими муравьями и чудовищный душ.

Приближалось время обеда.

Вернувшись в комнату, я познакомилась со своей соседкой, которая только что вернулась из прогулочного похода. Ею оказалась высокая бледная некрасивая москвичка 25-ти лет. Маркетолог из какой-то солидной конторы, занимающейся настилом полов. Серьезная девушка, мечтающая съездить на Байкал. Каждый отпуск проводит в походе. Ездит чаще одна, так как, во-первых, не находит для себя компании, а во-вторых, трудно совместить отпуска. Последующие два дня я с ней достаточно плотно общалась. Мы разговаривали на супер-важные темы, касающиеся в основном работы, карьеры, жизни офиса, тонкостей отношений с начальством и прочего. За обедом я узнала еще некоторых участников нашей группы - довольно интересная семья: мама с 20-летней дочкой и тетей. Мать, Ирина, довольно-таки стервозная тетка. Сестра ее - получше. Очень хорошая девочка Женя. Такое нежное создание - похожа на Кэмерон Диас. У нее сорвался отпуск с друзьями, и она пошла в поход с мамой и тетей. С нами еще обедала пожилая, очень активная и серьезная женщина Людмила. Молодец тетка. Сама волейболистка, она каждый вечер собирала на площадке кучу народу, и они играли в волейбол. Остальные смотрели. Я среди них. Меня в целом удивил возрастной и половой состав группы. Средний возраст группы 30-35 лет. Т.е. молодежи много, но есть и довольно взрослые люди, бальзаковского возраста дамы. Группа - в основном женщины. Как ни странно. Очень активные тетки. Часто ходят в походы. Инструкторы напротив молодые. С нами работают трое: два парня, Михей и Игорь, и девушка Таня. Они чередуются.

Через час после обеда всю группу повели в еще один поход - в устье реки Белая. Мы спустились с нашей турбазы в теснину. Там река текла довольно спокойно, и можно было купаться. Вода, конечно же, холодная. Тем не менее, большинство полезло в воду. Я купаться не стала, хоть соблазн был велик. Тем более время было уже после обеда и солнце садилось. Я прошлась вдоль берега и сделала несколько снимков реки. С одной стороны, нашей, берег был пологий, а с другой стороны - сплошная отвесная скалистая стена высотой метров 20, если не больше.

В этот же вечер нас повели к так называемой "колокольне". Мы прошли по окраине Хаджоха. Сельчане уже выкопали картошку, и высушенная солнцем ботва валяется на грядках. Дворы увиты хмелем, виноградником, однако плодов не видать, красиво цветут деревья гибискуса или иначе китайской розы. В отличие от предыдущего выхода мы шли вверх по течению Белой, в горы. В горах растут в изобилии дубы, орешник. Все деревья густо увиты плющом. Воздух в Адыгее очень влажный. "Колокольня" - это место на реке Белой, где она довольно широка, и там, прямо по середине реки нагромождены и омыты водой огромные камни-скалы. Они имеют причудливую форму, несколько больших отверстий. Очень красиво. Сначала все боялись слезать с тропы вниз на эти камни. В итоге слезла вся группы. Сложно было забираться обратно. Один человек сверху вытягивал тех, кто стоял внизу, т.к. руками не за что было ухватиться. С нами ходила приблудившаяся накануне на турбазу породистая собака Жумар. Так ее вообще заталкивали наверх два человека - собака довольно увесистая. На "колокольне" мною стал постепенно овладевать восторг от местных красот и необычности программы. Так я еще никогда время не проводила, хотя в школе занималась в туристском кружке, где частенько ходила по местным лесам и рекам. Мы благополучно вернулись на базу к ужину.

В восемь вечера, после ужина, мы отправились кататься на лошадях (за отдельную плату). На газели мы доехали до частной конюшни, выгрузились там, и нам стали выводить лошадей. Первого вывели огромного коня Султана. Все со страхом стали пятиться назад - мы вдруг все оробели. Я тоже отказалась от этой огромной зверюги, так как увидела, что следом ведут коня поменьше. Это был иноходец Буян, но меня уверили, что он очень послушный, если дать ему почувствовать силу. Я взгромоздилась на Буяна. Моя соседка Лена взяла себе Султана. И мы стали ждать, когда сядут на коней остальные девять человек. Тем временем наши лошадки стали есть траву и медленно перемещаться по двору. Буян стал надвигаться на дерево, и мне наконец пришлось найти в себе смелость и применить силу - после нескольких моих попыток управлять им Буян отошел от дерева. Когда все сели, группа шагом поехала по окрестным горам и лесам. Вела группу коневод Оксана - молодая девушка. Она рассказала много интересного про коней. Чувствовалось, что она с любовью относиться к своему делу. Замыкала шествие 11-летная младшая сестра Оксаны Настя. Девчонка ехала без седла на огромном жеребце. Мы проехались по краю скалы над каньоном, где с высоты был виден Хаджох, Белая и автомобильная дорога. Очень красиво. Потом мы ехали лесом - уже смеркалось и создавалось действительно сказочное впечатление. А когда в темноте стали летать настоящие крупные светлячки, ощущение сказки усилилось. Я сразу почувствовала себя хоббитом в заколдованном лесу. С лошадью я уже свыклась, она меня слушалась. Я уже расслабилась и наслаждалась пейзажами. Я ехала, и мне казалось, что я приехала в Хаджох не сегодня в полдень, а как минимум вчера. У меня была масса впечатлений за один отрезок времени - сегодняшний день.

Мы вернулись в конюшню, когда было совсем темно. Я сказала себе, что в следующий раз приеду и возьму конную "тридцатку". Попрощались с лошадьми и поехали на турбазу.

Завтра начнется основная программа - будем много ходить. Должны посмотреть несколько водопадов. Эти тетки из группы хотят рафтинг - сплав по горной реке. Моя соседка тоже хочет рафтинг. Эти тетки завтра вечером заказали себе баню, так она, Лена, - молодая, а с ними подвизалась! Не нравится она мне. Очень хочу, чтобы они поскорее на "30-ку" свалили, а они будут с нами еще два дня торчать.

28 июля (пятница)

Идет второй день "тридцатки"…

Утро. Сижу на Фиште, пытаюсь записать события последних дней, так как с понедельника не брала блокнот в руки.

Я пошла в поход по маршруту № 30. Как это произошло?

Изначально нас было 20 человек. 11 шло на тридцатку, а 9 были "матрасниками", т.е. те, кто стационарно живет на турбазе и днем выходит в окрестные горы. Весь первый день только и говорили о тридцатке, что там будет да как. И в первый же день волейболистка Людмила откололась от водопадов. Поменять маршрут можно без всяких дополнительных затрат. Просто надо предупредить инструкторов и все. Соседка Лена в конце дня спросила меня, не хочу ли я поменять маршрут. Но я не люблю менять принятых решений. К тому же в городе, когда я искала себе, чем занять отпуск, я вообще с недоверием отнеслась к идее многодневного похода. Мне это казалось слишком суровым - спать в палатке, не видеть душа и все в таком духе. Но моим планам суждено было измениться.

Теперь несколько подробнее об основных событиях "водопадов".

* * *

Во второй день мы ходили вдоль реки Руфабго. Это более мелкая река по сравнению с Белой. Мы прошли по этой реке четыре красивейших водопада. Очень понравилось. Днем мы готовили обед на костре. Там же, после обеда, состоялось официальное знакомство людей друг с другом. Остановлюсь на некоторых. Там была пара женщин из Питера. Одна старшая, уже пожилая и некрасивая, Ира. И молодая и веселая Наташа. Ира бывалая, по ее словам, туристка, которая уже была когда-то давно в Адыгее. На вопрос о профессии, Ира сказала, что это секрет и она разведчица. Я стала называть ее чекисткой за глаза. У меня есть подозрение, что Ира - школьная учительница. В этот же день я довольно хорошо подружилась с инструктором Игорем. Изначально он произвел на меня впечатление малоразвитого человека. У него такая манера речи, что кажется, будто он вообще дебил. Потом привыкаешь и понимаешь, что он в общем то не так глуп, как кажется. В этот день я уже стала склоняться к идее переменить поход. Я увидела, кто остается на водопадах - малая группа довольно скучных людей. И подумала, что наверняка будет уныло. Кроме того, засыпать в моей пыльной комнате для меня было ужасно - сначала я сильно чихала (у меня аллергия на пыль), потом был сильный насморк и закладывало нос. И с помощью нафтизина часа через 1,5 я засыпала на сломанной кровати. Так я подумала, что в походе спать не удобно, но хотя бы пыли не будет. К тому же Игорь произнес сакраментальную фразу, обращаясь к группе: "Вы даже не знаете, как вам повезло, что тридцатку поведем мы с Михеем! Это редкость когда мы ведем поход вместе. Мы здесь уже по пять лет работаем - дольше всех. И вообще это угарно, когда поход ведем мы с Михеем". Я выспросила у Игоря, какой маршрут тридцатки, оказалось, что спать мы будем не в палатке, а в домиках на приютах, т.е. под крышей. И везде на приютах есть душ. Кроме того, еды с собой придется тащить совсем немного, т.к. основные припасы будут ждать нас опять же на приютах. Короче, я решилась. Подошла к Михею и сообщила о решении. Таким образом баланс группы изменился еще раз. Теперь на тридцатку шло 13 человек, а на водопадах оставалось 7. Еще Игорь сказал, что с нами пойдет его мама и сестра. Мама давно просила взять ее на тридцатку. И еще с ним пойдет его тетя. Полный воз родственников, подумала я.

Во вторник вечером мы взяли пива и играли в карты с Игорем, девушкой Настей и некоторыми другими. Остальные пели под гитару. Насте 20, она из Москвы. На вид девочка-заучка, а так очень веселая и компанейская. Много говорит. Иногда слишком. Эмоциональна. В целом приятная, симпатичная девчушка.

* * *

На третий день мы ходили на ручей Мешоко, название которого переводится как "медвежье место" или "медвежий край". Там была прекрасная лагуна с маленьким водопадом. Водопадом считается любой скат воды, угол наклона которого больше 45 градусов. Если меньше, то это водоскат. Итак, прекрасная лагуна. Даже казалось, что именно в таких местах снимают фильмы про любовь. Вообще столько красивых мест в окрестностях - не счесть!

После посещения лагуны группа разделилась. "Матрасники" остались на Мешоко, а те, кто должен был идти в поход, ушли на турбазу готовиться. По дороге обратно мы прошли место под названием "турецкий рынок". Это такая небольшая мощеная камнем площадка, на которой в средневековье был невольничий рынок. Продавали молодых девушек, мальчиков и мужчин. Прекрасных горянок коварные турки перепродавали в турецкие гаремы, из мальчиков воспитывали свирепое турецкое войско - янычар, а мужчин увозили в рудники. Там, конечно, долго никто не выживал.

Когда мы вернулись на турбазу, было полвторого по полудни, все пошли обедать, я пошла в душ. Вернувшись в комнату без десяти минут два, я встретила соседку Лену, которая сообщила мне "приятную" новость: в два уезжает автомобиль, который увезет наши лишние вещи на побережье, и они буду ждать нас там, когда мы спустимся с гор. Соответственно, нужно оставить лишь то, что нужно взять в поход. Я вытряхнула все вещи на кровать, поставила раскрытую сумку на пол и за пять минут покидала ненужные вещи в сумку. Потом сгребла косметику из тумбочки в пакет и сунула его в сумку. Туда же затолкала мокрое после душа полотенце. На кровати остался минимум вещей, которые, как я предполагала, я в силах унести на себе: запасные кроссовки (спортивные сандалии на себя); джинсы на случай холода (на себя льняные бриджи); еще одни штанишки по колено (спать в них или что еще); одну футболку (вторая на мне - я не готовилась к тридцатке); шорты на случай жары, полотенце малое, ветровку (кепку понесу на голове), необходимый минимум белья, КЛМН (кружка-ложка-миска-нож), зубная щетка с пастой, мыло, из косметики только детский крем и тонирующий/антисептический карандаш. Конечно фотоаппарат, мобильник, дождевик, блокнот с ручкой, купальник и некоторая другая мелочишка. А еще вечером мне предстояло получить спальник в аренду и рюкзак, в котором я все это понесу. Вечером же распределят еду - каждый понесет что-нибудь для завтрака и обеда.

Застегнула сумку, выдвинула ручку и покатила свои вещички на место сбора. Там ждали белые жигули и пожилой армянин Сергей, рядом крутился Михей. Они оба сделали замечание, что у меня большая сумка. Сергей положил ее в багажник. Я вспомнила, что у меня там документы и обратный билет на поезд.

- Ты чего! Зачем тебе документы в горах?! У инструктора все документы, которые нужны в горах. Не зачем тебе тащить свои в горы, - весело сказал Сергей.

- А вы сами-то в тридцатку ходили? - усомнилась я в компетентности человека, уверяющего меня, что документы не нужны (!) в горах. Москвичи и гости столицы меня поймут.

- Ха-ха! Я что, похож на глупого? - весело засмеялся Сергей, захлопнул багажник и уехал.

- Юля, ну ты выдала! - сказал Михей, - это был старший инструктор по туризму. Он всю жизнь тридцатку водил. Он этот маршрут заново восстанавливал после развала Союза.

После обеда мы пошли смотреть пещеру. Она находится на одном из хребтов, которые окружают Хаджох. В пещере обвалился потолок (до нас), и теперь всех водят туда смотреть пещеру с глядящей в небо дырой. Я забралась по осыпавшимся глыбам как можно выше. Но на определенном этапе меня одолел страх. Когда знаешь, что в любой момент может повториться обвал, становится страшно за свою жизнь. В городе такие ощущения, к счастью, редко приходится испытывать. Дальше я не стала подниматься. Кстати, там, на "пороге" пещеры, на большом камне мы увидели маленькую черную змейку не длинней 30 см. Больше я змей вообще в Адыгее не видела. Инструктора, конечно, стали шутить, что это страшно ядовитая гадюка.

После осмотра пещеры и фотографирования Хаджохского каньона, мы отправились на турбазу.

После ужина, распределения еды и рюкзаков все собрались на лавочках во дворе за столом. Потом часть народа (старшие) ушли в ресторан, находящийся в теснине, отмечать вечер накануне тридцатки. К нам пришла знакомиться обещанная Игорем родственница - его тетя Майя. Школьная учительница непрерывно курила красные More, принесла с собой две бутылки вина и вообще оказалась очень классной женщиной. После вина кто-то принес баклажку пива, потом еще. Народ более-менее раскачался и начал общаться. Майя заметно старалась разговорить туристов, рассказывала о том, как замечательно зимой они сходили на гору Большой Тхач, вспоминала недобрым словом некого Мамочку, добрым словом - неких Подонков из Москвы.

В ту ночь я легла спать около двух ночи. Кто-то продолжил гулять до пяти утра.

Завтра выезд был назначен на 6:00 утра. Сбор в 5:55 на лавочках.

Нас ждала тридцатка.

* * *

Четверг. 5:55 утра. Подхожу к лавочкам. Никого нет. Подложив ладони под щеку, на скамейке спит босоногий Михей, прикрытый тонким шерстяным одеялом в клеточку. Через полминуты начинают подходить туристы, выходить из вагончика инструктора. Разбудили Михея, он пошел умываться и через несколько минут пришел бодрый с собранным рюкзаком.

Погрузились в старый автобус, как из мультика про Чебурашку и Гену, и поехали к границе Кавказского заповедника. Там у нас был завтрак - хлеб с ветчиной, огурцы, помидоры, чай. Прозвучала команда "под рюкзак" и все двинулись по плато Лаго-Наки в сторону горы Фишт, где нас ждал ночлег. В скором времени у нас был небольшой привал. Я сняла с себя теплую одежду (утром было неожиданно холодно) и оделась в легкое - футболка и мои любимые укороченные льняные штаны. Сменила кроссовки на сандалии. Через некоторое время я одела ветровку: солнце стало сильно палить, а ветровка была единственной вещью с длинным рукавом, чтобы не сгореть.

Лаго-Наки - это географическое название плато, т.е. равнинной низменности в горах. По теории высотной поясности на плато преобладает так называемый альпийский климат с присущей ему растительностью. Низкие растения, густая трава, множество всевозможных цветов: и знакомые мне по средней полосе России и такие, которых я никогда не видела. На небе висели облака, и тени их стелились по земле. Интересное зрелище. С названием плато связана легенда о юноше Лаго и девушке Наки или наоборот, точно не помню. Легенда, видимо, про любовь. Правда я толком не слушала рассказ, т.к. мне было не до этого. В это время, то есть почти сразу, я с беспощадной ясностью стала понимать, что рюкзак чертовски тяжел. Лямки давили на плечи, идти было трудно. Чекистка подсказала, что нужно застегнуть поясной ремень на рюкзаке, тогда нагрузка частично перераспределиться с плеч на бедра. Это помогло не надолго. Через некоторое время меня буквально шатало под рюкзаком. Я плелась в хвосте нашего отряда, все больше отставая от темпа. Раз в сорок минут группа делала остановку, чтобы отдохнуть. Я как раз приходила на место стоянки, когда все уже снимались и шли дальше. Мне же требовалось много времени, чтобы отдышаться. Сердце буквально выбивалось из сил, в груди был такой жар, будто мне сделали укол хлористого кальция внутривенно.

Когда я в очередной раз опоздала к всеобщей стоянке, все стали интересоваться моим самочувствием и давать разные советы. Иди, говорят, впереди! Сразу за инструктором, впереди легче! Это за Михеем они предлагали идти!? Смешно. Михея не зря прозвали железной бездушной машиной. Этот человек мог пить без меры всю ночь, спать на лавочке в холоде без носков, но потом втопить по Лаго-Накам так, что таким неподготовленным, не занимающимся спортом туристам, как я, оставалось только бороться с подступавшим отчаянием и открывать в себя бесчисленные вторые дыхания. Я уже не смотрела по сторонам: на эти красоты, на встречающиеся стада прекрасных коней, на снежники (не растаявший летом снег, находящийся в углублениях плато), на облака, на горы. Я не щелкала фотоаппаратом на привалах. Я не смеялась со всеми. Я не спрашивала, сколько километров нам нужно сегодня пройти до обеда, т.к любая цифра - хоть 3, хоть 33 - привела бы меня в ужас и повергла в уныние. Мне было хреново. И лишь один человек - честь ему и хвала - пришел мне на помощь!

В походе всегда один инструктор идет впереди, ведет группу, второй замыкает шествие, т.е. идет за последним туристом. Нашу группу вел Михей. Замыкал Игорь. Я шла далеко позади Игоря. За мной шел Марэ.

- Что у тебя в рюкзаке?

Марэ (Олег) тоже был инструктор. У него сорвался конный поход, и он пошел на тридцатку за компанию со своими друзьями - Михеем и Игорем. Да, да. Вам, горожанам, сейчас смешно - тащиться в многодневный поход, пройди 67 километров просто потому что высвободилось время! Вот так люди любят горы!

- Да, ничего особенного. Из тяжелых вещей только спальник, кроссовки… всего по минимуму взяла, как рекомендовали.

- Давай мне спальник с кроссовками, - предлагает Марэ.

Меня удивляет такая отзывчивость. Я отказываюсь из привычки рассчитывать только на себя. До следующего привала, разумеется. Там я отдаю Олегу спальник, подумав, отдаю еще огурцы-помидоры - они тяжелей кроссовок. Кроссовки одеваю на себя, а легкие сандалии сую в рюкзак. Мой рюкзак потерял в весе килограмма 2,5. Мне становиться значительно легче. Мое отставание от группы сокращается.

Привал на обед! Вот он, наконец! Он будет длиться как минимум час. Это тот отдых, в котором я нуждаюсь. Мы остановились у так называемого карстового озера треугольной формы. Маленькое такое озерцо во впадине плато, образовавшейся в результате карстовых процессов - растворения известняков или гипса подземными или наземными водами. Вокруг него трава сильно утоптана, видимо это популярное место привала. Мои ноги сильно гудят, я стараюсь вообще не вставать с земли. Тетка Игоря, Майя, достает бутылку красного вина и разливает всем желающим по глотку. В моей голове не укладывается, как можно тащить с собой тяжеленную стеклянную бутылку вина! Мы тратим на обед порядка полутора часов. Потом Михей говорит команду, которую я боялась услышать: "Под рюкзак!". Я и Настя просим инструктора отдохнуть еще 15 минут. Михей неумолим. Мы встаем и идем.

Я значительно отдохнула и у меня хорошее настроение. Мы приближаемся к горам, т.е. плато Лагонаки скоро кончится. Над горам клубятся тучи. Михей уверен, что дождь неминуем и застигнет нас на перевале. Я радуюсь предстоящему дождю - какой турист без дождя?

Я окончательно догоняю группу на горном перевале. Начинают капать тяжелые редкие капли. Я спешно меняю обувь - лучше пусть намокнут сандалии, т.к. их легче высушить. Кроссовки отправляются в рюкзак. Я одеваю дождевик. Теперь я уже не отстаю от группы, а иду в первой ее половине. Плато кончилось, наша дорожка идет вдоль склона горы: с одной стороны - круто вниз, с другой стороны - круто вверх. Под дождем наша дорога раскисает и становится скользкой. Мы идем местами почти по щиколотку в грязи. Туристы прыгают по еще не раскисшим краям тропинки, чтобы уберечь кроссовки от грязи. Я понимаю, что это невозможно, поэтому просто наслаждаюсь возможностью и шлепаю прямо по грязи. Я давно не ходила по грязи. Мне очень хорошо. Ты просто идешь вперед, и тебя нет нужды обходить лужи, нет нужды сохранить обувь чистой. Тебе не надо попасть на встречу с какими-то людьми, преподавателями в институте, коллегами на работе. Поэтому нет необходимости бояться запачкать обувь. Ты просто руководствуешься вопросами безопасности и ступаешь туда, где меньше шансов сорваться или подвернуть ногу. Впереди ручей. Туристы начинают прыгать по камням, ноги соскальзывают и люди наступают в воду всей стопой. Тщательно оберегаемый от влаги кроссовок весь мокрый. Я же просто перехожу ручей вброд, холодная вода приятно омывает уставшие ноги. И опять впереди вязкая грязь узкой горной тропы. И я наступаю в нее. Это свобода. Когда тебе неведом страх. Мою душу переполняет восторг.

Теперь мы идем по суб-альпике, проходим несколько красивейших склонов, перевалов, теснин. Облака над нами, облака под ногами. Такое можно увидеть только в горах. Пышные луга, затканные тысячами цветов причудливой формы. Желтые, белые, всех оттенков синего, фиолетового, розового. Чудесные дикие лилии, растущие по склонам гор, источают сладчайший аромат. Знакомые растения гораздо крупней нашего. Обычные желтые лютики, которые растут у нас пыльные вдоль дорог, здесь яркие и большие. А листья у лютика размером с листья нашего чертополоха. А мать-и-мачеха вообще неприличных размеров - ее листья, огромные как лопухи, обрамляют тропинку. Начинается вековой реликтовый лес. Реликтовый вид, значит вид, сохранившийся с древнейших эпох. Бук, тис, самшит, кавказская сосна. Плотность многих из них больше единицы, т.е. они очень твердые. Тонут в воде и не горят. Такие породы дерева используют там, где нельзя использовать металл. К примеру, в некоторых приборах, где надо исключить намагничивание.

Еще один перевал и мы увидели пару домиков с красной крышей в низине, окруженной скалистыми горами. Одна из них выше других, местами на ней мы можем видеть снег - ледники.

- Фишт. Еще час-полтора и мы на месте, - говорит Игорь.

Фишт, в переводе с адыгейского "белая голова" - это название одной из самых высоких гор западной оконечности Северного Кавказа. 2857 метров над уровнем моря. "Фишт" - название приюта, где нам предстоит ночевать. Домики под красными крышами на фоне зеленой поляны и скалистых гор. Они исчезали и появлялись вновь еще несколько раз в течение этих полутора часов. Дождь наконец кончился.

- Смотрите! - Игорь тычет пальцем нам под ноги. На тропинке в свежей грязи мы видим четкие отпечатки звериных лап. - Медвежьи следы. Только что прошел.

- Почему такие маленькие? - я никогда раньше не видела медвежьих следов воочию, но эти показались мне мелковатыми для медведя. Игорь чуть сходит с тропы в кустарник, растущий рядом.

- Это медвежонок шел. Мать шла вот здесь, - инструктор показывает след, длинной сантиметров 25. Мне становится не по себе от мысли, что они где-то рядом.

Наконец, спускаемся в низину к приюту "Фишт". Нам преграждает путь река Белая, ее исток. Мы переходим узкую речку по навесному мостику. Расположившись в двух больших комнатах на втором этаже приюта, все бросаются к реке мыть ноги, обувь, стирать носки и прочие вещи. Температура воды в Белой +4 градуса выше нуля. Я опускаю холодные ноги в еще более холодную воду и очень быстро смываю грязь. Одеваю сухие носки и сухие кроссовки. По ногам сразу разливается тепло. Потом также быстро чищу сандалии и смываю грязь с носков. Почему быстро? Потому что в ледяной воде руки мгновенно коченеют. В Белой бесполезно пользоваться моющими средствами - вода очень холодная и жесткая, мыло просто не мылится и пена не смывается. Инструктора подначивают друг дружку к такому состязанию: кто сможет просидеть в Белой 1 минуту. И тут же орут, что там и 20 секунд не высидишь. Купаться там можно только так: забежал в воду, плюхнулся разок и пулей назад.

Приют на Фиште представляет собой следующее: пара летних двухэтажных домиков, один из них полностью для тургрупп, а другой частично занят управляющими приюта под жилье и магазин. Кроме того, есть большая пивная палатка "Балтика" под столовую с тремя длинными столами и лавками и небольшой навес, где имеется очаг для приготовления еды - большая прямоугольная металлическая решетка на ножках: под ней горит огонь, на ней стоят котлы. Сверху протянуты веревки, на которых туристы сушат носки. Деревья для костра валяются за "кухней" справа - подходи, руби себе дрова и вари еду. Есть душ. Тоже забавный: сколоченная из досок и обитая линолеумом кабина, в которую одновременно могут поместиться человек 6. Там под потолком висит лейка от душа, к ней из бочки тянется шланг. Бочка стоит сразу за душевой, на холмике. Если хочешь помыться, то надо сделать следующее: натаскать в бочку воды из ручья, что течет рядом, потом развести под бочкой огонь и поддерживать его, чтобы вода прогрелась до нужной температуры. И магазин тоже интересный. Во-первых, чтобы отовариться, нужно подойти к хозяевам, тогда они отопрут амбарный замок и, сделка совершиться. Во-вторых, там, похоже, кроме алкоголя ничего не продают. Это самый ходкий товар на Фиште. Его подвозят на конях или вертолетом (по-другому на Фишт груз не провезти), поэтому количество товара всегда ограничено.

Один из инструкторов по многочисленным просьбам любезно согласился заняться приготовлением душа для нас. Другие занялись приготовлением ужина. Мы же, праздные туристы, осматривали окрестности, занимались собой, отдыхали, некоторые играли в волейбол (на "Фиште" натянута сетка для игры). Ужин проходил в довольно веселой обстановке: народ выпивал, на столе появилась водочка, вино из магазина, домашние настойки и наливки из рюкзаков старших дам нашего отряда. Тетушка нашего инструктора Майя активно пыталась расшевелить народ, рассказывала, как круто они зажигали на Тхаче (еще одна гора в Адыгее). Майя была чем-то вроде тамады. Отдав дань вежливости присутствующим, посидев немного после ужина в коллективе, я, Настя, Игорь и Марэ удалились к нам в комнату с бутылкой вина. Там мы от души посмеялись, наперебой рассказывая анекдоты и попивая вино. Как не удивительно, в горах вспоминается куча анекдотов, когда в обычной жизни их не запоминаешь вообще. Мы после того вечера весь поход говорили фразами из этих анекдотов и все время смеялись. Анеки, в основном были пошловатые, конечно. Вообще Настя, с виду очень приличная девушка, оказалась на редкость отвязной молодой особой, самые пошлые анекдоты рассказала именно она.

Потом мы легли спать.

На следующий день нам предстояло подняться на ледник и вернуться обратно на приют, то есть у нас была дневка и завтра мы пойдем налегке. Подъем объявили поздний.

28 июля (пятница). Второй день похода

Проснувшись в семь утра (я жаворонок), я пошла на Белую умываться. Раннее пробуждение позволило мне увидеть прекрасное зрелище рассвета в горах, когда от невидимого еще мне солнца пламенеет скалистый гребень Фишта, а погруженная в тень низина утопает в росе и рассветной дымке. Почистив зубы в ледяной воде горной реки, я погуляла по безлюдной поляне, на которой паслись расседланные кони, попила воды из ручья. Все еще спали. Только небольшая группа людей, с рюкзаками, уже уходила на Фишт. Я вернулась в домик и поспала еще некоторое время. В девять на ногах были все, кроме инструкторов. Наши дамы бальзаковского возраста, под предводительством матери Игоря, уже пытались кипятить воду для завтрака. Позавтракать нам удалось часа через два гречкой с тушенкой и чаем со сгущенкой. После завтрака велено было собираться в поход. Я сидела одна в комнате на нарах и уже застегивала на ногах мокрые сандалии, когда дверь открылась, и вошли Майя, Игорь, Михей, Марэ и Настя.

- Пей, - мне протянули початую баклажку, в которой было не менее литра вина.

- Не-е-е.

- Пей!

Я глянула на часы: одиннадцать утра. Минут за 5 мы все дружно расправились с вином и пошли на ледник. Михей и Марэ остались внизу готовить обед.

На Фиште два ледника - Малый и Большой. Малый расположен ниже. На Большой нельзя забраться без специального снаряжения для ходьбы по снегу: ледорубов, "кошек" и прочего. Мы шли налегке, только с фотоаппаратами. После вчерашнего похода для меня это была просто увеселительная прогулка. Мы фотографировались на снежниках, прыгали по камням, увидели горную серну. Она забиралась высоко-высоко вверх на скалах. Было не понятно, что она там делает? Там же никого нет! Первая трудность возникла, когда мы вплотную подошли к леднику. Нужно было забраться вверх по крутому склону, усыпанному разнокалиберными, в основном мелкими, камнями. При каждом шаге они осыпались. Иногда делаешь шаг - и съезжаешь вниз на полметра. Приходилось практически на четвереньках ползти вверх. Когда я прошла половину склона, я ужасом подумала о том, как же мы будем спускаться. Теперь я поняла, почему несколько человек решили не подниматься на ледник и остались ждать нас у подножия. Я же хотела забраться наверх первой. И я забралась. Моим глазам отрылся с одной стороны, сам ледник - довольно большая снежная равнина на скалах, с другой стороны, чудесный вид на горы с высоты. Я забралась на огромный валун и сидела там минут сорок - отдыхала, любовалась видами. С ледника дул холодный ветер, и пахло снегом. Когда облака закрывали солнце, становилось холодно, хотя внизу на снежниках мы фотографировались в купальниках. Среди камней росли интересные цветы, которых я раньше не видела. Они были низкими, в основном с маленькими мясистыми листьями и очень яркими маленькими цветочками - малиновыми, фиолетовыми, желтыми. Игорь рассказал, как однажды они шли на Большой ледник весной и встретили четверых парней со сноубордами. Вот дурные, подумали наши инструктора. Совсем парням нечем заняться - склоны Фишта, в общем-то, не пригодны для катания. В скором времени после этого они прочитали статью в "Вертикальном мире" (самое уважаемое издание в области экстремального спорта и активного образа жизни) о четверых парнях, которые осуществили спуск на сноубордах с Фишта. Я в очередной раз удивилась разнообразию человеческих увлечений и устремлений.

Спуск с ледника был быстрым, но сложным. Половину склона я осторожно перемещалась от одного большого камня до другого. Потом, глядя на инструктора, я приноровилась съезжать на ногах по сыпухе: вторую половину склона я практически кубарем катилась вниз без остановок, а за мной следом сыпались мелкие камни. Аж дух захватило! Спустилась я почти без потерь: один сломанный ноготь, содранная кожа на ноге и ободранные ладони.

По дороге назад я познакомилась с Майей поближе. Она оказалась, к моему удивлению, вовсе не родственницей Игорю. Прошлым летом она сходила на 30-ку. Потом зимой было восхождение на Тхач. Теперь человек отпуск в горах проводит. Только что с Тхача спустилась, и со своими друзьями-инструкторами за компанию на 30-ку пошла. А зимой опять на Тхач собирается. Вот так вот.

Когда мы пришли на приют, ближе к вечеру, нас ждал восхитительный борщ. Я съела две порции в ущерб второму блюду (гречке с тушенкой). Потом все мы занимались кто чем. Сразу после трапезы Майя, Михей и я стали пить пиво и вино с МЧС-никами за столом в столовой. Один из них, Димон Верба, водил группу журналистов на Фишт и теперь стоял и рассказывал о своих злоключениях. Это их я видела рано утром.

- Я с такого жестокого бадуна проснулся! Караул! - далее шел рассказ о тяжеленной телевизионной видео-камере, которую ему пришлось тащить, - А у этого хмыря был спирт с собой, и он мне об этом только на вершине сказал, когда забрались!

Димон очень высокий и мне приходится задирать голову, чтобы его видеть.

- …и вот, эти журналистки меня спрашивают: а есть ли у вас слабости? А я говорю: у меня только две слабости - пиво и женщины! Они говорят: ну вот... а мы хотели надавить на ваши слабости. А я им говорю: давайте! Давите! Ха-ха-ха.

"Спасюки" отличаются специфическим юмором - смесь цинизма с пошлостью. Особенным похабством блещут пожилые МЧС-Ники. Чем они меня и отпугнули вчера вечером, когда мы только пришли на Фишт. Их лица обожжены солнцем и ветром. И такое ощущение, что они вечно пьяные. Я не зря упомянула о том, что запасы алкоголя в магазине ограничены. Чуть позже Майя послала меня туда взять вина про запас, так как прошли слухи, что алкоголя осталось немного. А МЧС-ники не оставят нам шанса.

Короче коротали время до вечера, как могли. Кто в волейбол играл, кто душ топил. Я решила чуть-чуть вздремнуть. Уснуть не удалось. Я пошла побродить по приюту. Потом мы с Майей поиграли на гитаре как умели и пообщались. Я предложила сегодня вечером отколоться от коллектива и собраться интимной компанией отдельно. Сказано - сделано.

После ужина Игорь, Настя, я, Марэ, Майя и Димон Верба взяли коврики, спальники, фонарики, вино и домино (шутка), и отправились на окраину нашей поляны. Там, под скалой, есть место памяти погибших спасателей - прибиты мемориальные доски с графическими портретами, из больших валунов сделаны пара лавочек и низкий стол. Когда мы поднимались на ледник, мы с Настей прочитали имена людей и даты их рождения и смерти. Самому старшему из погибших было 51, самые молодые - двое парней 22 и 23 лет. Погибли в один день. Каждый год, 30-го июля, спасатели отмечают День памяти - они собираются на Фиште и бухают несколько дней. Вот и наш маршрут пришелся на эту дату, поэтому мы и застали "спасюков" здесь.

Усевшись на каменные "скамейки" и укутавшись в спальники, мы принялись пить вино, передавая по кругу одну большую (суповую) чашку. Прежде чем открыть нашу "вечеринку" Димон Верба рассказал историю гибели каждого из спасателей. Двое молодых парней, которых Димон и Марэ знали лично, шли в связке. Один сорвался и потащил за собой второго. Оба рухнули со 100-метровой высоты. Разбились насмерть. Старшего завалило в пещере во время спасательной операции. Тело вытащить из-под завала не удалось.

- Я хватаюсь за веревку, которая закреплена наверху, и понимаю, что она просто оказывается у меня в руках! - Димон уже рассказывает свою историю, которая изобилует терминами из скалолазания. Я понимаю далеко не все и поэтому сразу не могу ухватить суть события. Марэ, Майя, Игорь - все внимание. Мы с Настей переглянулись - похоже, она тоже не догоняет.

- Какие уроды перерезали трос!? - восклицает Майя.

- Да, это бабки вечно веревки обрезают коз привязывать! - комментирует Марэ, который занимался скалолазанием двенадцать лет. До меня начинает медленно доходить.

- Короче, вот проходит секунда, когда я там завис перед падением, сердце не стучит - замерло… И я хватаюсь пальцами за крючья! - Димон разводит в стороны длинные руки, и всем становится ясно, что за крючья он схватился указательными пальцами.

- Схватился, вишу, - продолжает он, - Сердце застучало в висках. Я, короче, отпускаю одну руку, прицепляю к крюку страховочный ремень - замуфтовал, нагрузил. Отпускаю вторую руку, цепляю туда второй ремень - замуфтовываю. Потом вылез оттуда, сели с Андрюхой, сидим, курим молча. Минут 15 курили. Я сигареты три подряд выкурил. Потом Андрюха спрашивает: ты как? Я говорю: ну… как… вот видишь, курю…

Волнующее ощущение - на мгновение прикоснутся к миру, который тебе чужд, не знаком. Мир риска. Становится понятен источник цинизма "спасюков", которые в принципе из завалов вытаскивают только трупы: скалолазов, альпинистов, журналистов, самих спасателей. Горы беспощадны. Отсюда их вечно пьяный образ жизни. Вот пара двустиший - спасательский фольклор:

Часто вижу я во сне, что людей спасаю.

Это сон, а наяву - на Фиште бухаю.

И второе:

Посижу… полежу…

Я в спасательной службе служу!

Вот такая работа: сидят где-нибудь на базе и ждут вызова, чтобы вытащить из завала очередных мертвецов. А в перерывах между дежурствами снимают стресс - пьют.

Дальше пошли анекдоты по кругу. Пара классных анекдотов опять же принадлежит Димону. Он - герой вечера и гвоздь сегодняшней программы. С неподражаемым артистизмом Верба рассказал легендарный туристский анекдот про ворону, которая отправилась в трансатлантический перелет со стаей лебедей, а также классный анекдот про Вини-пуха и Пятачка. Приведу его здесь:

Винни-Пух и Пятачок идут по скале в связке. Пятачок ведущий, Винни-Пух на подстраховке.

Пятачок говорит:

- Винни, Винни! Я прошел 20 метров веревки! Все нормально!

- Ты крючья вбил?

- Нет.

- Вбивай крючья, свинья!

Опять Пятачок говорит:

- Винни, Винни! Я прошел 40 метров веревки! Все нормально!

- Ты крючья вбил?

- Нет.

- Вбивай крючья, свинья!

Через некоторое время:

- Винни, Винни! Я прошел 50 метров веревки! Все нормально!

- Ты крючья вбил?

- Нет.

- Вбивай крючья, свинья!

- Винни, мне жалко вбивать крючья! Они такие красивые - новые, никелированные, блестящие! Жалко их портить!

-Вбивай крючья, свинья, или испортимся мы!

Это очень смешно. Это стало просто рефреном нашего похода.

Ближе к полуночи на наш огонек пришла еще компания молодых людей - парни и девчонки из местных, адыгейских. Они тоже собрались на Фиште ко Дню памяти. Все друг друга знали. Посидев еще с ними за компанию и немного пообщавшись, мы потихоньку разбрелись спать, так как завтра надо было рано выступать дальше.

Выхожу из домика с фонариком. В темноте на поляне метрах в тридцати от меня вижу шевелящийся силуэт. Лошадь, подумала я, и продолжила свой путь за угол. Поглядев еще раз внимательно на движения этого существа, я совершенно четко осознала - медведь. Стоит на четвереньках, нерешительно топчется на месте. Стало страшно. Я прямо-таки испытала ужас. Лошадь, еще раз подумала я. Лошадь. Лошадь. Лошадь. И бегом вернулась обратно.

29 июля (суббота). 3-й день похода

На утро сообщили, что ночью на поляну приходил медведь и рылся в помойке. Хозяева приюта в бешенстве: мишка раскидал весь собранный накануне мусор. Кроме того, ночью кто-то совершил набег на наши запасы макарон и хлеба.

- Мыша приходила, - ласково отозвалась о незваной гостье одна из наших туристок из Хаджоха. Мыша явно приходила не одна. Грызуны разорвали пакеты с мучными изделиями и разбросали их повсюду. Туристы нашего отряда, ночевавшие в нашей комнате, вытряхивали из кроссовок макароны и орехи, легкомысленно оставленные кем-то не прибранными, - видимо, маленькие твари прятали излишки еды в обувь, чтобы потом их забрать. А что они сотворили с хлебом! Буханка черного была обточена на половину!

Позавтракав оставшимися нетронутыми мышами макаронами с тушенкой, я налила себе чаю и вышла из столовой. Под навесом "кухни" вокруг очага сидели спасатели, среди них Димон, некоторые наши инструкторы и Майя. Мне было немедленно предложено выпить.

- Не, спасибо! Я лучше чай со сгущенкой, - сказала я, поднимая кружку.

- С утра бывает так хреново,

Что даже чай не лезет в глотку.

А лезет в глотку только пиво,

Которым запиваешь водку.

- тут же выдал Верба очередную порцию спасательского юмора.

Сфотографировавшись на память, мы покинули полюбившийся нам Фишт. Нас сегодня ждал большой марафон: двадцать два километра до Бабук-аула. Мы не успели еще далеко отойти от Фишта, как Игорь указал нам на след лошади:

- Здесь неделю назад лошадь упала в пропасть. Вот след от ее копыта, когда она оступилась.

На обочине узкой тропы было видно, как размытый дождем край тропы под тяжестью животного не выдержал.

- Я думала, лошадь знает, куда наступает…

- Ее сильно нагрузили. Наездник едва успел с нее спрыгнуть. Когда он вернулся на дно ущелья, чтобы забрать седло, лошади уже не было. Медведи утащили.

Мы дружно двигались в сторону первого горного перевала - Белореченского, за который в свое время шли бои между защитниками Родины и фашистскими захватчикам. Эти места сохранили ряд укреплений того времени, сложенных из булыжников и каменных глыб. Высота перевала порядка 1800 метров над уровнем моря. На пути нам встречались стада коров и коней, балаган пастухов, где можно было купить кумыс. Пастухи живут здесь безвылазно все лето. Далее еще один перевал - Черкесский, высотой 1832 метра, который ознаменовал собой переход Главного Кавказского хребта. Далее нас ждала дорога вниз, к морю, по склону горы, или "веселый спуск", как говорят местные. Перед началом "веселухи" мы остановились на привал и пообедали, чем бог послал. Инструктора настоятельно рекомендовали надеть кроссовки вместо сандалий и шлепок. Что же это за спуск, думала я. И почему "веселый"?

Вот он начался: круто вниз по петляющей дорожке, усеянной камнями и корнями деревьев. Вес тела плюс вес рюкзака тянут вниз и хочется бежать. Так приятно бежать с горы! Только не здесь. Здесь это опасно - можно запнуться, упасть и свалиться вниз (если повезет - покатиться вниз). Поэтому постоянно приходится тормозить свои движения, чтобы идти шагом, - тем самым сильно нагружать ноги, в частности колени. Когда ты едешь вверх - нагружается в основном сердечно-сосудистая система, когда идешь вниз - колени. Шесть с половиной километров вниз. "Веселый" спуск. Наше счастье, что дождя здесь не было несколько дней и глиняный склон сух. Когда мы остановились на длинный привал на середине спуска, у меня мелко дрожали ноги. Отдыхали мы минут сорок.

- Ты лучше слегка беги вниз, так коленям будет легче, - посоветовал Марэ.

Когда поднимаешься в гору - видишь только пятки впереди идущего. Когда бежишь вниз - нужен обзор порядка четырех-пяти метров, чтобы видеть на несколько шагов вперед, куда поставить ногу. Поэтому при спуске нужно соблюдать дистанцию. Бежишь, бежишь, скорость нарастает. Чтобы затормозить перед поворотом тропы, хватаешься за дерево - и тебя лихо разворачивает. К концу я стала понимать, почему местные прозвали этот спуск "веселым". Обхохочешься. Очень утомительный спуск. Группа туристов-велосипедистов шла здесь все шесть с половиной километров на тормозах. У многих слетели цепи. Некоторые сорвали тормоза на дорогущих горных велосипедах. Очень весело.

- Помню, нам в магазин до закрытия надо было поспеть, - рассказывает Михей, - а магазин до пяти работает внизу. Так мы этот спуск налегке за сорок минут прошли.

- Небось, сигареты кончились, - с уверенностью предположила Майя.

- Точно. Сигареты.

- А подняться обратно, сколько времени надо? - спрашиваю я.

- Часа четыре.

И вот мы, наконец, в Бабук-ауле. Здесь нас ждет ужин и ночлег. Приют очень чистый и аккуратный: ровная зеленая травка лужайки, исправная низенькая изгородь, нигде ни соринки, чистенькие палатки, беленькие столы и стулья на улице. Все стерильно. Даже противно. На Фиште все было неопрятно по сравнению с Бабуком, зато очень располагало к бесшабашному веселью. Одна из палаток, самая большая, по типу армейской, предназначалась для нашей группы, куда все и пошли раскладывать вещи и занимать места на нарах.

Купаемся в холодном душе, вода которого приходит из реки. Некоторые сразу идут купаться на реку. После ужина собираемся за столиком попить пива. Мирно общаемся. Солнце садится. И прилетают они. Гнус. Я раньше никогда с гнусом не сталкивалась, а теперь знаю, что это такое. Это такие мелкие, очень мелкие черные мошки. Они летают целыми облаками на закате и нещадно кусают нас. Чтобы защититься от этих мошек, мы надели закрытую одежду и намазали лицо и руки мазью от насекомых, которая нашлась у Майи. У нее на этот поход были все мыслимые и немыслимые средства защиты и лекарства от всех бед.

- Странно, но на Фиште гнуса не было.

- Был. Там оводы летают днем, которые лошадей кусают, - говорит Михей, - просто вы днем на ледник ходили, поэтому их не застали. Они нас там днем заели.

- …работа такая - на нерв, - поделился Марэ со мной, когда рядом никого не оказалось, - у вас группа нормальная попалась, и маленькая к тому же. Михей с Игорем халтурят не по-детски.

- Неужели? - удивляюсь я, - а мне показалось, что все нормально.

- Инструктор должен сидеть с группой до последнего туриста. А у вас группа очень самостоятельная, сами на гитаре играют, сами поют. Развлекать практически не надо. Не ноют.

- А что, бывает, что ноют? Знают же куда идут?

- По-разному бывает. Ох, у меня была прошлая группа. Ужас. Корпоративщики из Москвы. Они пили всю дорогу. Здесь в Бабуке утром так нажрались, что идти не смогли. Пришлось договариваться с водителем подвернувшегося грузовика, чтобы он их и рюкзаки довез до Солох-аула. Они когда на 30-ку вышли, двенадцать бутылок водки с собой несли. Чуть привал - они пить.

- Да, уж… а, классная идея - корпоративная вечеринка в виде похода. Не плохой тим-билдинг.

До полуночи все укладываются спать. В ту ночь я спала и снов не видела. Видимо сказалась усталость трех дней похода и недосыпание всех предыдущих ночей.

30 июля (воскресенье). 4-й день похода

В восемь утра завтракаем. Сегодня нам предстоит пройти двадцать четыре километра до Солох-аула. Со вчерашнего дня, как только оказались по эту сторону гор, мы уже в субтропиках - здесь жарко и очень влажно. Постиранное и отжатое накануне вечером белье, которое ночью сушилось на улице, можно отжимать заново. Вечером полотенце было слегка влажное, теперь оно мокрое.

Групповая фотография на память и мы выдвигаемся в дорогу. Наш путь сегодня легок - вдоль по широкой грунтовой дороге, без всяких подъемов и спусков. С одной стороны река Шахе, с другой стороны - скалы. Их называют плачущими, т.к. по ним везде сочится вода, которая питает реку. А река Шахе в свою очередь питает Черное море. По пути нам часто встречаются водопады, сероводородные источники и просто источники с питьевой водой. Вся эта обильная влага течет по дороге в реку. Мы идем практически по грязи, которая местами бывает нам по щиколотку. Но для нас это уже пустяки. Резвым маршем мы доходим до привала на обед, останавливаемся на берегу. После еды все идут купаться. На этот раз купаюсь и я. Вода в реке холодная и быстрая. Заходишь в одном месте, проплываешь по течению несколько метров и выходишь чуть ниже. Беспощадное южное солнце вступает в свои права: после полудня начинает сильно палить. Часам к четырем дня мы приходим в Солох-аул, который находится в тридцати километрах от моря. Приют нам дает небольшой и, похоже, единственный здесь, гостиничный комплекс (громко сказано). Это просто бар-ресторан со столиками под раскидистыми дубами и одноэтажным зданием гостиницы с более чем скромными номерами. Наши апартаменты - длинный чердак мансардного типа.

Все кидаются занимать спальные места на уже привычных нам нарах и, затем, выстраиваться в очередь в холодный душ. Я же, Майя, Настя, инструктора не спешим и присаживаемся за один из столиков под вековым дубом.

- Юлек, сходи за пивом, - требует Майя.

В баре я встречаю пожилого армянина, который спрашивает про горы. Я выражаю восторги. Когда я собираюсь выходить из бара, он угощает меня палкой шашлыка. Я округляю глаза от удивления. Благодарю старика и иду к нашим.

Сидим, пьем холодное пиво в знойный день в тени дуба. Жужжат шмели. Неподалеку от нас рабочие наскоро сколачивают деревянную сцену под навесом. Вечером будет концерт. К нам подходит тот же армянин и угощает нас крутым бульоном из баранины - каждому по чашке сытного горячего бульона. В Узбекистане такой суп называют шурпой, здесь его называют шулюм. Затем приносит нам еще несколько палок шашлыка, лаваш, пару глубоких тарелок с мясом и овощами из супа. Нашему удивлению нет предела. Инструктора, однако, не удивляются, а охотно принимаются есть.

- У нас на Кавказе так! - изрекают они, - а что такого удивительного?

- Люди с гор спустились, голодные! - говорит старый армянин и к полному нашему изумлению ставит нам на стол две бутылки хорошей водки, - Меня Эдик зовут. Будете в Сочи - останавливайтесь в моей гостинице.

К нашему столу, позабыв о душе, подгребают остальные туристы отряда. Все активно подкрепляются и благодарят радушного Эдика. И, поскольку у нас был очень плотный полдник, ужин решили перенести на более позднее время, чем планировалось, - на девять часов, когда начнется концерт.

В высвободившееся время мы с Настей, Майей, инструкторами и матерью Игоря идем на реку купаться. Берем с собой белое вино, дареную водку и закуску. Время 6 вечера, но по-прежнему жарко. Холодная вода горной реки освежает и бодрит. Я ощущаю приятное чувство эйфории от купания, от гор, окружающих меня. Я счастлива.

Вечером нам в торжественной обстановке вручают значки "Турист России" и удостоверения к ним, что свидетельствует о присвоении нам третьего разряда по спортивному туризму. Потом мы перемещаемся поближе к сцене, где нас ждет ужин и вино. Пожилой горец в огромной национальной мохнатой шапке и галстуке ведет праздничный вечер. Перед нами выступает местный ансамбль национального адыгейского танца "Аса" под национальную музыку. Так что по конец похода мы получаем еще и порцию местной экзотики. Признаюсь, девушки в кокошниках мне уже порядком надоели и у нас, в средней полосе. В перерывах между выступлениями тамада вызывает присутствующих поучаствовать в конкурсах. Участвуют в основном туристы нашей группы. Каждый раз по зову старого адыгейца мы выскакиваем на сцену и пляшем от души под "Черные глаза" и другие местные хиты. Так же прославили наш отряд Майя и Марэ. Они поучаствовали в танцах с артистами из ансамбля "Аса" и были объявлены людьми года (шутка). Гвоздями программы. :

Сегодня почти весь отряд веселится до глубокой ночи - у кого сколько хватит сил.

31 июля (понедельник). 5-й день

Утром автобус увез нас на побережье Черного моря. Так завершилась наша "тридцатка".

Я бы никогда не простила себе, если бы не поменяла маршрут и осталась на турбазе. Мое счастье было бы лишь в том, что я не узнала бы как хорошо в походе.

В начало страницы | Главная страница | Карта сервера | Пишите нам

Комментарии и дополнения
 лена, 23.01.2008
про медведя и лошадь враки!
Добавление комментария
Автор
E-mail (защищен от спам-ботов)
Комментарий
Введите символы, изображенные на рисунке:
 
1. Разрешается публиковать дополнения или комментарии, несущие собственную информацию. Комментарии должны продолжать публикацию или уточнять ее.
2. Не разрешается публикация бессмысленных сообщений ("Круто!", "Да вранье все это!" и пр.).
3. Не разрешаются оскобления и комментарии, унижающие достоинство автора материала.
Комментарии, не отвечающие требованиям, будут удаляться модератором.
4. Все комментарии проходят обязательную премодерацию. Комментарии публикуются только после одобрения их текста модератором.




© Скиталец, 2001-2011.
Главный редактор: Илья Слепцов.
Программирование: Вячеслав Кокорин.
Реклама на сервере
Спонсорам

Rambler's Top100