Добавить публикацию
Сообщить об ошибке
Сообщить об ошибке
! Не заполнены обязательные поля
Покоренные гиганты
Покоренные гиганты
Автор книги: Павел Сергеевич Рототаев
Год издания: 1975
Издательство: Издательство "Мысль", Москва
Тип материала: книга
Категория сложности: нет или не указано
Вид туризма: Горный туризм

Книга известного советского альпиниста знакомит читателя с грандиозными горными хребтами земного шара — Гималаями и Каракорумом. На фоне широкого альпинистско-географического обзора выделяются описания высочайших вершин — восьмитысячников. Особое внимание обращает автор на экспедиции, которые внесли много нового в исследование этих горных стран.

Книга известного советского альпиниста знакомит читателя с грандиозными горными хребтами земного шара — Гималаями и Каракорумом. На фоне широкого альпинистско-географического обзора выделяются описания высочайших вершин — восьмитысячников. Особое внимание обращает автор на экспедиции, которые внесли много нового в исследование этих горных стран.

Содержание
Введение
На очереди восьмитысячники
Самые высокие горы Земли
Знакомьтесь, гиганты!
Первые робкие встречи
Переход к решительным штурмам
Десять памятных лет
Фронт атак ширится
История повторяется
Перспективы борьбы за гиганты
Приложение
Литература

Введение

В развитии горовосхождений есть даты, являющиеся памятными вехами пройденного пути. В мировом альпинизме таких этапов четыре.

Начало первого из них датируется 1786 г., когда по инициативе известного швейцарского ученого О. Б. Соссюра на вершину Альп — Монблан поднялись М. Паккар и Ж. Бальма. Принято считать, что это событие положило начало мировому альпинизму.

Второй этап начался в 1865 г. На альпийскую вершину Маттерхорн совершила восхождение группа английских горовосходителей. Подъем проходил по сложному маршруту. Это восхождение, которое возглавлял Эдуард Уимпер, считается началом развития спортивного альпинизма, т. е. восхождений на вершины по сложным путям.

В 1907 г. группа английских альпинистов во главе с Т. Лонгстаффом покорила вершину, превышающую, по высоте 7000 м (Трисул, 7123 м, Гималаи), открыв этим восхождением эру высотного альпинизма.

И наконец, в 1950 г. участники французской экспедиции М. Эрцог и Л. Ляшеналь покорили первую вершину, превышающую 8000 м (Аннапурпа, 8078 м, Гималаи). Этим восхождением была начата борьба за покорение высочайших вершин мира.

Естественно, что каждый из этих этапов не возникал неожиданно. Он закономерно готовился в предшествующем и проявлялся как итог развития мирового альпинизма.

Вместе с тем каждый этап зависел от развития науки и техники и в какой-то степени способствовал их совершенствованию. Особенно зрима эта зависимость в высотном альпинизме. Без географических, и в частности картографических, без метеорологических и физиологических исследований, без легкого и надежного снаряжения и оборудования победы над высочайшими вершинами мира были бы невозможны.

И в то же время изучение горных районов в указанных направлениях, равно как и изучение физиологического влияния больших высот на человеческий организм, обогащалось опытом многих альпинистских экспедиций, в которых исследования выполнялись не только учеными, включаемыми в состав экспедиций, но и самими альпинистами.

Каждый восходитель, особенно высотник, является исследователем. Без глубокого знания гор и их природы не были бы возможны восхождения на вершины, особенно в высоких и труднодоступных горах. Поэтому альпинисты прокладывают пути к горным хребтам и вершинам не только для своих последователей — восходителей, но также и для ученых различных специальностей.

В данной книге кратко освещаются районы, где расположены высочайшие вершины мира, а также история борьбы за их покорение.

Советские альпинисты имеют большой опыт восхождений, но только до высот 7500 м. В перспективе они готовятся к штурму восьмитысячников. Поэтому краткий обзор опыта борьбы за покорение гигантов мира, надеемся, будет для них небесплодным.

На очереди восьмитысячники

В прошлые века основные усилия исследователей были направлены на изучение внешних оболочек земли — земной, водной поверхности и атмосферы. К нашим дням объектами исследований стали глубины морей и океанов, толща земной коры, верхние слои атмосферы и космическое пространство.

Но до сих пор есть еще значительные участки суши, на которые почти не ступала нога человека. Примером могут служить некоторые районы Антарктиды. Ее изучение в широких масштабах только еще развертывается. В какой-то степени это относится к Гренландии и другим арктическим территориям.

Несколько особо стоят высочайшие горные системы Земли. Географы, топографы, геологи, картографы и другие специалисты достаточно широко изучали горы, особенно средневысокие, такие, например, как Альпы, Кавказ и им подобные. Высочайшие же горные системы и труднодоступные горные районы таят еще немало неисследованного.

Развитие человечества, его научной и технической мысли все более настойчиво требует детального изучения гор. Это необходимо для прокладки дорог через горные области, разводки и добычи полезных ископаемых, строительства крупных энергетических комплексов на полноводных горных реках, для решения многих других задач.

Недостаточность исследований высокогорных районов объясняется рядом причин. Основные из них: ограниченность дорог вследствие сложности горного рельефа; суровая природа высокогорья — сложные метсоклиматические условия; разрушительные природные явления (обвалы, лавины, селевые потоки, камнепады и т. д.); мощный снежно-ледовый покров, исключающий изучение коренных пород, из которых сложены хребты и вершины.

В стремлении глубже проникнуть в горы ученые-исследователи пошли двумя путями”- первый — привлечение альпинистов в научные экспедиции, второй — ученые становились сами альпинистами. Достаточно указать, что такие ученые, как О. Б. Соссюр, Александр Гумбольдт, Ф. Паррот, Д. Фрешфилд, Г. Мерцбахер, Платон Чихачев, О. Ю. Шмидт, Д. И. Щербаков и многие другие зарекомендовали себя опытными восходителями.

Во второй половине XIX в. начинают множиться исследования высоких гор, и в частности Гималаев. Еще в 1818 г. Д. Джерард совершил восхождение на вершину высотой 5916 м. В 50-х и 60-х годах XIX в. уже было покорено 37 шеститысячников. Предпринимались попытки восхождений на семитысячники.

К концу XIX в. были попытки подняться и на восьмитысячники. Так, в 1892 г. в районе Чогори действовала английская экспедиция У. М. Конвея. Но она лишь обследовала район расположения этой второй по высоте вершины мира и наметила путь восхождения. Другая английская экспедиция во главе с А. Маммери была в 1895 г. в районе Нангапарбат (Здесь и далее речь идет только о горных вершинах Гималаев и Каракорума). Группа ее участников достигла высоты 6100 м по пути к вершине из ущелья Диамир. В 1899 г. проводилась также английская экспедиция в район Канченджанги. Руководил ею Д. Фрешфилд. Ее участники смогли подняться лишь на северо-восточный гребень вершины.

Итак, в XIX в. не было покорено ни одной вершины выше 7000 м. И все же немногочисленные попытки вышеуказанных экспедиций проложили путь последующим исследователям и восходителям, они также доказали, что успех в исследованиях таких труднодоступных высокогорных районов требует альпинистской подготовки и опыта, хорошего знания природы высоких гор и конкретных навыков работы в них.

Первый успех выпал на долю известного английского альпиниста Т. Лонгстаффа, который с двумя проводниками братьями А. и X. Брохерель и местным проводником Карбиром 12 июля 1907 года покорил Трисул (7120 м).

Победа над Трисулом усилила стремления альпинистов к восхождениям на вершины высочайших гор мира. До 1931 г. было покорено еще шесть вершин. Максимальной из них был пик Джонсанг (7470 м). В этом же году английские альпинисты во главе с Ф. Смитом добились победы над вершиной Камет (7756 м).

В 1932 г. американскими альпинистами было совершено восхождение на вершину Миньяк-Гонкар (7587 м). В те же годы в борьбу за семитысячники включились советские альпинисты. В 1931 г. группа М. Погребецкого покорила Хан-Тенгри в Центральном Тянь-Шане. Высота этой вершины на топографических картах того времени указывалась 7193 м. Позднее, по уточненным данным, она снизилась до 6995 м. В 1933 г. альпинисты нашей страны совершили восхождения на высочайшую вершину Советского Союза, тогда еще не имевшую названия. Ныне это пик Коммунизма (7495 м). А годом позднее советские альпинисты совершили восхождение еще на один семитысячник — пик Ленина (7134 м). Более чем за сорок лет, с момента восхождения на первый семитысячник до покорения первого восьмитысячника (1950 г.), было побеждено 25 вершин, превышающих 7000 м.

С годами продолжали учащаться не только попытки покорения семитысячников, но и стремления к победе над вершинами, превышающими 8000 м.

Однако недостаточность накопленного опыта, особенно малая изученность влияния больших высот вставали неодолимой преградой на пути к гигантам. Все чаще наряду с географами, топографами и другими специалистами в альпинистские экспедиции включаются ученые-физиологи. В их задачу входило определение причин, нарушающих нормальную жизнедеятельность альпинистов, даже весьма опытных и квалифицированных, на больших высотах.

Ученые путешественники и исследователи, проводя работу в высоких горах и преодолевая их сложный рельеф, издавна испытывали затруднения, связанные с высотой. В начальный период, когда деятельность их проходила на средних высотах (3000—4000 м), это влияние было малозаметным. Со временем, когда они стали подниматься до 5000—6000 м, оно стало настолько ощутимым, что превратилось уже в проблему, ставшую наиболее острой, когда исследователи и путешественники подошли сначала к рубежу 7000, а затем и 8000 м.

Известно, что человеческий организм приспособлен к нормальной жизнедеятельности при атмосферном давлении 760 мм ртутного столба. Но человек отличается большой приспособляемостью к изменениям атмосферного давления. Эта приспособляемость заключается в том, что человеческий организм может в какой-то мере компенсировать недостаток кислорода, поступающего в легкие, за счет увеличения объема вдыхаемого воздуха учащением дыхания или увеличения глубины дыхания.

Барометрическое давление в мм 760 720 480 432 385 335 288 240
Высота, соответствующая давлению в м 0 500 3500 4500 5400 6500 7700 8900
Давление кислорода в мм 160 152 100 90 80 70 60 50
Насыщенность крови кислородом в % 100 96 94 93 92 90 88 82

Медициной установлено, что обеспечение жизненных функций человеческого организма (без использования дополнительного кислорода) возможно только до высот порядка 3500—4000 м. При дальнейшем увеличении высоты организму начинает не хватать кислорода — начинается кислородное голодание. Появляются головные боли, общая апатия, тошнота. Все эти признаки и обусловливают так называемую горную болезнь.

Граница, с которой начинается горная болезнь, не одинакова для различных людей. Одни могут безболезненно подняться только до высоты 4000—5000 м, в то время как другие дойдут до значительно больших высот. В основном это зависит от состояния организма, его тренированности. Опыт восхождения альпинистов показал, что вполне возможно так подготовить организм, что подъем даже на значительные высоты не вызовет серьезного нарушения его жизнедеятельности. При этом имеется в виду только влияние на человеческий организм уменьшения снабжения крови кислородом в связи с падением его парциального давления. Снижение давления атмосферы, кроме того, может оказывать влияние и на другие стороны жизнедеятельности организма: на работу желудочно-кишечного тракта, кровеносную систему, зрение и цветоощущение, на глубокие изменения нервной системы, которые могут проявиться в моральных сдвигах и потрясениях.

К примеру, Э. Нортон в английской экспедиции 1924 г. на Джомолунгму поднялся без кислорода до высоты 8565 м. После спуска он заявил, что в момент достижения этой высоты чувствовал полное изнеможение. В то же время и зрение его катастрофически ухудшалось. Почти не видя и не ощущая окружающего, большим усилием воли он заставил себя повернуть обратно.

Характерный пример морального потрясения произошел в швейцарской экспедиции на Дхаулагири в 1960 г. Во время подъема второй группы восходителей один из ее участников вдруг быстро побежал к ледопаду. Остальным восходителям с большим трудом удалось догнать его и спустить в базовый лагерь, где он пришел в нормальное состояние.

Проведением широких исследований физиологи подтвердили и обосновали найденный в практике альпинизма метод, поддерживающий нормальную жизнедеятельность человеческого организма до достаточно больших высот. Принцип такой подготовки получил название акклиматизации. Существо его состоит в том, что организм постепенно “приучают” к все большим высотам. Тренировка эта ступенчатая; поднявшись до какой-то высоты и проведя в ее условиях некоторое время, восходители спускаются вниз не менее чем на 500 м, затем поднимаются до еще большей высоты и снова спускаются. Так они продолжают акклиматизироваться до штурмового лагеря. Акклиматизация существенно повышает приспособляемость человеческого организма. Но физиологи свидетельствуют, что на значительных высотах, несмотря даже на хорошую акклиматизацию, происходит медленное истощение организма: теряется аппетит, снижается энергия и работоспособность.

Советские альпинисты-высотники создали действенную методику акклиматизации. Она состоит в активной деятельности восходителей — заброске грузов в промежуточные лагери, подготовке лагерей (установка палаток, рытье пещер), обработке сложных участков пути к вершине, забивке крючьев, навешивании веревок и т. д. В процессе такой подготовки им приходится не раз подниматься до значительных высот и спускаться.

Об эффективности акклиматизации среди восходителей-высотников были различные точки зрения; многие недоумевали, как это в 1950 г. французским альпинистам, Не имевшим опыта высотных восхождений, удалось добиться успеха на Аннапурне. Однако достаточно напомнить, что французские альпинисты в течение почти двух месяцев до штурма этого восьмитысячника совершили значительное число подъемов до больших высот в поисках наиболее доступных путей на Дхаулагири и Аннапурну. Это и обеспечило их всестороннюю и глубокую акклиматизацию.

Характерен и другой пример из более ранней истории высотных восхождений. При попытке штурма Джомолунгмы в 1924 г. альпинисты отмечали, что на высотах до 7600 м идти было трудно. Многие ощущали резкие признаки горной болезни и даже были вынуждены прекращать подъем, несмотря па весьма интенсивную, по их мнению, акклиматизацию. В то же время один из них, Оделл, в течение нескольких дней трижды совершивший подъем с 6400 до 7000 м и два подъема до 8170 м, чувствовал себя хорошо. Так восходители с помощью физиологов нашли реальное средство к временному “повышению высотности” человеческого организма.

Кроме высоты существуют и другие условия, значительно затрудняющие горным путешественникам и восходителям достижение больших высот.

Первая — неуклонное понижение температуры с подъемом, усугубляемое нередко непогодой. Как пример можно привести английских альпинистов, которые после своих ранних попыток восхождений на Джомолунгму говорили, что, несмотря на теплую одежду, на больших высотах, в условиях пониженных температур и сильного ветра, они замерзали и чувствовали себя так, “как будто вышли в одном нижнем белье на сильный мороз”.

Использование же более теплой одежды и обуви связано с увеличением веса снаряжения что весьма нежелательно для путешественников и восходителей. Учитывая потребности в снаряжении, продуктах питания, запасах кислорода и прочих необходимых вещах, каждый дополнительный килограмм веса на таких высотах серьезно снижает шансы на успех в выполнении поставленной задачи. Все же обеспечение теплозащиты требует неослабного внимания и поэтому приходится мириться даже с некоторым увеличением веса. Пренебрежение или риск в этом недопустим. Они могут привести к большим неприятностям. Так, французские альпинисты во время восхождения на Аннапурну имели неутепленные ботинки. Совершая штурм вершины в условиях благоприятной погоды, они серьезно поморозили ноги.

Сейчас существуют образцы одежды, достаточно надежно обеспечивающей теплозащиту людей в самых неблагоприятных условиях.

Вторая трудность — влияние погоды. При существующих методах прогнозирования далеко не всегда удается достаточно точно определить момент наступления даже длительной непогоды. Больших резервов времени для выбора наиболее благоприятных погодных условий обычно не бывает. Непогода же может сорвать экспедицию, а это значит — сорвать годы подготовки и затрату значительных средств.

Поэтому каждой экспедиции необходимо иметь надежную связь с метеослужбой; кроме того, следует весьма внимательно изучать и местные признаки наступления непогоды. Главным же должно быть внимательное отношение к метеообстановке и принятие четких и быстрых мер на случай внезапного ухудшения погоды.

В 1934 г. во время восхождения немецких альпинистов на Нангапарбат группа восходителей на высоте 7600 м была застигнута внезапно наступившей непогодой. Отсутствие мер обеспечения безопасности спуска в создавшихся условиях и нечеткость в действиях руководства и участников экспедиции привели к катастрофе.

Все эти особенности восхождений выявились за длительный период упорной борьбы за покорение восьмитысячников.

До 1950 г. проводилось около 50 экспедиций в Гималаи и Каракорум (на Джомолунгму, Чогори, Канченджангу, Нангапарбат и другие вершины). Их участникам удалось покорить несколько семитысячников этих горных районов, но ни одна попытка штурма вершин восьмитысячпых гигантов успеха не имела. Наибольшего результата добились английские альпинисты при попытках восхождения на Джомолунгму: в 1924 г. Нортон достиг высоты 8565 м, а Г. Меллори и А. Ирвин (как оценил Н. Оделл) — более 8600 м, в 1933 г. П. Вин-Харрис, Л. Уэйгер и Ф. Смит — 8565 м.

Первый успех пришел в 1950 г., когда французские альпинисты М. Эрцог и Л. Ляшеналь - покорили вершину Аннапурна (8078 м).

Победа над первым восьмитысячником разбила миф о недоступности вершины такой высоты и явилась сигналом для альпинистов многих стран в стремлении “не опоздать” в совершении первовосхождений на восьмитысячники. За последующие пять лет было покорено шесть гигантов: Джомолунгма (альпинисты Англии), Нангапарбат (альпинисты Австрии и ФРГ), Чогори (альпинисты Италии), Чо-Ойю (альпинисты Австрии), Канченджанга (альпинисты Англии) и Макалу (альпинисты Франции). В последующие годы это стремление нарастало. К традиционным экспедициям таких стран с развитым альпинизмом, как Австрия, Англия, ФРГ, Франция и Швейцария, добавились восходители США, Италии, Японии, Аргентины, КНР, Индии, а позднее — Чехословакии, Полыни, Югославии, Южной Кореи.

Теперь счет шел не тем гигантам, которые уже покорены, а тем, которые еще оставались непобежденными.

В 1956 г. японским альпинистам сдалась вершина Манаслу. Швейцарцы покорили Лхоцзе и повторили восхождение на Джомолунгму. Австрийские восходители добились победы над вершиной Гашербрум II.

Количество непокоренных гигантов быстро уменьшалось, а число стран, альпинисты которых стремились совершить хотя бы одно восхождение на восьмитысячник, продолжало увеличиваться.

В 1957 г. участники австрийской экспедиции совершили первовосхождение на каракорумскую вершину Броуд-пик, а альпинисты США в 1958 г. одержали победу над Хидден-пиком.

К 1960 г. непобежденными оставались только два гималайских восьмитысячника — Дхаулагири и Шиша Пангма. Первая из них уже неоднократно являлась объектом штурма, но пока еще безрезультатного. Вторая же, из-за своей высоты получившая наименование самого маленького восьмитысячника (8013 м), еще не привлекла должного внимания альпинистов, поскольку восходители, стремясь к победе над высочайшими гигантами, долгое время как бы не замечали этой вершины.

В 1960 г. “сдалась на милость победителей” величественная Дхаулагири. Ее покорили участники швейцарской экспедиции. До Шиша Пангма очередь дошла лишь в 1964 г., когда китайские альпинисты организовали экспедицию для ее Покорения. По их сообщениям, попытка оказалась удачной. Вершины достигли 10 альпинистов.

Так завершился более чем 70-летний период борьбы за достижение высочайших вершин мира в Гималаях и Каракоруме. Почти 60 лет из них было затрачено на подготовку и попытки восхождений, и только за 15 последних лет высочайшие вершины 14 горных массивов были покорены. За этот же срок альпинистам сдались 90 семитысячников. Настойчивость и мужество горовосходителей одержали победу над суровой природой высочайших гор.

К 1965 г. борьба за покорение гигантов подошла как будто бы к своему логическому завершению. Все 14 вершин выше 8000 м были покорены. На некоторые из них были совершены и повторные восхождения. Среди альпинистов-высотников различных стран развернулась дискуссия о перспективах восхождений на высочайшие вершины мира. Мнения были самые различные. Первое — восхождения на восьмитысячники должны повторяться по мере роста новых поколений восходителей, для которых также интересно испытать свои силы в борьбе с гигантами гор. Второе — развитие высотного альпинизма пойдет тем же путем, как развивался он в традиционных районах (Альпы, Кавказ и др.), т. е. повторением восхождений по уже пройденным маршрутам и по новым, наиболее сложным путям, которые открываются практически ежегодно. Третье — в высочайших горных районах покорены еще только главные вершины гигантских массивов. В то же время в некоторых из них есть другие вершины, превышающие по высоте 8000 м. Поэтому альпинисты будут продолжать первовосхождения на такие вершины, это главная задача на ближайшее будущее. В каждом из этих мнений значение восьмитысячников не отвергается. Наиболее правильным, видимо, будет разумное сочетание всех трех точек зрения.

Итак, история борьбы за гиганты-восьмитысячники прошла два этапа своего развития. Первый из них (1892—1950 гг.) — этап изучения, разведок и попыток восхождений.

Последующий, более короткий этап (1950-1964 гг.) явился победным. За эти пятнадцать лет были покорены все известные до того времени восьмитысячники. На некоторые из них уже были совершены и повторные восхождения.

Эти два периода позволили значительно глубже изучить наиболее высокие районы Гималаев и Каракорума.

Сделали это не только альпинисты, но и включавшиеся в их экспедиции представители различных областей пауки (географы, топографы, геологи, физиологи и ученые других специальностей), а также и специализированные научные экспедиции, проводившиеся по путям, проложенным альпинистами.

С 1965 г. начался следующий этап освоения высочайших гор мира. Альпинисты продолжали совершать восхождения на семитысячники и восьмитысячники, но теперь они проникали все глубже в труднодоступные районы высокогорья. В результате уточнялись карты, открывались новые долины, ледники, вершины, шире исследовалась природа гор.

Наряду с первовосхождениями на семитысячники продолжаются восхождения на уже побежденные вершины, часто по новым, более сложным путям. В освоение высочайших вершин мира включаются альпинисты таких стран, которые не посещали этих районов. В их числе и социалистические страны — Чехословакия, Югославия, Польша.

Самые высокие горы Земли

Нет более высоких гор на Земле, чем Гималаи в Каракорум, и ни в одних горах нет таких резких контрастов природы, как в Гималаях.

Из долин Ганга, с чайных плантаций Дарджилинга над мощными тераями и обширными лесами горной зоны видны грандиозные хребты Гималаев. Отсюда они представляются далекими и таинственными, поднимающимися на невероятную высоту и сливающимися своими заснеженными шапками с грядами светлых, полупрозрачных облаков.

Здесь Гималаи поднимаются широкими ярусами. До 2000 м это богатство тропической растительности, хотя уже и появляются представители хвойных и лиственных лесов. Выше 2000—4000 м преобладают кустарники. На высоте 4000—5000 м, а иногда и выше господствуют горные луга.

Если посмотреть на Гималаи с севера, из долины реки Цангпо (так называется в верхнем течении Брахмапутра), то здесь взгляду предстанут совсем иные картины. Над каменистой и полупустынной долиной этой реки поднимаются серые предгорья, покрытые редкой травой и кустарниками.

Над этим одноцветно-серым миром возвышаются Гималаи. Здесь они не так величественны, как на юге; самые высокие вершины не превышают 4000 м. И, несмотря на это, круто спадая к долине Цангпо, открытые взгляду от подножия до самых вершин, они выглядят мощными и труднодоступными.

В Каракоруме, на северо-западном простирании Гималаев, таких резких контрастов нет. Различие между южными и северными склонами здесь близко к обычным особенностям широтных горных хребтов. Но все же различие есть. Так, например, в ущельях южных склонов даже на большой высоте встречаются сады, посевы.

Влажные воздушные массы с Индийского океана, хотя и ослабленные расстоянием, все же доносят часть влаги к южным склонам хребта Каракорум. Северные же склоны подвержены влиянию сухих холодных ветров с центрально-азиатских пустынь. Растительный и животный мир здесь значительно беднее.

Гималаи простираются от 73° восточной долготы на северо-западе до 96° восточной долготы на юго-востоке.

Горная система Каракорум начинается на северо-западе (перевал Барогиль) также на 73° восточной долготы, но уже к 78° восточной долготы (перевал Каракорум) резко снижается по высоте и в дальнейшем переходит в отроги, невысоко поднимающиеся над Тибетским нагорьем. Каракорум занимает промежуточное положение между Памиром, Гиндукушем, Куньлунем и Гималаями. Главный его хребет, выгнутый к северу, имеет много мощных отрогов, отходящих как на север, так и на юг. Высшая точка Каракорума — вершина Чогори (8611 м).

Хребты горных систем Гималаев и Каракорума отделены друг от друга одной из величайших рек Азии — Индом, берущим начало в районе озера Маносаровар на Тибетском нагорье и впадающим в Аравийское море.

“Гималаи” в переводе с языка хинди означает “обитель (царство) снегов”. Действительно, по масштабам снежного, фирнового и ледового покрова, по их мощности Гималаи представляют собой настоящее царство снегов. Гималаи огромны. При общей протяженности более 2400 км они на отдельных участках достигают ширины 350 км. Это мощное поднятие земной коры, по свидетельству ученых-исследователей, до сих пор претерпевает горообразовательные процессы и медленно продолжает повышаться.

На всем протяжении от “западного пограничного столба” — Нангапарбата и до “восточного пограничного столба” — Намхва-Барву они имеют среднюю высоту около 6000 м.

Следует заметить, что Гималаи еще очень мало исследованы и даже в наше время хранят много неизведанного и неизученного. Горная система Каракорума изучена еще меньше. Это объясняется не столько огромной территорией, занимаемой данными горными системами, сколько трудностью проникновения в них из-за сложности рельефа и отсутствия дорог.

Геологическое строение (Геологическое строение Гималаев дается схематично) Гималаев отличается большой сложностью. Центральный кристаллический стержень горной системы окружен осадочными породами различных возрастов. Породы эти образовались на дне доисторических морей, покрывавших когда-то значительные пространства современной территории Азии. В позднейшие времена пласты земной коры колоссальной силой перемещения материковых глыб были смяты в огромные складки.

Эти складки, часто перекрытые и разорванные, образуют мощные системы надвигов. В таких образованиях пласты более раннего происхождения нередко оказываются лежащими на пластах, сформировавшихся гораздо позднее. Образовавшаяся горная система отделила гигантским горным барьером полуостров Индостан от центральных областей Азии.

Высочайший хребет горной системы Гималаев носит название Главного Гималайского хребта. Он простирается от северо-западной излучины Инда до юго-восточной излучины Брахмапутры.

Все остальные хребты системы — это или грандиозные ответвления Главного хребта, или параллельные ему горные цепи, значительно уступающие Главному хребту по высоте и протяженности.

Главный хребет Гималаев не является водоразделом бассейна рек Индийского океана и внутреннего бессточного бассейна Тибетского нагорья. Главный хребет прорезают крупнейшие притоки Инда и Ганга (Сатледж, Кали-Гандак, Арун).

В результате деятельности этих рек с древнейших времен хребты Гималаев оказались разрезанными узкими ущельями на отдельные участки.

На восток от Брахмапутры простирается ряд мощных хребтов Тибетского нагорья, часто именуемых хребтами Дангла. А еще дальше на восток тянутся их юго-западные продолжения.

В широтном направлении Гималаи с юга расчленяются на три громадные ступени, приподнятые южные края которых выглядят как Самостоятельные горные хребты.

Южная, нижняя, ступень до высоты 1000 м, представляет собой полосу предгорий, вздыбившийся край которых носит название Сиваликских гор. Ширина этой ступени неодинакова по своему протяжению и колеблется от 10 до 50 км. Сиваликские горы состоят из параллельных складок, превращенных на отдельных участках вследствие эрозионной деятельности горных рек в цепи холмов. Это особенно относится к междуречью Ганга и Биаса.

Сиваликские горы составляют хребты Дундва, Чоуриагати и Соля-Синги, а также возвышенности — Потварское плато, Кала-Читта и Маргала. Их средняя высота не превышает 600 м. Только Чоуриагати достигает средней высоты 900 м.

Вторая ступень располагается на высотах 3500—4000 м. Она несколько приподнята к южному краю и представляет собой обширное нагорье шириной 80—100 км. Некоторые вершины окраинного хребта этой ступени поднимаются до 6500 м, а лежащие между этим хребтом и Главным Гималайским хребтом широкие долины Сринагара и Катманду находятся на высоте 1350—1650 м.

В Кашмирских Гималаях приподнятый край этой ступени между реками Ипд и Ченаб носит название Пир-Панджал.

Это хребет средней высоты (около 4000 м), а в наивысших точках, находящихся в верховьях реки Кишенганга, превышает 5000 м (Харамуш — 5142 м).

Район хребта Пир-Панджал интересен обилием горных озер, обычно занимающих углубления между моренами или на местах бывших ледников (моренные или ледниковые озера), многие из которых расположены на большой высоте (до 3500 м). Через Пир-Панджал ведут пути в долину Сринагара: из Джамму через перевал Баниал; из Джелама через Пир-Панджал и Барамульское ущелье.

Между Пир-Панджалом и Главным Гималайским хребтом лежит красивая Сринагарская (Кашмирская) долина. Когда-то она служила дном существовавшего здесь огромного озера. В настоящее время остатки этого озера рассеяны по наиболее низким частям долины в виде небольших озер — Вулар, Анчар, Дал и других. Интересны на этих озерах плавающие острова, образовавшиеся из густых зарослей водных растений.

В обширной горной долине Катманду, так же как и в Сринагарской, много озер и еще больше остаточных озерных долин, которые местные жители называют “тал”.

Исследователи Гималаев так объясняют их образование. В прежние времена на южных склонах Гималаев было много подпрудных озер. Бурные горные потоки и реки постепенно наносили в них продукты разрушения горных пород. Постепенно накапливаясь, вода прорывала запруду, устремляясь вниз могучим потоком, смывающим все на своем пути.

Так, например, в результате землетрясения 1841 г. большой обвал запрудил реку Инд в районе Рамгата. Высота завала достигала нескольких сот метров. Выше его образовалось огромное подпрудное озеро.

Вскоре Инд прорвал запруду. Массы воды, хлынув по ущелью, смыли много селений, сорвали со склонов не только растительность, но и почву. Вода разрушила дороги, проходившие по ущелью. Местное население понесло огромный материальный ущерб.

От реки Ченаб до Сатледжа южный край второй ступени (окраинный хребет) носит название Дауладар (Белые горы) и поднимается до средней высоты 3000 м. В Гарвальских Гималаях этот хребет носит название Малых Гималаев. Часть хребта, расположенная между Сатледжем и Гангом, по местному называется Наг-Тиба.

Малые Гималаи, повышаясь к востоку, подходят к мощному отрогу Главного хребта с расположенным в нем гигантским массивом Дхаулагири и несколько западнее его примыкают к Главному хребту. Расчлененный же окраинный хребет (край ступени) обходит массив Дхаулагири с юга и простирается до реки Аруп невысоким (до 2000 м) хребтом Махабхарат. Между этим хребтом и Главным Гималайским располагается долина Катманду.

На востоке от реки Аруп первая и вторая ступени соединяются. Обходя глубоко вдающуюся в горы широкую долину реки Тиста, они почти вплотную подходят к Главному хребту, круто обрывающемуся в этой части к Бенгальскому заливу. Но и здесь, несмотря на крутизну склонов, сохраняется прежняя ступенчатость в виде двух-трех хребтов, резко понижающихся к югу. Эти хребты носят общее название “Дуары” (“Двери к горам”) и тянутся параллельно Главному хребту до ущелья Брах-мапутры. Дуары характерны наличием висячих долин, нередко располагающихся на сотни метров выше долин основных рек.

Третью ступень иногда называют центральной осью всей горной системы как по своему расположению, так и наибольшей высоте. Эта ступень сильно расчленена и образует цепь хребтов, носящих общее название Большого, или Главного, Гималайского хребта. Перевалы, ведущие через этот хребет, достигают средней высоты 4800 м, отдельные же из них превышают 6000 м. Наибольшей ширины третья ступень достигает на участке между Индом и Сатледжем (70—90 км). Здесь Главный хребет разветвляется на две ветви — Западные Гималаи и Северный хребет. Последний в северо-западной части называется Деосай, а в юго-восточной, расположенной за рекой Шинго, носит наименование Занскар (что в переводе с тибетского означает “белая медь”).

Главная вершина Западных Гималаев — Нангапарбат (8126 м). Там же поднимаются вершины Сер (Нана) — 7135 м и Мер (Кана) — 7100 м. В хребте Занскар высочайшая вершина — пик Камет — 7756 м. Из перевалов Западных Гималаев наиболее известны: Зоджи — 3450 м, Бурзил — 4200 м, Мацено — 5360 м; в хребте Занскар: перевалы Дарма — 5490 м, Кангри-Бингри — 5580 м, Шамшал — 4940 м.

Между Западными Гималаями и хребтом Деосай лежит обширное горное плато Деосай. Эта местность труднопроходима и носит характер полупустыни. Здесь на протяжении многих километров нет никакой древесной растительности, кроме изредка встречающихся кустиков низкорослой арчи. Только ранней весной на короткий период плато покрывается травами и используется местными жителями в качестве пастбищ для скота.

Юго-восточнее поднятия Западных Гималаев (в вершинах Сер и Мер) находится другая платообразная долина, носящая название Рупшу, со своеобразным климатом — летом в дневные часы необычайно жарко (до 30°), а ночью температура опускается ниже нуля. Севернее хребтов Деосай и Занскар располагается долина Инда, за которой на севере лежит горная цепь Каракорума.

От прорыва Сатледжа на восток третья ступень Гималаев сужается и в виде единого хребта (собственно Главный Гималайский хребет), имеющего среднюю высоту 5500—6000 м, продолжается на юго-восток, все более отклоняясь в восточном направлении. Здесь на участке между реками Сатледж и Арун располагаются восемь из десяти высочайших массивов Гималаев. От Сатледжа до прорыва реки Кали-Гандак в Главном хребте высочайшая вершина — Нандадеви (7816 м). У самого ущелья Кали-Гандак, в южном отроге Главного хребта, высится величественная Дхаулагири (8221 м).

На восток от реки Кали-Гандак, в междуречье Миристи и Марсенгди, поднимается целое семейство вершин массива Аннапурна. Далее на восток от Главного хребта ответвляется еще один мощный отрог. В нем расположены вершины Манаслу (8128 м) и Хималчули (7864 м). При дальнейшем простирании Главного Гималайского хребта, к востоку от него, отходит на север весьма разветвленный отрог, в котором находится “самый маленький” из восьмитысячников — Шиша Пангма (8013 м). Еще дальше, на участке между реками Коси и Арун, поднимаются вершины Чо-Ойю (8153 м) и Къянчунг-Канг (7922 м). Здесь же Гималаи достигают максимальной высоты в массиве Джомолунгмы (8848 м). Джомолунгма окружена, точно стражами, своими величественными соседями — вершинами Лхоцзе (8501 м), Нупцзе (7879 м) и Чангцзе (7537 м). Восточное массива Лхоцзе, у прорыва Главного хребта рекой Арун, высится пятая по высоте вершина мира — монументальный массив Макалу (8470м). Если массив Лхоцзе, даже несколько превышающий Макалу, не производит внешне впечатления гигантской вершины ни с юга, ни с севера, будучи затененным величественностью Джомолунгмы, Макалу выглядит гигантом со всех сторон. Это подчеркивается протяженным и заметно понижающимся гребнем хребта, связывающим этот массив с Лхоцзе, а также изящным, но менее высоким соседом — Чомолонзо (7815 м).

За ущельем реки Арун Главный Гималайский хребет заметно понижается, достигая лишь высоты 7459 м в пике Джонсанг. От этого пика на юг отходит разветвленный отрог, в котором располагается третий по высоте горный массив мира — Канченджанга (8585 м). Это самый мощный горный массив Гималаев и, пожалуй, самый красивый из них. В нем четыре вершины, превышающие 8 км. И они не единственные. В шести отрогах массива высятся пять вершин, приближающихся по высоте к 8000 м, и более десяти семитысячников. Такого почетного окружения не имеет ни одна из высочайших вершин мира, в том числе и Джомолунгма.

Далее на восток по простиранию Главного Гималайского хребта вплоть до его окончания в восточной излучине Брахмапутры, хотя и нет восьмитысячников, но есть еще много высоких вершин. Из них должны быть отмечены Кулу-Кангри (7755 м) и Намхва-Барву (7755 м). Обе равны по высоте, но совершенно различны по внешнему виду.

На север, в сторону Тибетского нагорья, Главный Гималайский хребет спускается одной громадной ступенью в виде слабо расчлененного хребта Ладак. Он простирается вдоль всего Главного хребта, от нижнего течения реки Шайок на северо-западе до крутой излучины Брахмапутры на востоке. Этот хребет прорезают две реки бассейна Индийского океана — Инд и Сатледж. Остальные крупные реки Индии — Ганг, Карнали, Кали-Гандак и Арун берут начало в ледниках на северных склонах Главного Гималайского хребта и на южных склонах хребта Ладак, который в орографическом отношении разделяет Индию и Тибет. Учитывая, что многие реки, стекающие с северных склонов хребта Ладак и южных склонов хребта Кайлас, впадают в реки бассейна Индийского океана (Инд и Брахмапутру), можно сказать, что и Ладак питает водами своих южных и северных ледников ту же самую систему рек.

Водоразделом для бессточного бассейна Тибета служит хребет Кайлас, иногда неправильно называемый вместе с Ладаком Трансгималаями. Хребет Кайлас простирается от Гильгита до верховьев Салуена и соединяется на северо-западе массивом Харамуш (7885 м) с горной системой Каракорум.

Между Ладаком и Кайласом расположена огромная по своим размерам, но не глубокая впадина со средней высотой 4500—5000 м, занятая верховьями рек Инда, Сатледжа и Брахмапутры. Это Тибетское нагорье. В юго-восточной части этой высокогорной долины, па берегу реки Кичу (приток Брахмапутры), расположен город Лхаса. Всю эту долину часто называют Малым Тибетом, так как климат и природа здесь типично тибетские.

Склоны Гималаев, обращенные к Тибету, сравнительно мало расчленены и не имеют столь резких очертаний, как на юге. Ущелий здесь относительно много, но они не так. глубоко врезаны в склоны, и горные речки, протекающие по ним, “миниатюрные” по сравнению с реками южных склонов.

Климатические условия, заснеженность и оледенение Гималаев связаны не только с высотой стой горной системы. Весьма существенную роль в этом играет характер территории жаркого юга и сурового Тибетского нагорья, Гималаи широкой дугой выгнуты в южном направлении. Южной стороной вся эта горная система обращена в сторону Индийского океана, а северной — к суровому Тибетскому нагорью, к обширным горам и пустыням Центральной Азии. Поднимаясь до высот выше 8000 м, Гималаи служат непреодолимым барьером на пути теплых ц влажных ветров с Индийского океана, по они так же непреодолимы и для холодных и сухих северных ветров. Вследствие этого климатические условия на южных и северных склонах резко различны.

Влажные ветры с обширных пространств Индийского океана несут на север большое количество влаги, которая достигает предгорий Гималаев. Не имея возможности продвигаться дальше на север и к тому же попадая в холодные предгорные слои атмосферы, она изливается мощными дождями в предгорьях и обильными снегопадами в высокогорной зоне. Северные же ветры, сухие и знойные, из пустынь Центральной Азии, пройдя над высокими и заснеженными хребтами, подходят к хребтам Гималаев сухими и холодными.

Эти обстоятельства и стали причиной внешне парадоксального явления — высота снежной границы, общая заснеженность и оледенение не соответствуют обычным закономерностям. На северных склонах Гималаев снеговая граница располагается на 1000—1200 м выше, чем на южных.

Интересно заметить, что по строению поверхности и по свойству льда гималайские ледники отличаются от ледников других горных систем.

На больших высотах снег очень сухой. Резкие перепады температур часто способствуют образованию на поверхности снежного покрова тончайшей корочки льда. Под ней происходит активная сублимация снега (переход вещества из твердого состояния в газообразное без предварительного превращения в жидкость), при которой снег испаряется и водяные пары оседают на нижней поверхности ледяной корочки, утолщая ее и образуя наст. А под ним увеличивается пустота. Вследствие этого сцепление снежного пласта со склоном нарушается и снежное покрытие фактически удерживается на нем лишь за счет прочности этой корочки (наста). Достаточно какого-либо нарушения этой корочки (повреждения падающим камнем и т. д.), как создается благоприятное условие для образования снежных лавин, весьма характерных для Гималаев.

Покоренные гиганты на сервере Скиталец
Орографическая схема Гималаев

На меньших высотах влияние высоких дневных температур ведет к быстрому процессу фирнизации снега и дальнейшему превращению фирна в лед. Одновременно происходит и другой процесс — быстрое испарение снега с поверхности (особенно па северных склонах) вследствие большой сухости воздуха. Это обусловливает недолговечность свежего снежного покрова в долинах и на нижних склонах. В результате ледники почти всегда открыты, снежный или фирновый покров на них редок. Передвижение людей по такой поверхности не представляет затруднений. Только в периоды обильных снегопадов горные склоны и ледники могут покрываться -значительным слоем свежего сухого снега и тогда прохождение заснеженных склонов и ледников требует большой осторожности.

Гималаи характерны мощным оледенением, которое еще не достаточно полно определено, несмотря на большое число проведенных научных и альпинистских экспедиций. Но здесь нет огромных долинных ледников, как, например, в Каракоруме. В какой-то степени это объясняется большей прямолинейностью гималайских хребтов и отсутствием у них боковых отрогов, простирающихся на большие расстояния.

Основной формой здесь являются ледники дендритового типа. Они характерны обширным районом питания и большой разветвленностью: несколько небольших ледников, образующихся в верхней зоне хребтов, сливаются в один более мощный. Потоки таких укрупненных ледников, стекая ниже, сливаются с другими потоками и составляют значительно более крупный ледник. Такие ледниковые образования в плане представляются в виде дерева с разветвленной кроной, откуда они и получили свое название. Характерный представитель ледников такого типа — ледник Ронгбук, стекающий с северных склонов Главного Гималайского хребта и его отрогов в районе расположения Джомолунгмы.

Ледники туркестанского типа характерны весьма ограниченным бассейном питания. Они образуются главным образом за счет снежных лавин с окружающих крутых склонов, ледовых, обвалов с вышерасположенных висячих ледников и лишь частично за счет снежных масс, выпадающих или наметаемых ветрами с окружающих склонов. Примером таких ледников в Гималаях может служить Южный ледник Аннапурны.

Нижняя граница языковой части гималайских ледников располагается от высоты 2300 м до 4000 м (в Центральных Гималаях). На северных склонах эта граница, как правило, выше.

Больше всего сведений имеется о ледниках районов Нангапарбат, Гацготри, Джомолунгмы, Канченджанги. Наибольшими из них гляциологи считают Зему (район Канченджанги) — 26 км; Ганготри (в верховьях Ганга) — 26 км; Дурунг-Друнг (Западные Гималаи) — 24 км; Ронгбук (район Джомолунгмы) — 19 км и Ракхиот (район Нангапарбат) — 15 км.

Метеоклиматические условия в Гималаях определяются высотой горной системы, экспозицией склонов ее хребтов и в значительной мере характером господствующих ветров.

Южные склоны богаты растительным и животным миром не только потому, что обращены к югу, а главным образом потому, что здесь выпадает много влаги, приносимой муссонами с Индийского океана. Муссоны бывают двух видов — летние влажные и зимние сухие. Летние муссоны обычно наблюдаются в течение июля — ноября. В это время над Центральной Индией образуется область пониженного давления, а в экваториальной части Индийского океана давление атмосферы повышено. Вследствие этого начинается движение влажных масс воздуха с океана на материк Азии.

Время наступления летнего муссона и наиболее интенсивного периода его действий изменчиво. Он может начаться на месяц-полтора раньше средних сроков или на столько же запоздать. Это зависит от разных причин, и в частности от разности давлений атмосферы между экваториальной зоной Индийского океана и Центральной Индией.

Зимний сухой муссон обычно дует с января по май, причем первая половина этого периода считается лучшим временем года в Индии. Тогда в ее долинах не очень жарко, господствует сухая и ясная погода. Однако, из-за того что зимний сухой муссон не приносит дождей, среди местного населения понятие “муссон” связывается только с летним влажным муссоном.

Влияние летних муссонов на климат и погоду в горах тем сильнее, чем ближе их участки расположены к морю, например, на Восточных и Центральных Гималаях. Далее на северо-запад их влияние ослабляется. В Каракорум же муссоны доходят еще более ослабленными.

Северные склоны Гималаев спускаются к суровому Тибетскому нагорью, открытому северным сухим ветрам, почти не приносящим влаги. Поэтому здесь холодно и крайне мало осадков. От этого северные склоны и выглядят полупустынными, почти лишенными растительности.

Если на южных склонах Гималаев, особенно в период летних влажных муссонов, бывает плохая погода, то на северных склонах периоды непогоды значительно реже. В зоне наиболее высокой части хребтов непогода, связанная с проявлением муссонов, захватывает не только сами гребни хребтов, но и верхние зоны их северных склонов.

Климатические особенности южных предгорий Гималаев и их южных склонов определяют растительный и животный мир этих территорий. Известно, что по богатству и разнообразию растительности Индия занимает одно из первых, мест в мире. Здесь насчитывается свыше 21 тысячи видов растений, из которых почти 17 тысяч цветковых. Естественно, что распределение растительности подчиняется не только географическому положению местности, экспозиции по странам света, климатическим особенностям, но и вертикальной зональности.

Наиболее богата растительность Восточных Гималаев. Именно в этом районе наиболее отчетливо выражена вертикальная зональность: тропическая зона — до 2000 м, умеренная — до 3750 м, выше же вплоть до снеговой границы — высокогорные луга. Заболоченные подножия Восточных Гималаев часто покрыты лиственными лесами из крупных деревьев, называемых здесь “сал”. Кроме них здесь произрастают многие тропические виды — веерная пальма, манговое дерево, бамбук, банан, кокосовая пальма. Обычно деревья перевиты лианами, а подлесок состоит из различных кустарников, густо поросших высокой травой. Такие леса, называемые местными жителями “тераи”, труднопроходимы.

С подъемом местности заболоченность уменьшается, и вместе с тем изменяется характер растительности. Наряду с названными породами появляются мыльное дерево, мимоза, магнолия, конский каштан. Количество лиан возрастает. Они, как длинные и толстые канаты, то вьются вокруг деревьев, то перебрасываются с одного дерева на другое. Лианы обвиты орхидеями различных видов (в Сиккиме, например, насчитывается более 400 видов орхидей). Стволы деревьев увиты диким виноградом и диким перцем. С высотой количество пальм убывает. Наиболее характерна для верхней части тропической зоны лазающая пальма (ротанг) с тонким, но длинным стволом (до 100 м). Во влажных затененных ущельях в большом количестве растут бананы, апельсиновые и лимонные деревья. Еще выше, при переходе к умеренной зоне в лесах начинают появляться дубы с вечнозеленой листвой и древовидные папоротники.

С 2000 м начинается умеренная зона. Здесь произрастают лиственные леса из дуба, каштана, березы, вяза, клена, вишни, черемухи и яблони. Среди них до некоторой высоты еще попадаются тропические виды растительности, но они постепенно исчезают. В лесу умеренного пояса еще много магнолий, орхидей, лавровых деревьев. Все чаще встречаются огромные кусты рододендронов с крупными белыми и красными цветами. Одна из характерных особенностей этих лесов — обилие мхов и лишайников: почва, стволы и ветви деревьев покрыты мхами; лишайники свешиваются с ветвей длинными гирляндами.

Выше 3000 м в лесах господствуют хвойные породы — гималайские пихты, ель, лиственница. Большие пространства заняты густыми зарослями бамбука, иногда значительно углубляющимися в умеренную зону. Из кустарников многочисленны смородина, шиповник, барбарис, рододендроны.

Расположенная выше высокогорная область представляет собой царство цветковых. Лишь в нижней ее части еще есть древесная растительность, которой заканчивается лесная умеренная зона. По мере же подъема к высокогорным лугам деревьев становится меньше. Затем они начинают исчезать, и в луговую зону здесь изредка вклиниваются лишь карликовые березки да рододендроны. Еще выше начинается безраздельное царство цветов.

Луга продолжаются обычно до высот 4800—5000 м. По наивысший предел их распространения отмечался и на более значительных высотах — до высоты 5800 м, отдельные представители цветковый встречались до высоты 6200 м.

В Западных Гималаях граница тропической зоны на 300—400 м ниже, чем в Восточных, которые имеют более южное расположение и находятся ближе к морю. Наиболее типичны в тропической зоне Западных Гималаев гранатовое дерево и олеандр. Умеренная зона спускается здесь также на 300—400 м. Растительность предгорий более сухолюбива. Здесь растут акация, вечнозеленый дуб, а в более влажных местах — пальма, бамбук и в подлеске — олеандр. А выше — царство хвойных с широким распространением деодара (гималайский кедр), сосны длиннохвойной и македонской голубой сосны. Наибольших высот достигает дуб (до 3500 м). К востоку с увеличением высоты растительность довольно резко меняется. Здесь преобладают тополь, осина, клен, чинара, ясень, сосна, а в подлеске — ломонос, жимолость, шиповник, боярышник, барбарис и облепиха.

По разнообразию горных лугов Западные Гималаи значительно богаче, чем Восточные. В остальном растительный мир Западных Гималаев близок к флоре Центральных Гималаев. Но он скромнее и менее ярок. В отдельных внутренних районах, расположенных среди гималайских хребтов, климат более суровый, чем на южных склонах. В то же время растительность там значительно богаче, чем на северных склонах.

Климат северных склонов Гималаев сухой и суровый. В Читрале и Гильгите резко выражена смена ночных и дневных температур. Часты сильные ветры. В Читрале выпадает до 400 мм осадков в год, а в Гильгите — лишь до 125 мм. В Ладаке еще суше (осадков до 80 мм), да и перепад температур более резок. Даже днем разница температур поразительна — в тени замерзает вода, а на солнце невозможно находиться в теплой одежде. Лето в горно-пустынном Ладаке относительно теплое, но растительный мир скудный. Только в северо-западной части этой области климат несколько мягче. Здесь встречаются луга и даже в отдельных местах произрастают деодаровые ,и сосновые леса.

На тибетских северных склонах растительность исключительно бедна. Лесов здесь нет. Только вдоль рек можно встретить редкую древесную растительность. Кустарники имеют большое распространение, но они низкорослы и однообразны. Трав немного.

Животный мир южной горной зоны Гималаев с высоты 2000 м богат и разнообразен, но расселен весьма неравномерно. В то же время он резко отличается от животного мира всей остальной территории Индии.

В горной зоне обитают некоторые виды обезьян — короткохвостая бенгальская, ассамская, лангур. Тигры редко попадают в горную зону. Довольно много здесь волков, медведей, лисиц, диких собак. Богато представлены и копытные — дикие бараны (тибетский архар, памирский уриал, бахрал и др.). Для этой зоны характерны козлы: азиатский козел-ибекс, синдский ибекс, маркхор (винторогий козел) и тар. Антилопы в Гималаях относятся к видам: горал (в лесах умеренной зоны), сирау (на лугах той же зоны), тибетская антилопа (в высокогорной зоне), четырехрогая антилопа (в предгорьях и в умеренной зоне). Встречается здесь и тибетская газель. В лесах умеренной зоны много оленей: кашмирский (или хангал), самбар (или джарау); как большая редкость встречается красный тибетский олень (исчезающий вид). Такое многообразие животного и растительного мира делает путешествие в Гималаях весьма интересным и увлекательным.

На северных, тибетских, склонах Гималаев, в долине и на нижних склонах встречаются дикие овцы, яки, горные зайцы, волки, лисы. Менее распространены некоторые виды козлов, антилоп и тибетская газель.

На северо-западе от Гималаев, отделенная долиной реки Инда, располагается другая горная система — Каракорум. Ее название означает “черная осыпь” или “черные горы”, что соответствует характеру хребтов этой системы — наличию обширных осыпей на нижних склонах и темному виду слагающих их горных пород — темных оттенков гранитов, гнейсов, кристаллических сланцев.

Хребет Каракорум в районе перевала Барогиль имеет среднюю высоту около 5000 м, продолжаясь на восток, повышается и вскоре меняет свое направление на юго-восточное. На этом его простирании от него отходят на север и юг отроги часто не менее мощные, чем Главный хребет.

Поднимаясь в массивах Канжут и Хиспар до высоты 7500 м и выше, хребет Каракорум достигает в своей центральной части наибольшей высоты. Здесь высится главная вершина всей горной системы — гигантский горный массив Чогори (8611 м), вторая по высоте вершина мира. Юго-восточнее и почти рядом с Чогори располагаются и остальные три восьмитысячника этой горной системы: Хидден-пик (8068 м), Броуд-пик (8047 м) и Гашербрум (8035 м).

В центральной части Каракорума поднимаются над Главным хребтом и его отрогами такие вершины, как Дастогиль (7884 м), Салторо-Кангри (7742 м), Машербрум (7821 м), и другие. Особенно выделяются изяществом форм вершины Мустаг-Тауэр (7273 м), пик Транго (7300 м) и другие.

Продолжаясь в том же направлении, лишь несколько отклоняясь к северу, хребет Каракорум уходит в центральную часть Тибетского нагорья. Там он разветвляется на ряд отрогов, сравнительно невысоко поднимающихся над уровнем Тибетского нагорья. Собственно, Каракорумом считается только та часть горной системы, которая располагается между 74—82° восточной долготы.

В северном выступе эта горная система соединяется с Памиром, с его меридиональным хребтом Сарыкол, а одним из своих северных отрогов, разделяющим верховья рек Раскемдарья и Каракеша, — с Сугетом, южным отрогом Куньлуня.

Из северных отрогов Каракорума наиболее мощным является хребет Агылтаг, расположенный в междуречье Раскемдарьи и Сипара. Он простирается на север и северо-запад почти на 200 км, не уступая по высоте в первой своей части Главному хребту. На северо-западе из района высочайших вершин, в междуречье Раскемдарьи и реки Мазар, отходит еще один высокий северный отрог системы, носящий название “Горы Чуне”.

Покоренные гиганты на сервере Скиталец
Схема Каракорума

Из многих южных отрогов Каракорума весьма значительны хребты Канжут и Хиспар, ответвляющиеся от Главного хребта там, где высятся одноименные вершины — Канжут (7760 м) и Хиспар (7468 м). Величественный отрог отходит от Главного хребта в районе восьмитысячников. Ответвляясь несколько восточное Хидден-пика и сразу же резко изменяя свое простирание на западное, он ограничивает с юга цирк ледника Балторо. В этом отроге располагаются вершины: Балторо-Кангри (7312 м), Чоголиза (7654 м), Машербрум (7821 м) и другие. Наиболее же мощный южный отрог — хребет Сасыр, отходящий от Главного хребта западнее перевала Каракорум (5575 м) в междуречье Нубры и Шайока. Наибольшей высоты он достигает в пике Сасыр (7672 м). В нем же расположены вершины Акташ (7540 м), Киагур (7520 м) и другие. Параллельно отрогу Сасыр, в том же юго-восточном направлении, отходит еще один отрог — Салторо. Он лишь немного уступает отрогу Сасыр по высоте — его главная вершина, пик Салторо, достигает высоты 7430 м. Между хребтами Сасыр и Салторо находится величайший ледник Каракорума — Сиачен (72 км), берущий начало на южных склонах вершины Терам-Кантри (7884 м) и подходящих к ней хребтов. Юго-западные и южные склоны и отроги хребта Каракорум спускаются в долины верхнего и среднего течения Инда и его основных правых притоков Шайока и Шигара, а северо-восточные и северные склоны его — в долины Раскемдарьи и ее .левых притоков. Следует заметить, что Каракорум еще сравнительно мало исследован, особенно в его северозападной части.

Горная система Каракорум имеет сложное геологическое строение — наряду со складчатой основой в отдельных ее массивах отмечается складчато-глыбовый характер. Начинается она на юго-западе гнейсами и гранитами, на северо-востоке горная система меняет свою геологическую структуру. Прочные породы все более уступают место темным сланцам и песчаникам, а еще далее на северо-восток начинают преобладать известняки и кристаллические сланцы. Расчлененность хребтов при коренных породах привела к образованию оригинальных по своим внешним формам и значительных по высоте вершин. Они представляются в виде высоких шпилей, башен, острых пиков.

Через хребты Каракорума ведет ряд перевалов, однако многие из них, особенно в центральной части, труднопроходимы из-за своей большой высоты и сложности пути. В западной части перевалов больше и они доступнее.

Наиболее популярным перевалом восточной части хребта Каракорум является перевал Каракорум. Несмотря на большую высоту (5575 м), он достаточно проходим.

Снеговая граница в этой огромной горной стране зависит от тех же условий, что и в Гималаях. На южных склонах она располагается в среднем на высоте 4700 м, а на северных поднимается до 5900 м. Причины этого аналогичны Гималаям — господствующие ветры, и в частности муссоны.

Оледенение Каракорума огромно, но еще мало изучено. Общая его площадь — 17,8 тыс. км2. Большая часть ледников находится на южных склонах хребта. Самый большой по площади — ледник Балторо, спускающийся с южных склонов района расположения восьмитысячников этой горной системы. При длине 66 км и ширине 2—4 км он имеет площадь 1227 км2 и заканчивается на высоте 3000 м, т. е. выше зоны лесов на 500 км. К наиболее протяженным ледникам южных склонов относятся ледники Сиачен (Зайчар-Кангри) длиной 72 км, Хиспар — 64 км, Гиафо — 60 км. Весьма значительны там также ледники Канкут, Нобанде-Собанде, Панмах, Чум-Хундан, Гумудюн, Акташ, Кондус, Салторо и ряд других.

Оледенение северных склонов Каракорума не так велико. Но и здесь некоторые ледники поражают своими размерами, например Бралду, Северный Канжут, Бобисилл, Кревассе, Сарпо-Лагго, Чогори северный, Агыл, Кафалунг. Общее число ныне известных ледников в Каракоруме превышает 500.

Большинство каракорумских ледников, особенно те из них, которые расположены на южных склонах, относятся к гималайскому типу с весьма ограниченным бассейном питания. Для них характерно наличие большого числа притоков, впадающих в основной ледник часто под прямым углом. Некоторые, впадая, не сразу сливаются с ледовой массой главного ледника. Они как бы наслаиваются на пего сверху. Вследствие же разных скоростей течения от впадающего ледника отрываются огромные глыбы льда, которые, оставаясь на поверхности главного потока, продолжают двигаться вместе с ним. Это делает подобные ледники труднопроходимыми.

Северные склоны хребта Каракорум и его северные отроги некруто спускаются в долины. В верхней зоне они совершенно обнажены. В средней полосе склонов, особенно по дну боковых долин, в зоне ледников изредка попадаются небольшие участки, поросшие травой и даже зарослями редких кустарников. В нижних частях долин главных притоков и в средних частях основных долин растительность становится богаче. Здесь отличные пастбища, обширные заросли кустарника и даже туграка (тополя). Встречаются тут дикие фруктовые деревья — яблони, груши, абрикосы. По дну долин растительный мир еще более разнообразен. Кое-где группы тополей подступают к самой реке. На склонах же отдельными зарослями произрастают терескен, хвойник, караган и харлык. Из трав распространены ромашка, полынь, одуванчик, астрагал, мытник, белоголовник, лук многолистный, песчанка и другие.

Животный мир в Каракоруме также весьма разнообразен. В верхних зонах распространены архары. Ниже нередко встречается антилопа карасульта и оронго. Есть медведи, волки, а в отдельных районах — рыси и барсуки. В юго-восточных частях горной системы распространены дикие овцы и яки, из птиц — бурый гриф, бородатый ягнятник, тибетский и гималайский ворон. Широко расселены улары (горная индейка) и кеклики (горная куропатка).

Климат северных предгорий и горных областей резко континентальный — жаркое лето и холодная зима. В связи с малым количеством осадков воздух здесь сухой. Характерны сильные ветры и пыльные бури. Весна в горах начинается поздно. Нередко до апреля лежит глубокий снег. Как правило, хорошая устойчивая погода устанавливается в августе — сентябре, а иногда удерживается до октября. Зима наступает в ноябре и характеризуется частыми снежными буранами. Здесь преобладают северные и северо-западные ветры.

Южные склоны Каракорума отличаются значительной протяженностью. В долинах главных рек пышная растительность. Низовья рек Гильгита, Шайока, Шигара и других больших притоков Инда, как и сама его долина, отличаются хорошим климатом и плодородием. Они достаточно заселены. Здесь много обрабатываемой земли. Не только в верхнем и среднем течении Инда, но даже в нижнем и па его основных притоках широко распространена древесная растительность: тополь, осина, ива, бузина, клен, чинара, ясень, каштан. Нередки здесь шелковица (тутовое дерево), дикие абрикосы, яблони, груши. В верхних частях долин преобладают жимолость, ломонос, боярышник, кизильник, барбарис, шиповник. Склоны ущелий богаты травяной растительностью.

Правобережье Инда, расположенное между рекой и наиболее высокой частью хребтов Каракорума, несколько беднее по растительности. Здесь расположена высоко приподнятая область, относящаяся к Малому Тибету, Но все же сходство ее по высоте и названию с Тибетом еще не говорит об их равнозначности по климатическим условиям. Растительность тут явно богаче. Климат мягче. Восточное города Лех по течению Инда находится область, называемая Ладаком. Она служит западной границей Тибетского нагорья (высота 2750—4300 м). Здесь уже не так холодно, как в Тибете. Осадков мало. Сухость воздуха большая. Поэтому снег, как правило, не тает, а испаряется.

Западнее Ладака, на южных склонах хребта Каракорум, а частично и в Ладаке произрастают абрикосы, тутовое дерево, яблони. В отдельных районах вызревает виноград, выращивают пшеницу, ячмень, лен, горох, гречиху, табак, люцерну, а в отдельных долинах — и просо, кукурузу, овощи.

Животный мир в этих областях богаче, чем на северных склонах. К тем же видам, что и на северных, добавляется значительное количество туров, диких овец и яков.

Население горных районов в соответствии с природными условиями занимается земледелием и животноводством.

Знакомьтесь, гиганты!

Гигантами может называться что-то весьма большое по размерам или значению. Это понятие выделяет из привычного, обыденного что-то резко отличное, впечатляющее.

На земном шаре в различных горных системах многие тысячи вершин. Все они по-своему величественны и интересны. Но среди них есть единицы, которые превышают по высоте 8 км. Это уже гиганты.

К настоящему времени достаточно широко известно, что горные вершины или массивы такой высоты располагаются только в двух горных системах мира — Гималаях и Каракоруме и их насчитывается всего 14. Однако при этом следует помнить, что далеко не все эти массивы имеют по одной-единственной вершине такой высоты. Многие из них имеют, по две и более вершин, расположенных на общем монументальном цоколе. Из 14 восьмитысячников 10 расположены в Гималаях, а четыре — в Каракоруме. Мы представляем их по высоте (от высшей к низшей), а не по районам расположения. Все эти гиганты отличаются друг от друга не только высотой. Каждому из них присущи свои отличительные черты, каждого окружают определенные хребты и вершины, с каждого стекают неповторимые по форме и характеру ледники, да и много других черт, четко определяющих индивидуальность гигантов.

Джомолунгма (Эверест). Правофланговым в строю гигантов, несомненно, стоит высочайшая вершина нашей планеты Джомолунгма (Эверест). Она поднимается в Главном Гималайском хребте на 8848 м. В южном продолжении Главного хребта расположен ближайший сосед гиганта — массив Лхоцзе. Еще далее на юго-восток высится восьмитысячник Макалу. На северо-западе в Главном хребте поднимается еще один гигант — вершина Чо-Ойю.

Джомолунгма представляется мощным массивом, на фоне которого теряются даже такие гиганты, как Чо-Ойю и Макалу, хотя они и уступают ей по высоте немногим более 300 м. В четырехкилометровой перемычке между Джомолунгмой и Чо-Ойю есть седлообразное понижение — Южное седло (7986 м). Большинство восхождений и попыток проводилось именно через Южное седло. На север от Джомолунгмы отходит отрог, называемый Лап-чьи. Примерно в 4 км от вершины он разветвляется: в западном, более коротком ответвлении высится вершина Чангцзе (7538 м), в восточном, еще несколько раз разветвляющемся, находится много вершин высотой около 7000 м. В западной части Главного хребта находится одна из красивейших вершин Гималаев — Пумори (7145 м).

Оледенение района Джомолунгмы достаточно большое. С северных склонов в сторону Тибетского нагорья спускается грандиозный, сильно разветвленный в своих верховьях ледник Ронгбук. На восток с Джомолунгмы спускается ледник Канчунг. На юго-запад от массива располагается обширный ледниковый цирк, известный под названием Западного цирка. Он является основным бассейном питания ледника Кхумбу.

Склоны Джомолунгмы обрываются на север и северо-запад крутыми стенами к верховьям ледника Ронгбук, а на восток, к верховьям ледника Канчунг, — крутой ступенчатой скальной стеной. На ступенях — мощные ледово-фирновые скопления, поэтому здесь часты ледовые обвалы. На юго-запад, к Западному цирку, склоны массива обрываются скалами средней крутизны 55°. На этих скалах много кулуаров, залитых льдом.

Наиболее доступными путями к вершине служат гребни: южный — с Южного седла, представляющий собой скальный гребень, заснеженный в верхней части, со средней крутизной 30 —35°; западный — скальный по характеру с крутизной на отдельных участках до 45° и северный — крутой вначале (от северного перевала), затем выполаживающийся. Путь восхождения здесь идет не по гребню, а по его западному скальному склону плитообразного строения, засыпанному на отдельных участках редкой осыпью и снегом.

Геологически массив Джомолунгмы сложен гранитами (в своем основании), гнейсами (в более высокой части) и известняками (в покровной части).

Высочайшей вершиной мира Джомолунгма стала считаться только с 1852 г. До этого по результатам топографической съемки 1823—1843 гг. она была нанесена на карты под названием “пик XV”, отражая этим номером порядок своей высоты среди других вершин Гималаев. Проведенные в 1845—1850 гг. геодезические работы в предгорьях с засечками на все видимые вершины позволили определить истинную высоту массива (тогда — 8882 м) и сделать заключение, что это высочайшая вершина Гималаев и мира. До этого высочайшей вершиной Гималаев считалась Дхаулагири.

Как высота, так и название высочайшей вершины устанавливались на протяжении долгих лет. Одно из местных названий вершины — Чомолунгма или Джомолунгма. Оно впервые появилось на картах, составленных французскими миссионерами-иезуитами и изданных в Париже в 1733 г. Такое название было распространено среди местных жителей — шерпов, бутия, тибетцев. Ряд знатоков Гималаев считают, что это название относится не только к вершине, но и ко всей части Гималаев, расположенной в верховьях ледников Ронгбук и Канчунг.

В переводе с тибетского Джомолунгма означает “мать богов земли” (“чомо”, “джомо” — богиня-мать или мать богов; “лунг” — страна, земля, область; “ма” — окончание женского рода).

Другим местным названием, как утверждают отдельные авторы, еще более древним, являлось Чомо-Канкар, что в переводе с тибетского означало “мать — царица снежной белизны”. Такое название привел известный знаток Гималаев Сарат Чандра Дас в подготовленном им к изданию в 1902 г. тибетском словаре.

С 1856 г. неожиданно для географов на топографических картах Гималаев у этого массива появилось название “Эверест”. Это случилось после того, как в результате геодезических съемок выяснилось, что это самая высокая вершина мира. Джордж Эверест, бывший ранее председателем геодезического комитета Индии, к этому времени покинул страну.

Надо заметить, что именно при его деятельности Джомолунгма была поставлена на 15-е место — пик XV. Вскоре развернулась острая дискуссия по вопросу о названии вершины. Однако она быстро прекратилась, в связи с тем что путешественник Г. Шлагинтвейт выдвинул версию, что вершины Эверест и Гауризанкар идентичны. Обосновал он это тем, что, наблюдая Гималаи из Непала и делая зарисовки панорамы гор со станции Каулия в сторону высочайшей вершины, он убедился, что эта вершина давно известна под названием Гауризанкар. Шлагинтвейт сделал вывод, что Эверест и Гауризанкар — одна и та же вершина, только по-разному называемая различными местными народами.

Наименование “Гауризанкар” быстро приобрело широкую популярность и появилось на картах, вводя в заблуждение широкий круг людей. С того времени на всех картах высочайшая вершина мира имела название “Эверест, или Гауризанкар”. Даже после 1903 г., когда специальной проверкой была установлена ошибочность такого названия, оно нескоро исчезло с географических карт. Лишь значительно позднее все встало на свое место. Вершина Гауризанкар осталась на месте, ранее определенном ей топографической службой (тогда она называлась пик XX и имела высоту 7144 м), а Эверест был узаконен как высочайшая вершина мира.

После этого дискуссия о названии вершины мира не возобновлялась, и на картах утвердилось название “Эверест”.

В отношении ее высоты также существовало немало различных данных - 8888, 8882, 8848, 8842 м. Сейчас чаще всего указывается высота 8848 м.

В наши дни на картах и в литературе распространены названия “Эверест”, “Джомолунгма”, “Чомолунгма”.

Чогори — вторая по высоте вершина мира (8611 м), расположенная в Центральной части хребта Каракорум, в резкой излучине этого хребта к северу.

Массив Чогори — могучее поднятие, прикрытое мощным снежным покровом. Лишь на крутых ребрах массива и его отрогах проступают темнеющие участки скал. На юг от Чогори отходят три основных отрога: юго-западный, южный и юго-восточный. Юго-восточный отрог, спускающийся к леднику Чогори южный, имеет ряд ответвлений. Одно из них получило название ребра Абруццкого. На север от массива отходит короткое и крутое ребро к леднику Чогори северный. Во всех других направлениях массив Чогори обрывается крутыми скально-ледовыми, часто заснеженными склонами, труднопроходимыми не только из-за своей крутизны, но также из-за частых лавин и ледовых обвалов.

В непосредственной близости к Чогори Главный хребет не имеет вершин, превышающих по высоте 8000 м. В западном простирании ближайшей вершиной является Пирамид-пик (7263 м), а в восточном — Скайанг-Кангри (7544 м). Лишь далее на юго-восток в нем располагаются остальные три восьмитысячника этой горной системы.

Оледенение Каракорума в районе Чогори весьма большое. На юг со склонов массива и соседних склонов хребта спускается крупный ледник Чогори южный. Он принимает в себя значительные притоки — ледники Савойя, Калкал, Броуд и другие. Ледник Чогори сам является притоком одного из величайших ледников Каракорума — Балторо. На север со склонов массива стекает ледник Чогори северный. С северо-западных склонов массива Чогори и соседних участков хребта стекает ледник Мустаг. Горные речки, начало которым дают ледники Чогори северный и Мустаг, впадают в реку Шексгам.

Главный хребет в районе Чогори и сам массив сложены гранито-гнейсами со слоями сланцев на большой глубине. На поверхность сланцы выходят лишь в отдельных местах склонов, но из-за мощного снежно-ледового покрова нельзя еще считать геологию Чогори окончательно установленной. Дальнейшие исследования, которых пока еще проводилось очень мало, могут внести значительные коррективы.

Наиболее возможные пути восхождений на Чогори — отроги массива с подходами к ним по ледникам Балторо, Чогори южный, Савойя. Не исключаются и пути с севера по леднику Чогори северный. Но к нашим дням они еще мало исследованы.

Чогори представляется особенно мощным массивом не только благодаря своим масштабам и высоте, но и потому, что вблизи него нет таких высоких вершин. Поэтому он, грандиозный и массивный, даже какой-то тяжеловесный, господствует над всем окружающим.

Названий у этой высочайшей вершины Каракорума и второй по высоте вершины мира весьма много. На одной из первых карт, составленной итальянскими топографами, он обозначался как К-2, т. е. Каракорумская вершина под номером два. Почему номер два, а не номер один, пока выяснить не удалось. Местные жители называют ее Чогори (от “чого” — большой; “ри” — гора). В Ладаке ее называют Дапсанг, вероятно по наименованию плато Дапсанг, откуда видны высочайшие горы Каракорума, в том числе и Чогори. На многих картах можно найти и название “Годуин Остен”, по имени английского полковника Г. Годуина Остена, руководителя первой английской топографической экспедиции в этом районе (1861 г.).

К настоящему времени широкую популярность получило местное название “Чогори”.

Высота Чогори, определенная топографами и неоднократно проверенная ими, не подвергалась сомнению и до сих пор считается равной 8611 м, уступая Джомолунгме менее 250 м. Геологи считают, что хребты Каракорума до сих пор поднимаются. Растет и Чогори. Но геологический рост весьма медленный и почти не сказывается на высоте этого массива.

Канченджанга. В Восточных Гималаях, в южном отроге Главного Гималайского хребта, высится громадный массив Канченджанга.

Если Джомолунгма и Чогори соседствуют с другими гигантами, то массив Канченджанга поднимается над Восточными Гималаями в гордом одиночестве. Он давно известен местным жителям, потому что не только из ближайших долин, но и из района города Дарджилинг он отлично виден. В ранние утренние часы, когда горные долины и менее высокие вершины еще прикрыты пеленой тумана, Канченджанга уже сверкает под лучами восходящего солнца.

Канченджанга — не единая монолитная вершина, как Джомолунгма и Чогори. На ее могучем цоколе поднимается ряд вершин, четыре из которых превышают по высоте 8000 м, другие же приближаются к такой высоте. Главная вершина массива имеет высоту 8585 м. Западная вершина Канченджанги поднимается до 8500 м. Южная вершина имеет отметку 8473 м. Между Главной вершиной и Южной располагается Средняя, или Центральная, вершина — 8420 м.

Некоторые исследователи включают в массив Канченджанга и вершину Кангбачен (7902 м), находящуюся в западном отроге. На севере от массива, почти примыкая к нему, в основном отроге поднимаются вершины 7775 и 7700 м. Кроме того, как в самом отроге Канченджанги, так и в его ответвлениях находится около 20 семитысячников, основные из которых: пик Жанну (7710 м), Тент-пик (7365 м), пик Туинс (7350 м), пик Талунг (7349 м), пик Рамтанг (7200 м) и другие. От Канченджанги на северо-запад и юго-восток отходят два отрога со многими высокими вершинами.

Массив Канченджанга — грандиозное поднятие, прикрытое мощным снежно-ледовым панцирем. Со склонов массива и подходящих к нему хребтов стекают крупные ледники: Канченджанга — на северо-запад; Ялунг — па юго-запад; Талунг — па юго-восток и Зему — на восток. Ледник Рамтанг начинается со склонов вершины Кангбачен, ледник Туинс — из района Северного седла Канченджанги.

Массив Канченджанга обрывается во все стороны крутыми склонами, в большей части лавиноопасными. Гребни и ребра массива острые, сильно изрезанные. Много труднопроходимых участков, особенно скальных и снежно-ледовых жандармов. На гребнях (южном и северном) много снежных карнизов. В этих же гребнях есть значительные понижения — Северное седло (6900 м) и седло Талунг (6685 м), но от них нет простых путей к вершинам.

Геологически Канченджанга сложена гнейсами, а на большей глубине — гранитами. В породах, складывающих массив, заметна слоистость. Это последовательно чередующиеся слои светлого зернистого гнейса, темного биотитового гнейса и роговообмапкового сланца. В общем, Канченджанга сложена твердыми породами. Этим и объясняется наличие резких форм рельефа ее гребней.

Пути подхода к массиву проходят по ледникам Канчепджанга, Зему, Ялунг и Талунг. Но непосредственные пути восхождений на вершины отсюда сложны и далеко не безопасны. В значительной мере восхождение на вершину зависит от величины и состояния снежного покрова и, конечно, погоды. А здесь, в наиболее близкой к морю (Бенгальский залив) части Гималаев, погода часто бывает неблагоприятной.

Среди высочайших вершин мира Канченджанга занимает третье место по высоте, но одно из первых мест по сложности восхождения. Это доказано историей попыток ее штурма.

В связи с тем, что массив Канченджанга известен давно, его название широко исследовалось и обсуждалось. При этом выдвигалось много различных толкований. К настоящему времени можно считать установленным, что оно имеет тибетское происхождение: канг — чен — дзо — нга (“канг” означает снег; “чен” — большой; “дзо”— хранилище, сокровищница; “нга” — пять). Следовательно, Канченджанга означает “пять сокровищниц (хранилищ) больших снегов”.

Высота Канченджанги, по разным источникам, колеблется от 8585 до 8557 м. Принята 8585 м.

Лхоцзе. Горный массив Лхоцзе расположен в Главном Гималайском хребте южнее Джомолунгмы, от высочайшей вершины его отделяет четырехкилометровая перемычка с расположенным в ней Южным седлом. Лхоцзе — горный массив с тремя основными вершинами: Главной — 8501 м, Средней — 8420 м и Восточной — 8400 м. В массиве Лхоцзе Главный хребет резко меняет свое направление на восточное. На запад отходит мощный отрог, ограничивающий Западный цирк с юго-запада. Главной вершиной отрога является Нупцзе (7879 м).

Несмотря на большую высоту и мощность, массив Лхоцзе не производит такого впечатления, как, например, расположенный юго-восточнее его восьмитысячник Макалу, который даже уступает ему несколько в высоте. Объясняется это тем, что с севера и северо-запада Лхоцзе заслонен могучим массивом Джомолунгма; а с юга он закрыт громадными отрогами. С востока же, где проходят основные пути через Гималаи па этом участке горной системы, он также не выделяется среди других, будучи загорожен массивом Макалу. Даже из Западного цирка он выглядит не очень-то величественно. К тому же внимание наблюдателя и здесь отвлекает монументальность Джомолунгмы и круто вздымающийся над Западным цирком Нупцзе. Лишь с северо-востока, с ледника Канчунг, или с юга, с ледника Лхоцзе, массив представляется во всем своем величии. На юго-запад, к Западному цирку, Лхоцзе спускается крутыми склонами, углубления которых забиты снегом и льдом. На северо-восток, к леднику Канчунг, склоны Лхоцзе, так же как и восточные склоны Джомолунгмы, имеют вид крутой ступенчатой стены, перерезанной широкими уступами, с которых нависают мощные ледово-снежные карнизы, почти постоянно обрушивающиеся снежными лавинами и ледовыми обвалами на ледник Канчунг. На юг, в сторону ледника Лхоцзе, массив обрывается крутыми скальными склонами, прорезанными оледенелыми кулуарами. Наиболее простой путь к вершине — северный гребень от Южного седла и северозападный склон, спускающийся в Западный цирк.

Оледенение массива обширное. На северо-западе располагается Западный цирк, на северо-востоке — ледник Канчунг, на юге с массива и прилегающих к нему участков Главного хребта спускаются ряд ледников, носящих общее наименование “Лхоцзе” (главный, восточный и западный).

Геологически массив Лхоцзе мало исследован. Предполагается, что он сложен гранито-гнейсами и кристаллическими сланцами, которые характерны и для Джомолунгмы.

К Лхоцзе пути ведут только с юга: из Непала — по леднику Кхумбу и Западному цирку, из долины Имджа по леднику Лхоцзе или из долины реки Арун по леднику Канчунг.

На название массива большое влияние оказал его знатный северный сосед — Джомолунгма. Лхоцзе в переводе с тибетского означает “южная гора” (“лхо” — юг; “тзе” — гора). Высота Лхоцзе — 8501 м — четвертый по высоте горный массив мира.

Макалу. Массив Макалу представляет грандиозное горное поднятие, резко возвышающееся над окружающими хребтами и вершинами. На мощном пьедестале Макалу поднимается двумя вершинами — Макалу главная (8470 м) и Макалу юго-восточная (8010 м). Некоторые исследователи называют еще среднюю вершину, располагающуюся между Главной и Юго-Восточной, определяя ее высоту равной 8000 м. Однако это лишь незначительное повышение на гребне перемычки между основными вершинами, и, видимо, считать его за самостоятельную вершину не закономерно. Уже давно и довольно упорно ряд исследователей и альпинистов считают вершину северо-западнее перевала Макалу (7410) (чаще называемого седлом Макалу) относящейся к массиву. Другие исследователи и местные жители называют ее пиком Канчунг (7660 м). Закономернее второе утверждение, т. е. эта вершина резко поднимается над ледником того же названия (Канчунг) и отстоит от Главной вершины более чем на два километра.

От массива Макалу отходят четыре отрога, три из которых — ребра самого массива — западное, юго-западное и восточное. И лишь северо-северо-восточный является действительно отрогом с расположенным в нем массивом Чомолонзо (7815 м). Остальные три ребра круто спускаются с массива: западное и юго-западное — к леднику Барун, а восточное — к леднику Макалу. Поднимающиеся в Главном хребте на северо-западе вершина Макалу II, а на юго-востоке — вершина 6480 м, в западном ребре вершина 6490 м и Чомолонзо (все значительно уступают Главной вершине по высоте) еще более подчеркивают массивность Макалу.

Наиболее доступный путь к Главной вершине -— с седла Макалу. Ребра массива круты и труднопроходимы, а склоны, кроме того, что они еще более круты, угрожают лавинами и ледовыми обвалами.

Оледенение района массива Макалу значительное. Вдоль его юго-западных склонов спускается ледник Барун. На север стекает крупный ледник Чомолонзо — приток ледника Канчунг. С восточных склонов в сторону реки Арун спускается обширный ледник Макалу.

Из-за совершенно недостаточной изученности не представляется возможным дать геологическую характеристику массива. По мнению отдельных исследователей, его основу составляют гранито-гнейсы. Но эти выводы обосновываются характером общего строения Гималаев и конкретными формами рельефа массива, а не исследованиями складывающих его пород.

Основными путями подхода к Макалу служат ущелье реки Арун, ущелье Барун или ледник Имджа, откуда через перевал Барун можно пройти в ущелье Имджа.

Массив Макалу входит в число пяти самых высоких горных массивов мира. Все эти массивы — Джомолунгма, Чогори, Канченджанга, Лхоцзе и Макалу весьма популярны среди исследователей и альпинистов. И хотя Макалу среди них наименьший, он не менее величественный и грандиозный, чем его соседи.

Происхождение названия массива до сих пор недостаточно выяснено. Например, П. Виттоз считает, что название Макалу произошло от слова Маха-Кала, одного из искаженных санскритских имен индийского бога Шивы. Это название может толковаться с санскрита как “великое время”. Наряду с этим в тибетской литературе Макалу переводится как “большой черный”. Такой перевод вполне применим, если иметь в виду верхнюю часть Макалу. Со всех направлений вершина выглядит темной, так как почти всегда освобождена от снежного покрова из-за большой крутизны склонов. Темные же скальные породы, резко контрастирующие с девственными снегами нижележащих склонов, выглядят как черные.

Г. Диренфурт в книге “К третьему полюсу” считает, что название “Макалу” произошло от тибетского наименования реки, вытекающей из ледника Канчунг. Река называется Кама или Камачу. Со временем, развивает свою мысль Диренфурт, с названием “Камалу” произошла трансформация, заключавшаяся в перестановке слогов. Это, по его мнению, и явилось исходным для названия Макалу. Но в то же время он замечает, что было бы правильнее называть этот массив Камалунгцзе, т. е. гора над долиной Кама.

Не пытаясь ставить под сомнение ни то, ни другое объяснение происхождения названия массива, мы не можем считать его окончательно установленным. И все же название “Большая черная гора” нам кажется вполне логичным. Объяснение же Диренфурта представляется довольно сложным.

Дхаулагири. Массив Дхаулагири открывает вторую, среднюю группу гигантов, высота которых превышает 8100 м, — Дхаулагири, Чо-Ойю, Манаслу и Нангапарбат.

Массив Дхаулагири расположен в южном отроге Главного Гималайского хребта западнее его прорыва рекой Кали-Гандак, в междуречье Маянгди и Кали-Гандак.

Дхаулагири — шестая по высоте вершина мира. В том же отроге на север от Дхаулагири расположена вершина Тукуча (6915 м), а в южном продолжении этого отрога — вершина Манапати (6500 м). От массива Дхаулагири на юг и юго-восток отходят два протяженных отрога, а на запад — короткое и крутое ребро.

Дхаулагири поднимается над глубоко врезанной долиной реки Кали-Гандак монументальным гигантом, обрывающимся крутыми стеноподобными скальными склонами во всех направлениях, кроме северного, по которому к ней подходит гребень южного отрога Главного хребта. Лишь в самой верхней части, словно крутая кровля над грандиозным сооружением, высится крышеобразная вершинная часть, покрытая мощным снежно-ледовым покровом. На юго-восточных и восточных склонах массива есть еще отдельные круто спадающие висячие ледники, южные же склоны представляют собой почти отвесные скальные стены с отдельными пятнами снега в их углублениях и редкие оледенелые кулуары. На запад массив спускается крутыми снежно-ледовыми склонами к леднику Дхаулагири.

Господствуя над ущельем реки Кали-Гандак, по которому проходит путь через Гималаи, Дхаулагири давно известна местным жителям да и путешественникам. Имея большую относительную высоту над долиной реки и резко поднимаясь над ней, Дхаулагири на протяжении многих веков считалась высочайшей вершиной Гималаев, пока Джомолунгма не развенчала ее в этом звании.

Вершина Дхаулагири сложена из известняков, покоящихся на кристаллическом основании, — такую характеристику ее геологического строения давали отдельные геологи. Однако следует заметить, что из-за слабой изученности этого массива приведенная характеристика нуждается в уточнении.

С северо-запада, словно прикрывая Дхаулагири от холодного дыхания севера, в Главном хребте поднимается ряд вершин, различающихся порядковыми номерами: Дхаулагири II (7750 м), Дхаулагири III (7703 м), Дхаулагири IV (7584 м), Дхаулагири V (7640 м) и другие. На востоке, отделенный долиной реки Кали-Гандак располагается южный отрог Главного хребта с мощным массивом Аинапурна.

Оледенение района Дхаулагири, по гималайским масштабам, сравнительно небольшое. С восточных склонов массива спускаются несколько небольших висячих ледников, а на северо-западе, между отрогом, в котором расположен массив, и Главным хребтом, лежит обширный ледниковый цирк, питающий ледник Дхаулагири (нередко называемый ледником Майянгди, по реке, которая вытекает из него).

Пути подхода к подножию массива проходят по долине реки Кали-Гандак с выходом через перевал Тукуча в северо-западный цирк или по ущелью реки Майянгди и леднику Дхаулагири. Последний путь весьма сложный. На нем приходится преодолевать густо заросшие лесами и кустарниками склоны долины реки и обходить ряд теснин по сложным скалам.

Наиболее доступным путем восхождения на вершину может быть северный гребень с выходом на него с ледника Дхаулагири.

Наименование массива отражает внешний вид этого гиганта. В переводе с санскритского “дхавала” или “давала” означает белый, а слово “гири” — гора. Следовательно, Дхаулагири — “белая гора”.

Чо-Ойю. Массив Чо-Ойю располагается на том участке Главного Гималайского хребта, где он, простираясь от Джомолунгмы на северо-запад, делает мощную излучину на север. Здесь над перевалом Нангпала и высится седьмая по высоте горная вершина мира. Здесь же, на отрезке Главного хребта между перевалами Нупла и Нангпала поднимаются вершины Къянчунг-Канг (7922 м) и Нгоджамба (7840 м), а также ряд других вершин.

По своему внешнему виду Чо-Ойю — могучее скальное образование с обширным снежно-ледовым куполом. В связи с тем, что рядом с ним находятся вершины почти восьмитысячной высоты, массив не выглядит особенно грозным.

От Чо-Ойю отходят два протяженных отрога на юг и юго-восток, а также короткий отрог на северо-запад, разделяющий ледники Кветрак и Палунг. В этом отроге в непосредственной близости от Чо-Ойю высится красивый пик Палунг (6888 м).

Вершина Чо-Ойю и прилегающие к ней участки Главного хребта и отроги сложены преимущественно гранитами и гнейсами, прикрытыми известняками, схожими по характеру с теми, которые присущи Джомолунгме и Лхоцзе.

На юг, юго-запад и север массив Чо-Ойю спускается довольно крутыми, часто заснеженными, а поэтому и лавиноопасными склонами. Сама вершинная часть представляет столообразное поднятие.

Наиболее доступным путем к вершине, как считают многие альпинисты, может служить путь с выходом на отрог Палунг и по нему до вершины.

Массив Чо-Ойю давно известен местным жителям. Но до сих пор в наименовании вершины остается много неясностей. На топографических картах Индии эта вершина обозначалась то отметкой Т45, то отметкой М1. Тибетское название — Чо-Ойю. Однако его значение до сих пор расшифровано не полностью. Руководитель австрийской экспедиции на эту вершину в 1954 г. Герберт Тихий (Тиши) считает, что оно является разговорной формой от “чомо-ию” или от “чо-и-у”. Если первые части этого названия — “чомо” “чо” — достаточно известны по значению и встречаются в названиях “Чомолунгма”, “Чомолонзо” и других, то выражение “Ойю” пока еще не уточнено по своему значению. Из упомянутых выше названий “чомо-йю” и “чо-и-у” первое означает “богиня бирюзы”, а второе — “голова бога”. Однако обоснования или, вернее, объяснения этих названий и логических связей их с гигантом Чо-Ойю до сих пор не установлено.

Манаслу. В междуречье Бури-Гандаки и Марсенгди далеко на юг от Главного Гималайского хребта отходит громадный отрог с рядом вершин. Имея сравнительно небольшую, по гималайским понятиям, высоту в месте ответвления (около 7000 м) — в районе вершины Химлунг-гимал (7127 м), этот отрог по мере простирания на юг значительно повышается и достигает максимума — 8128 м — в вершине Манаслу. В том же отроге с севера и с юга, точно стражи, высятся вершины пик Северный (7154 м) и Хималчули (7864 м). Два восточных отрога массива Манаслу разделяют три ледниковых бассейна — северный, откуда вытекает ледник Ларкия, средний, из которого берет начало ледник Манаслу, северный и юго-восточный, сливающиеся в ледник Манаслу. Вытекающие из этих ледников горные потоки впадают в реку Бури-Гандаки. С юго-западных склонов Манаслу стекает сравнительно небольшой ледник Хималчули, горный поток из которого впадает в реку Марсенгди.

Поднимаясь над гребнем южного отрога до таких больших высот, массив Манаслу и его спутники пик Северный и Хималчули величественно высятся над южными предгорьями Гималаев, поражая обильной заснеженностью своих вершин. Во все стороны, кроме северной, Манаслу обрывается крутыми склонами. На высоте 7800—7900 м расположено предвершинное плато, над которым и поднимается вершина Манаслу.

Геологически массив Манаслу сложен из светлых гранитов и темных известняков. Контакт этих пород ярко выражен в строении самой вершинной башни.

Пути подхода к Манаслу проходят с юга по ущельям рек Бури-Гандаки и Марсенгди. Из наиболее доступных путей к вершине, вероятно, являются северные с ледников Ларкия и Манаслу на предвершинное плато. Не исключены возможности подъема и с других направлений, хотя они более сложны.

Среди гигантов Манаслу занимает восьмое место. В отдельных литературных источниках указывается высота этой вершины 8126 м, т. е. такая же, как и у Нангапарбата. Но даже и при равенстве высот Манаслу стоит в списке раньше хотя бы по алфавиту.

С наименованием Манаслу еще много неясного. Жители близко расположенного к ней селения Сама называют ее Камбунг или Камбунге. На топографических картах Индии она обозначена как пик XXX.

Название “Манаслу”, по-видимому, индийского происхождения (“манаса” на санскритском языке означает душа). В литературе иногда встречается объяснение этого названия как “гора печали”, но при этом не указывается, на каком языке это слово имеет такое значение.

Нангапарбат. Горный массив с таким названием расположен в северо-западном окончании Гималаев, именно там, где этот хребет упирается в крутую излучину Инда. Вершина Нангапарбат — высочайшая точка Западных Гималаев. Поднимается она огромным массивом, окруженным, особенно с севера, целым рядом вершин, превышающих 7000 м. На севере в разветвленных от предвершины (7910 м) отрогах располагаются вершины: Северная I (7816 м), Северная II (7785 м), Северная III (7537 м), а также вершины над “Серебряным седлом” — Южный зуб (7530 м) и Северный зуб (7597 м); в северо-восточном отроге — пик Ракхиот (7070 м). В юго-западном гребне ближайшие соседи массива — пики Рупал (7260 м) и Мацено (6940 м).

Массив Нангапарбат, включая и предвершину, обрывается во все стороны крутыми склонами. Наиболее круты южные и восточные склоны. Все они, хотя и в различной степени, прикрыты мощным снежно-ледовым панцирем, особенно северные и западные склоны. Даже южные, весьма крутые склоны обильно заснежены и прорезаны довольно частыми обледенелыми кулуарами.

Особенно величественна южная стена массива. Некоторые исследователи считают, что эта стена Нангапарбат — высочайшая в горах мира. Она поднимается от долины Рупала (3580 м) па 4445 м, имеет среднюю крутизну около 40°. На последних 2000 м по высоте средняя крутизна доходит до 51°. В связи с большой заснеженностыо склонов они лавиноопасны.

Массив Нангапарбат сложен гнейсами с входящими в их толщу кристаллическими сланцами. По периферии массива выявлены отчетливые признаки сравнительно молодых горообразовательных процессов.

Оледенение Нангапарбат, а также соседних с ним участков хребтов и отрогов обширное. На северо-восток стекает громадный ледник Ракхиот, на северо-запад — ледник Диамир, на восток — ледник Бацин и на юг — ледник Рупал. Первые три из них отличаются мощными бассейнами питания. Горные потоки, вытекающие из этих ледников, относятся к бассейну Инда.

Пути подхода к подножию массива Нангапарбат проходят по ледникам Ракхиот, Диамир и Рупал. Возможные пути восхождений на главную вершину массива весьма ограниченны из-за крутизны склонов и связанной с этим лавиноопасностью. Наиболее доступным следует считать путь с ледника Ракхиот по склонам одноименного пика и далее по северо-западному ребру, через “Серебряное седло” к предвершине и затем через Бацинскую впадину к вершине. С северо-запада возможны пути по леднику Диамир. Однако там основной трудностью являются лавины. Прохождение южных стен требует четкой организации, высокого спортивного мастерства и предельно отработанной тактики штурма. К тому же восхождения здесь могут быть серьезно осложнены погодой, которая порой ухудшается на длительное время.

Высота главной вершины массива Нангапарбат в настоящее время установлена в 8126 м. Ранее она имела отметку на картах 8114 м. Несмотря на то что массив Нангапарбат занимает лишь девятое место по высоте среди гигантов мира, он известен издавна. Это связано с тем, что массив отлично виден из долины Инда и смежных территорий, населенных с древних времен.

Есть у массива и другое название — “Диамир” (точнее — “Дийямир”), что означает в переводе с языка хинди “Властелин гор” (от “дийя” — царь, король, властелин; “мир” — гора). Название это логично, так как Нангапарбат на всем участке Западных Гималаев является господствующей вершиной. С ней связано много легенд и преданий, сложенных местными жителями. Однако это название не получило достаточной популярности и за массивом осталось наименование “Нангапарбат”.

Аннапурна. Массив Аннапурна открывает третью группу гигантов наиболее низких (высоты с 8000 до 8100 м). В нее кроме Аннапурны входят Хидден-пик, Броуд-пик, Гашербрум и Шиша Пангма.

Массив Аннапурна расположен в южном отроге Главного Гималайского хребта, в междуречье Кали-Гандак и Марсенгди. Отрог этот широко разветвлен. В юго-западном его ответвлении, в междуречье Кали-Гандак и Миристи, находится достаточно мощный массив Иильгири. В следующем, тоже юго-западном ответвлении, в междуречье Миристи и Моди-Кхола, высится массив Аннапурна. В дальнейшем продолжении южного отрога, снова разветвляющегося на южное и юго-восточное направление, также много вершин. Наибольшая из них — Аннапурна II (7937 м).

Массив Аннапурна высится над предгорьями и долиной реки Кали-Гандак сильно заснеженной громадой.

Над гребнем отрога массив Аннапурна поднимается тремя вершинами: Главной — 8078 м, Средней, — 8010 м и Восточной (вернее, Северо-Восточной) — 8000 м. В восточном ответвлении южного отрога высятся еще ряд вершин, имеющих название “Аннапурна”: Аннапурна II (7937 м), Аннапурна III (7577 м) и Аннапурна IV (7524 м), но они уже не входят в массив Аннапурна. Свое наименование они получили от географов и альпинистов только за свое соседство с гигантом.

На северо-запад, к леднику Аннапурна, массив спускается относительно некрутыми снежными склонами, однако не безопасными от лавин. На юго-восток массив обрывается крутыми стеноподобными склонами к леднику Аниапурна южный, дающему начало реке Моди-Кхола, притоку Кали-Гандак.

Оледенение массива и соседних с ним участков южного отрога достаточно внушительное. С него стекают ледники: Аннапурпа — на северо-запад; Аннапурна южный — на юго-восток и Аннапурна северный — на северо-восток.

К подножию Аннапурны ведут пути через Непал с юга по ущелью Кали-Гандак (южные подходы) и ущелью Марсенгди (северные подходы). Наиболее доступный путь к вершинам по леднику Аннапурна из ущелья реки Миристи. Возможны пути и с ледника Аннапурна северный из ущелья Марсенгди. Южные склоны массива весьма сложны для прохождений, требуют длительной подготовки и четкой организации штурма.

Геологически массив Аннапурна сложен из гранитов и гнейсов. Для южных склонов характерны камнепады.

С юга, из долин Непала, массив Аннапурна представляет могучее поднятие.

Местные жители дали немало названий этому горному массиву. Кали (черная, страшная): в сухие, малоснежные годы южная стена массива освобождается от снега и выглядит черной. Называют ее и Дурга (недоступная) или Парвати (дочь гор). Все же самым популярным названием является Аннапурна (анна — пища; пурна — исполненная, дающая). В переводе с санскрита означает — “Богиня, дарующая пищу”. М. Эрцог дает это название в переводе — “Богиня, покровительствующая урожаю”. При муссонных ветрах влажные массы воздуха подходят к Гималаям и отдают влагу южным склонам. После того как небо очистится от туч, проливших обильные дожди, Аннапурна открывается побелевшая от выпавшего снега, сверкающая и как бы говорящая — вот я принесла вам дождь, а с ним и урожай.

Хидден-пик. На юго-восточном простирании хребта Каракорум поднимается мощная и острая вершина — Хидден-пик (8068 м), на северо-западе от нее высится вершина 7772, замыкающая массив Гашербрум, а на юго-западе — вершина 7784 м, которую одни исследователи и альпинисты называют предвершиной Хидден-пика, а другие его плечом. От нее на юго-запад отходит довольно мощный отрог с вершинами 7504 м и 7069 м. От Хидден-пика к леднику Гашербрум южный спускается крутое ребро. На северо-восток, к леднику Сган, также спускается ребро, но более короткое.

К юго-восточному гребню Главного хребта, находящемуся рядом с предвершиной Хидден-пика, поднимается довольно крутое ребро. В точке соединения его с Главным хребтом расположен пик Урдок I (7128 м). В этом же ребре, в его нижней части находится пик 6708 м.

Склоны Хидден-пика крутые, а на отдельных участках и лавиноопасны. Возможные пути к вершине: с седловины, расположенной севернее вершины, но гребень Главного хребта соединяющий ее с вершиной, очень крутой и на протяжении двух километров имеет перепад высот почти в 1600 м (от 6500 до 8068 м). Другой путь — по ребру пика Урдок I с выходом на хребет Каракорум, в обход гребня по высоко расположенному плато с северо-восточной части хребта. Видимо, проходимы пути и по отрогу предвершины и самого Хидден-пика. Однако они очень сложны.

Массив Хидден-пик сложен круто залегающими складками известняков серого цвета с прожилками из изверженных пород (базальты).

Со склонов Хидден-пика на юго-запад стекает ряд небольших ледников, служащих притоками ледника Южный Гашербрум, который в свою очередь впадает в ледник Абруццкого, представляющий собой верхнее течение ледника Балторо. На северо-восток с массива и примыкающих к нему участков Главного хребта стекают ледники Сган и Урдок.

Официальное название данной вершины — Гашербрум I. Однако не все согласны с этим. Так, Г. Диренфурт считает это название неясным по значению и близким к названию соседней вершины — Машербрум.

Учитывая, что вершина Хидден-пика отделена от массива Гашербрум глубокой седловиной в Главном хребте, можно считать его самостоятельной вершиной.

Название “Хидден-пик” дано одним из первых исследователей Каракорума, У. М. Конвеем. Основанием для такого названия послужило одно обстоятельство. Из верховьев ледника Балторо, откуда подходят пути к этому участку хребта Каракорум и откуда смотрел Конвей, эта вершина не видна, так как закрыта мощными отрогами. В связи с этим Конвей и назвал ее Хидден-пиком, что в переводе с английского означает “скрытый пик”. К сожалению, до сих пор местного названия этого массива не установлено. Но оно уже вошло в литературу. Видимо, не стоит его оспаривать. Только необходимо считать Хидден-пик самостоятельным массивом, не связывая его с массивом Гашербрум.

Броуд-пик (Броад-пик). На юго-востоке от Чогори после крутого изгиба на север хребта Каракорум в его гребне поднимается широкий трехвершинный горный массив Броуд-пик. Этот массив ограничен с севера глубоко врезанной седловиной (седло В. Селла). С юга, от массива Гашербрум, его также отделяет глубокая седловина (седло Броуд). В наиболее высокой части этого отрезка хребта располагаются следующие (с севера на юг) вершины: вершина 6934 м над седлом В. Селла; вершина 7700 м в том месте хребта, где от него отходит первый западный отрог; Северная вершина Броуд-пика (8000 м), от которой отходят второй западный и первый юго-западный отроги; предвершина (8030 м) — от нее отходит второй юго-западный отрог; Главная вершина (8047 м), от которой отходят два отрога в юго-западном направлении и короткий отрог в северо-восточном направлении; вершина 7721. Западные и юго-западные отроги (их часто называют ребрами за сравнительно небольшое простирание) спускаются к ледникам Чогори южный и Броуд-пик, а северо-восточный — к леднику Гашербрум северный. Следует заметить, что предвершина Броуд-пика, вправе называться вершиной, так как между ней и Главной вершиной есть резкое понижение гребня.

Пути подхода к этому массиву, так же как и ко всем гигантам Каракорума, идут по леднику Балторо. Основными путями на Главную вершину являются юго-западные склоны этой вершины. Вершины можно достичь и с седла В. Селла. Южный гребень седла Броуд, а также северо-восточные склоны весьма сложны для прохождения.

Геологическое строение массива Броуд-пика еще недостаточно изучено. Считается, что основное тело массива сложено известняками, преимущественно кристаллизированными, с включением изверженных пород. Верхние же части, особенно северных вершин, сложены гнейсами. Южный гребень предположительно сложен молодыми известняками, характерными для всего массива Гашербрум.

Местного названия этого массива до сих пор не установлено. Существующее наименование дано в 1893 г. У. М. Конвеем за внешний вид массива — пик Широкий (в переводе с английского broad — широкий).

Гашербрум. Там же, в хребте Каракорум, при простирании на юго-восток от Броуд-пика располагается многовершинный массив Гашербрум. В отрезке хребта Каракорум, от седла Броуд до седловины между вершиной 7772 м и Хидден-пиком, находится четыре основных вершины: 7980 м, 7952 м, 8035 м и 7772 м. Кроме того, в огромном южном отроге от вершины 7980 м поднимаются еще две вершины — 7321 м и 7190 м. Все эти вершины носят одно и то же название — “Гашербрум”. Различаются они лишь по индексам. Гребень массива Гашербрум сильно изрезан, и его вершины отделены друг от друга глубокими перемычками. Южные склоны массива крутые и заснеженные, а потому и лавиноопасные. С его склонов спускаются ледники Гашербрум западный и Гашербрум южный, разделенные громадным южным отрогом. На север, в бассейн Шексгама, стекает ледник Гашербрум северный.

Массив Гашербрум сложен известняками различного возраста. Эти породы преимущественно серого и черного цвета. На склонах хребта и вершин отчетливо видны границы между ними.

Наиболее возможными путями к вершинам Гашербрума являются южные отроги и ребра, особенно южный отрог от вершины 7980 м, а также седловина (6500 м), соединяющая верховья ледников Гашербрум южный и Сган. Путь к подножию вершин массива, как и для всех вершин района, проходит по леднику Балторо. Северные склоны массива мало изучены, и по ним трудно указать пути восхождения. Следует, однако, заметить, что подходы к подножию вершин массива с той стороны весьма протяженны.

О названиях массива и его вершин существуют различные мнения. Непосредственно название Гашербрум связано с вершиной 7980 м. В переводе с языка балти оно означает “блестящая стена” и объясняется тем, что при солнечном освещении заснеженная западная стена этой вершины, обращенная в сторону ледника Балторо, действительно блестит и искрится.

Вероятно, для решения вопроса о названиях вершин массива Гашербрум лучше было бы отказаться от индексов, а называть его вершины так: 8035 м — Главная; 7772 м — Восточная; 7980 м — Западная и 7952 м — Средняя.

Шиша Пангма (Госаинтан). В Главном Гималайском хребте на север отходит высокий отрог. Его часто называют Лантранг-Гимал. Высшая точка этого отрога — самый маленький гигант гор Шиша Пангма (8013 м). На топографических картах Индии эта вершина имела обозначение “пик XXIII”.

Шиша Пангма расположена вдали от остальных гигантов гор и величественно поднимается над окружающими шеститысячниками и семитысячниками заснеженным гигантом с относительно некрутыми склонами, прикрытыми мощным снежным покровом. Лишь отдельные участки ее поверхности выделяются темными пятнами скал.

С юго-восточных склонов массива, а также участка хребта, соединяющего Шиша Пангму с семитысячником Поронгри (7284 м) и расположенным еще на 3 км восточное этой вершины пиком Лангтангри (7239 м), стекает ледник Ниананг. На юго-восток со склонов Шиша Пангмы берет начало ледник Епонкангала с интересным моренным озером (длина 2000 м) у его языка. Вследствие активного процесса абляции поверхности ледников северных склонов покрыты “дремучим лесом” кальгоспоров, достигающих в отдельных случаях высоты 30 м. Снеговая линия на массиве Шиша Пангма находится на высоте 6000 м.

Геологи определили, что массив сложен из метаморфированных известняков. Одновременно с поднятием этого массива в конце третичного периода у северного подножия отложился 1000-метровый пласт конгломерата и песчаника. Геологи считают, что есть основание предполагать, что за полтора миллиона лет, прошедших с позднего неогена, склон Шиша Пангмы поднялся более чем на 3000 м.

Пути подхода к массиву Шиша Пангма возможны как с юга из Непала, так и с севера из Тибета. К самой вершине, очевидно, наиболее доступный путь с ледника Епонкангала через предвершину. Возможен путь и по леднику Ниананг.

Как уже было сказано выше, этот массив имеет двойное название. На санскритском языке он именуется Госаинтан, что в переводе примерно означает “святое место”. Это связано с тем, что недалеко в районе есть священное озеро Госаинтанкунд, расположенное на высоте более 4500 м, и к этому озеру часто приходят паломники. Другое название массива тибетское — Шиша Пангма (“шиша — пока не уточнено, а “панг” означает луг, пастбище). Шиша Пангма в примерном переводе с тибетского — “гора, под которой хорошие пастбища”.

Итак, гиганты представлены. Их четырнадцать. Из десяти гималайских пять высятся в Главном Гималайском хребте (Джомолунгма, Лхоцзе, Макалу, Чо-Ойю и Нангапарбат) и пять — в его отрогах (Канченджанга, Дхаулагири, Манаслу, Аннапурна — в южных и Шиша Пангма — в северном. Все четыре каракорумских гиганта располагаются в Главном хребте.

Следует иметь в виду, что ряд восьмитысячников имеет по нескольку вершин. Выше показано, что в массиве Канченджанги их четыре, на Макалу — две, Лхоцзе — три, Аннапурне — три и у Броуд-пика — две. Поэтому восьмитысячников в Гималаях и Каракоруме строго говоря не 14, а 23. Если же будет уточнено, что средняя вершина Макалу достигает 8000 м, а предвершина Броуд-пика получит статус вершины (чего она, несомненно, заслуживает), то количество гигантов увеличивается до 25. Из них в Гималаях — 19, в Каракоруме — 6.

Дополнительные гиганты, несомненно, привлекут восходителей. Это уже подтверждено покорением одного из них (Восточная вершина Лхоцзе). Восхождения на них будут способствовать дальнейшему развитию высотного альпинизма.

Первые робкие встречи

Еще с древних времен существовали торговые и паломнические пути через Гималаи и Каракорум. Пути эти проходили через весьма высокие перевалы: в Гималаях — через Зоджила, Шипки, Нангпала и Тангла; в Каракоруме — через Барогиль, Киллик, Хунджур-об, Упранг, Шимшал, Старый и Новый Мустаг. Наибольшей известностью у населения высокогорных районов пользовался перевал Каракорум, связывающий верховья Инда с верховьями Тарима.

С проникновением европейцев на территорию Индостана ширилась известность как этих горных территорий, так и населяющих их народов. Начиная с XVII в. захватившие Индию англичане все глубже проникают на се территорию, доходят до предгорий, а затем и самих гор. Представление об этом дает даже самое краткое перечисление отдельных путешествий того времени через величественные хребты Гималаи и Каракорум.

Еще в 1624 г. Антонио де Андреде проник в верховья Ганга и затем пересек Гималаи. В 1626 г. Ж. Кабрал и Э. Каселла перешли через Бутан с севера в Индию, а затем через Непал — обратно в Тибет. В 1632 г. Ф. Асеведо прошел через Лех на север и вернулся через Ротангский проход. В 1662 г. И. Грюбер и А. д'Орвиль прошли из Лхассы в Агру, в 1705 г. И. Дизедери — из Агры через Лахор и Пир-Панджал в Сринагар, а оттуда в Лех. Были и другие путешествия. Все они в известной мере вносили уточнения в сведения о расположении ущелий, перевалов, хребтов и вершин. Начиналось изучение гор топографами.

В 1779 г. был издан так называемый Бенгальский атлас — первое обобщенное, но далеко не полное и не точное описание Гималаев.

В 1802 г. англичане начали первую общую тригонометрическую съемку Индии, в том числе и ее горной части. Первый этап этой съемки закончился в 1823 г. в связи с внезапной смертью ее руководителя Лемптона. Возобновились съемки в 1830 г. с назначением Д. Эвереста председателем геодезического комитета Индии. К 1845— 1850 гг. основные работы по съемкам были закончены, но они еще длительное время продолжались в отдельных районах, особенно горных. Проведенные съемки охватывали только южные склоны Гималаев.

Трудности, встреченные топографами при этих съемках, были огромны. На их пути вставали непроходимые ущелья, горные реки, хребты. Все это, несомненно, влияло и на точность определения высот, расположения ущелий и хребтов. Возможно, что в связи с этим при первых измерениях Джомолунгма оказалась лишь на пятнадцатом месте (пик XV). Немало неточностей, порой весьма серьезных, было допущено и по другим вершинам и хребтам. Исправление ошибок продолжается и теперь. К 1913 г. считалось, что съемки Гималаев закончены. По результатам этих съемок, наиболее изученными оказались лишь отдельные участки Гималаев.

Несмотря на большую высоту и суровость, Каракорум известен давно. Еще Геродот упоминал об этой горной системе. Оставили некоторые сведения и путешественники первых веков нашей эры. Первыми европейцами, посетившими Каракорум, были Р. Муркрофт (1821 г.), А. Вигни (1835 г.), К. Стречи (1848 г.) и другие. В 1861 г. англичанами проводилась большая экспедиция в центральную часть Каракорума во главе с полковником Г. Годуином Остеном с целью исследования северных склонов. В последующее время англичане продолжали исследовать эту горную систему.

Во второй половине XIX в. здесь путешествовали от Леха до Керии А. Кери и А. Даглиш. В 1896—1899 гг. по Каракоруму путешествовал М. Белл.

Из русских исследователей, путешествовавших в Каракоруме, следует назвать Б. Громбчевского (1890 г.) и В. Новицкого, прошедшего большой путь из Индии в Фергану через перевал Каракорум (1898 г.).

На основании всех материалов путешествий и работы топографов была составлена карта Каракорума, довольно точно отражающая центральную и западную части этой горной системы.

Начало альпинистских исследований. Проникновение альпинистов в Гималаи и Каракорум началось с 1818 г. Тогда было совершено первое из известных восхождений в Гималаях на вершину, имеющую весьма скромную для них высоту (5912 м). Затем попытки восхождений учащаются. Так, во время топографических съемок было покорено 37 вершин, превышающих 6000 м. Вскоре объектами штурма становятся и семитысячники. Еще во второй половине XIX в. предпринимались попытки совершить восхождение на Кабру (7316 м), на Балторо-Кангри (7312 м), У. М. Конвея, на Аби-Гамин (7355 м) Р. Шлагинтвейта и Р. Покока.

В 1903 г. У. Г. Уоркман с альпийскими проводниками отцом и сыном Петигакс предпринимал попытку восхождения на каракорумский пик Пирамид (7465 м); они достигли высоты 7130 м. В 1905 г. известный английский альпинист Т. Лонгстафф с проводниками братьями А. и Э. Брохерель стремился покорить гималайскую вершину Гурла-Мандхата (7728 м) в хребте Ладак, но вынужден был вернуться с высоты 7250 м. В 1909 г. Луиджи Абруццкий с проводниками Д. Петигакс и А. и Э. Брохерель при попытке восхождения на вершину Скайанг-Кангри (7544 м) в Каракоруме достигли только 6600 м, но при последующей попытке восхождения на вершину Чоголиза (7654 м) поднялись уже до 7500 м.

И все же, несмотря на ряд неудач, время “падения” семитысячников наступило. В 1907 г. участники английской экспедиции совершили восхождение на вершину Трисул (7120 м) в Гималаях. Первыми победителями вершины такой высоты стали английский альпинист Т. Лонгстафф, альпийские проводники братья А. и Э. Брохерель и местный проводник Карбир. Они достигли вершины 12 июня 1907 г.

В последующее время покорение семитысячников учащается. В числе десяти первых из них были: Трисул (7120 м), Гималаи, 1907 г.; Паухунри (7128), Гималаи, 1911 г.; Кун (Мер) — 7077 м, Гималаи, 1913 г.; пик Ленина (7134 м), Памир, 1928 г.; пик Непал (7145 м), Гималаи, 1930 г.; пик Джонсанг (7470 м), Гималаи, 1930 г.; пик Камет (7755 м), Гималаи, 1931 г.; пик Ракхиот (7070 м), Гималаи, 1932 г.; Минья-Гонкар (7587 м), Куньлунь, 1932 г.; пик Коммунизма (7495 м), Памир, 1933.

В 1931 г. кроме этих вершин были покорены пик Доданг-Ниима (7150 м, а по уточненным позднее данным — 6927 м) в Гималаях и Хан-Тенгри (7193 м, а по уточненным данным — 6995 м) на Тянь-Шане. В дальнейшем победы над семитысячниками продолжают множиться.

На очереди гиганты. Победы над первыми семитысячниками показали, что такие высоты перестали казаться непреодолимым препятствием для покорителей горных вершин. Перед ними встала следующая, еще более сложная задача — завоевание восьмитысячииков.

Собственно, решение этой задачи началось значительно раньше. Еще к концу XIX в. известные исследователи гор обратили внимание на высочайшие вершины земли. Они понимали, насколько интересно будет на них подняться, и стали привлекать к восхождениям опытных альпинистов как из числа восходителей-любителей, так и наиболее опытных альпийских проводников.

Пионером в этом явился известный английский ученый, путешественник и альпинист Уильям Мартин Конвей. В 1892 г. он организовал экспедицию в район каракорумских восьмитысячников. Проникнув в верховья одного из величайших ледников этой горной системы, Балторо, он смог полюбоваться высочайшими вершинами Каракорума. Подняться на них Конвей, видимо, и не мечтал. Он разведал пути подхода к ним, наметил возможные пути восхождений и предпринял попытку восхождения на вершину Балторо-Кангри (7312 м). В этом штурме участникам экспедиции удалось достичь высоты 6890 м, что для того времени было немалым достижением.

В следующем 1893 г. английские альпинисты готовились к проведению экспедиции к высочайшей вершине мира — Джомолунгме. К их большому сожалению, экспедиция не состоялась по не зависящим от них причинам. Ее пришлось отложить на довольно длительное время.

В 1895 г. известный английский путешественник, исследователь и альпинист А. Маммери организовал экспедицию на восьмитысячник Нангапарбат. В плане экспедиции была не только разведка, но и попытка восхождения. Прибыв в ущелье Диамир, участники экспедиции обследовали склоны массива Нангапарбат, спускающиеся в это ущелье. Затем вышли к вершине, но, достигнув высоты 6100, были вынуждены прекратить подъем из-за большей лавиноопасности дальнейшего пути. Но на этом Маммери не закончил экспедицию. Он предпринял попытку перейти Диамирский отрог и выйти на ледник Ракхиот в надежде там найти безопасный путь к вершине. Отправился он с проводником Рагобиром и двумя носильщиками. Путь через горный отрог, превышающий по высоте 6000 м, был достаточно сложен. Им так и не удалось добраться до ледника Ракхиот, где-то на пути все четверо погибли. Причин происшествия установить не удалось.

Четвертая, и последняя в XIX в., попытка восхождения на восьмитысячник предпринималась также английскими альпинистами. Ими руководил “патриарх” горовосходителей этой страны Дуглас Фрешфилд. Он с небольшой группой спутников проник на ледник Зему к подножию самого восточного гиганта Гималаев — массиву Канченджанги. Участники экспедиции достаточно широко исследовали северо-западный склон массива, а также и восточный склон с ледника Зему. Им удалось подняться на северо-восточный гребень вершины. В альпинистском мире это было признано значительным достижением. Открытый путь считали единственно правильным, по нему пытались штурмовать вершину в дальнейшем участники ряда последующих экспедиций, но безуспешно.

В последние годы XIX в. были сделаны первые несмелые попытки покорить такие восьмитысячники, как Чогори, Канченджанга, Нангапарбат.

В первые двадцать лет XX в. продолжались довольно редкие попытки штурма все тех же вершин — Чогори, Нангапарбат и Канченджанги. Одновременно с исследованием Чогори проводились разведки, весьма несмелые, каракорумских восьмитысячников — Броуд-пика, Гашербрума и Хидден-пика.

В 1902 г. к Чогори прибыла достаточно многочисленная и квалифицированная экспедиция. В ее состав вошли: А. Кроули, Г. Ноулс (Англия), Г. Пфанль, В. Вессели (Австрия) и Ж. Гилльярмо (Швейцария). В качестве пути на вершину она избрала северо-восточный гребень. Разбив лагерь у подножия этого гребня, участники экспедиции предприняли две попытки подъема, по обе неудачно. Максимальной высоты они достигли во второй попытке, поднявшись до 6600 м, но, убедившись, что этот путь для них труден, альпинисты решили сначала подняться на вершину Скианг-Кангри (7544 м) через седловину Скиапг-ла (6233 м). После детального обсуждения и этот план был отвергнут, и на этом экспедиция окончилась.

Следующая экспедиция на Чогори проводилась в 1909 г. Ее организовали альпинисты Италии, а возглавил известный в то время альпинист Италии — Луиджи Абруццкий. В число ее участников входили: Ф. Негротто (топограф), Филиппе де Филиппе (географ), В. Селла (известный альпинист и фотограф), его ассистент Э. Ботта, а также три опытных альпийских проводника — Д. Петигакс, Д. и Э. Брохерель. Даже в качестве высотных носильщиков экспедиция привезла с собой четырех альпийских проводников.

Первым вариантом пути к вершине итальянцы наметили юго-западное ребро. Из лагеря, организованного на высоте 5560 м, они начали подъем к заметной седловине в хребте Каракорум. Достигнув этой седловины и назвав ее Савойским седлом (6666 м), восходители просмотрели отсюда путь к вершине. Они увидели крутой гребень, обрывающийся на север крутой скальной стеной. Оценив его как непосильный, они спустились.

После этого отступления участники экспедиции предприняли попытку подъема на Чогори по юго-восточному ребру. Однако и здесь, поднявшись до высоты 6000 м, они были вынуждены отступить. Формальным мотивом отступления была признана неспособность носилыциков-балти обеспечить заброску высотных лагерей.

На этом деятельность экспедиции не прекратилась. Она еще предпринимала попытку восхождения на вершину Скианг-Кангри (7544 м). Однако на высоте 6600 м путь им преградила широкая трещина в фирновом склоне. Места обхода или возможность ее перехода не были найдены, и восходители вынуждены были отступить. Тогда итальянские альпинисты решили покорить Чоголизу (7654 м) и достигли большого успеха. В этом не последнюю роль, видимо, сыграла и акклиматизация, полученная ими во время предшествующих попыток. На Чоголизу они поднялись до высоты 7498 м, до которой никто еще не поднимался.

И хотя экспедиции не удалось выполнить своей задачи, все же результаты ее деятельности были многообещающими. К тому же в качестве серьезных “трофеев” она привезла хорошую карту района, составленную топографом Ф. Негротто, и прекрасные снимки ледников, хребтов и вершин района, выполненные замечательным фотографом Витторио Селла.

Следует заметить, что все экспедиции на Чогори совмещали задачи восхождения на эту вершину с разведкой путей подъема и на другие восьмитысячники района.

В эти же годы продолжались экспедиции и на Канченджангу. В 1905 г. здесь дебютировали швейцарские альпинисты. Возглавлял экспедицию Ж. Гилльярмо, участвовавший в экспедиции О. Эккенштейна на Чогори в 1902 г.

Собственно, швейцарской эту экспедицию можно назвать весьма условно. Инициатором ее проведения являлся ирландский журналист А. Кроули. В состав участников входили три швейцарца (Ж. Гилльярмо, А. Паш и Ш. Раймон), а также итальянец Р. де Риги. Из них только руководитель имел некоторый опыт высотных восхождений.

За 10 дней состав экспедиции с 230 носильщиками прошли путь от Дарджилинга до непальского селения Тзерам, расположенного в долине реки Ялунг на высоте 3810 м. С 8 августа началась напряженная работа по прокладке пути к вершине и организации промежуточных лагерей. Так было создано семь лагерей до высоты 6260 м. При разведке пути к вершине была достигнута высота 6500 м. Дальнейший путь подъема представлялся участникам экспедиции весьма сложным и непосильным для данного ее состава. Было принято решение на этом закончить деятельность экспедиции.

При спуске произошла катастрофа. Сначала сорвался один из шерпов в той связке, в которой был и Паш. В результате срыва вся связка стала падать по склону. Возможно, что сорвавшиеся сумели бы задержаться, но вслед за их срывом образовалась лавина и смела всю группу альпинистов. Когда лавина остановилась, Гилльярмо и де Риги быстро выбрались из снега, но остальные погибли.

Так швейцарская экспедиция на Канченджангу в 1905 г. не выполнила свою задачу и закончилась гибелью пяти человек из ее участников.

В последующие годы четыре экспедиции на Канченджангу проводил известный английский исследователь Гималаев А. Келлас (1907, 1909, 1911 и 1912 гг.). Эти экспедиции не ставили перед собой задачу непосредственного штурма вершины. Их участники упорно и настойчиво обследовали район Канченджанги: проходили ледники, поднимались на доступные гребни хребтов и вершины, уточняли их расположение. В 1911 г. Келлас поднимался с севера, с ледника Зему, на перевал Земугэп (5875 м) в восточном отроге Канченджанги. В том же году он добился большого успеха — вместе с двумя шерпами, в числе которых был Т. Сонам, покорил вершину Паухунри (7127 м). Это было третьим восхождением на вершину-семитысячник (первым был покорен Трисул — 7120 м, вторым — северо-восточная вершина Кабру (7316 м)). Последнее восхождение, совершенное норвежцами К. Рубензоном и А. Монрадом, ставится под сомнение многими авторитетами в исследовании Гималаев. В частности, Г. Диренфурт считает, что Паухунри является вторым покоренным семитысячником.

В эти же годы настойчивый исследователь Гималаев А. Келлас после четырех экспедиций на Канченджангу предпринимал экспедицию и на Нангапарбат (1913 г.). Он также не ставил задачу покорения вершины, Келлас провел детальную разведку северных склонов. С этой задачей экспедиция справилась.

В 1920 г. в район Канченджанги проводилась небольшая английская экспедиция Г. Реберна и Ч. Крауфорда. У нее были ограниченные задачи — разведка возможных путей к вершине с юго-запада. С ледника Ялунг они предприняли попытку подняться на седло Талунг в южном отроге массива, но выполнить это помешала большая лавинная опасность, связанная с обильными снегопадами в предшествовавший период. Экспедиция покинула район и через перевал Ротонг-ла вернулась в Дарджилинг.

Без внимания не оставалась и Джомолунгма. В 1907 г. англичане вновь планировали проведение экспедиции на эту вершину. Инициаторами ее выступили Ч. Г. Брюс и Т. Г. Лонгстафф. Планом проведения экспедиции предусматривалась попытка восхождения с севера, но экспедиция не состоялась.

Как видно из приведенного, за первое двадцатилетие XX в. предпринимался ряд попыток восхождений на восьмитысячпики, но ни одна из них не завершилась покорением вершины. Восходители даже не переступили границы 7000 м. Да и объектами штурмов были все те же вершины, что и в конце XIX в.: Чогори, Канченджанга и Нангапарбат.

Причин этих неуспехов было много, основные из них: отсутствие знаний условий восхождений на такие вершины и отсутствие опыта. Даже на семитысячники было совершено всего несколько восхождений. К тому же и снаряжение далеко не отвечало требованиям больших высот. Применявшееся обычное альпинистское снаряжение было сделано без учета особенностей больших высот.

В этом двадцатилетии серьезно помешала развитию высотного альпинизма разразившаяся первая мировая война. Она приостановила на пять лет проведение экспедиций, а после ее окончания появились серьезные затруднения чисто экономического порядка.

Следующее двадцатилетие в борьбе за гиганты началось давно ожидавшейся экспедицией на Джомолунгму. С помощью британского и индийского правительств альпинистскому клубу и Английскому Королевскому географическому обществу удалось получить разрешение на подход к Джомолунгме с севера. Как и первая экспедиция па гигантскую вершину, эта экспедиция планировала только разведку путей восхождения. Поэтому и состав ее был укомплектован не только альпинистами. Руководителем экспедиции намечался Ч. Г. Брюс, но перед выездом он оказался весьма занятым по службе и был заменен Ч. К. Говард-Берн. В состав экспедиции были включены альпинисты: Г. Меллори, Г. Финч, Г. Реберн и К. Буллок, а также известный исследователь Гималаев А. Келлас и два топографа — Г. Моршед и О. Уиллер. Говард-Берн был удачной кандидатурой на пост начальника экспедиции. Он раньше служил в Индии и неоднократно участвовал в различных охотничьих экспедициях в глубь Гималаев и поэтому хорошо знал многие районы. Альпинистскую группу возглавлял Г. Л. Меллори, считавшийся тогда лучшим альпинистом Англии.

Избрав путь штурма с ледника Ронгбук, участники экспедиции вышли в длительный поход из Дарджилинга. На пути нужно было пересечь Главный Гималайский и ряд других хребтов и их отрогов. Этот неизвестный путь привел экспедицию с ее большим караваном к тибетскому городку Тингри ровно через месяц после выхода из Дарджилинга. За Тингри им открылся величественный вид на мощный участок Гималаев, в котором поднимаются пять из десяти гималайских восьмитысячников и бесконечное количество других вершин. В восточной части видимых хребтов высится многовершинный массив Канченджанга. На западе от пего поднимается массив Макалу до 8500 м. Примыкая к этому гиганту с запада, точно вырастая из глубин ущелья Канчунг, высится трехглавый массив Лхоцзе. Отсюда видны только самые верхние части этих массивов, закрытых от наблюдения северными отрогами, но и они не теряют грандиозности. Рядом с ними, почти сливаясь с Лхоцзе в общий массив, поднимается высочайшая вершина мира Джомолунгма (Эверест) — цель участников экспедиции.

Экспедиция находилась в районе Джомолунгмы около трех месяцев. За это время Моршед и Уиллер со своими помощниками подготовили материалы для карты северных склонов Главного Гималайского хребта на этом участке. Альпинистскую разведку района выполняли Меллори и Буллок. Они прошли ледники Ронгбук и Ронгбук западный. Затем перешли на восточную сторону, где детально исследовали ледник Ронгбук восточный. Они не только нашли вполне возможный путь к вершине, но и частично прошли его. Поднявшись на глубокую седловину между вершинами Джомолунгмы и Чангцзе, они установили, что отсюда начинается наиболее вероятный путь на северное ребро Джомолунгмы и далее к вершине. Этот путь, за исключением своей верхней части, казался им вполне доступным.

Это открытие было воодушевляющим. Оно позволило считать альпинистскую задачу выполненной. На этом и закончилась экспедиция. Теперь путь к высочайшей вершине мира с севера был открыт и даже пройден до перевала Чангла. В дальнейшем этот путь стал основным для всех последующих довоенных экспедиций (Экспедиция 1921 г. отнесена к первому периоду попыток восхождении на восьмитысячники, так как она входит в первое тридцатилетие).

За тридцатилетие (1892—1921 гг.) на восьмитысячники было проведено всего 14 экспедиций. Все они были различны как по своим задачам, так и по составу участников. Они организовывались альпинистами и географами Англии (11 экспедиций), Швейцарии (2 экспедиции) и Австрии (1 экспедиция). Их объектами были Чогори, Канченджанга, Нангапарбат. Только в самый последний год была проведена экспедиция на Джомолунгму. И если можно говорить о них как о попытках штурма гигантских вершин, то следует сказать, что по многим причинам эти попытки были еще робкими. Обращает на себя внимание и то, что они преимущественно проводились английскими альпинистами. Альпинизм в Англии был весьма развит. К тому же Индия была колонией Великобритании. В ней проживало немало англичан. Они по роду своей деятельности нередко бывали в Гималаях и Каракоруме (географы, топографы, геодезисты, военные и др.) и имели возможность лучше изучить эти горные системы.

Итак, в течение первых тридцати лет попыток восхождений на восьмитысячники особых достижений не было. Но закономерно ожидалось резкое усиление борьбы за эти гиганты. Главным было то, что восходители переходили к принципиально новому классу восхождений — высотным, требующим иного опыта и мастерства, иной тактики и четкого знания условий больших высот.

Переход к решительным штурмам

К двадцатым годам накопился уже немалый опыт попыток восхождений на высочайшие вершины. В них принимали участие десятки альпинистов и немалое количество ученых. Да и физиологи добились уже определенных успехов в изучении влияния больших высот на организм человека. Теперь уже экспедиции могли организовываться, заранее учитывая все те трудности, с которыми им придется столкнуться в практике проведения восхождений.

Все это, вместе взятое, нашло свое отражение в следующем этапе борьбы за высочайшие вершины. Изменение коснулось даже названии экспедиций. Исчезло в них неуверенное слово “разведывательная”. Почти все организуемые экспедиции ставили перед собой задачу непосредственного штурма избранного объекта. Так подходили к ним не только альпинисты стран, уже накопивших опыт их проведения, как, например, Англия, но и те, которые только что включались в борьбу за гиганты (Германия, Франция). И это понятно. Такие страны опирались па уже накопленный опыт попыток восхождений на восьмитысячники и практику покорения семитысячников.

Особенно энергично действовали английские восходители, имевшие наибольший опыт в проведении высотных экспедиций. Уже в 1922 г. они предпринимают довольно решительную попытку штурма Джомолунгмы. Для выполнения этой задачи Комитет Эвереста, созданный в этой стране, и Английский альпинистский клуб, существующий с 1857 г., подобрали достаточно сильную группу восходителей в составе 10 участников, способную, по мнению организаторов, справиться с такой сложной задачей. В эту группу входили: Г. Меллори — участник экспедиции 1921 г.; Д. Финч — молодой химик и способный альпинист; Э. Нортон — офицер английских войск в Индии, не раз бывавший в Гималаях; Т. Сомервелл — известный английский альпинист, хирург по профессии; Д. Брюс — молодой и перспективный альпинист; Ч. Крауфорд — молодой альпинист, служивший в Индии; Е. Струтт, В. Уоркфилд, Г. Моршед и Д. Ноэл — опытный альпинист и отличный фотограф. В качестве врача экспедиции был включен участник восхождений на Кавказе и в Гималаях, покоритель семитысячника Трисул, Т. Лонгстафф. Наиболее подготовленными для штурма вершины считались Меллори, Финч, Нортон и Сомервелл. Руководителем экспедиции был назначен генерал Ч. Г. Брюс, уже участвовавший во многих гималайских экспедициях. Руководители Комитета Эвереста считали, что никто лучше его не знает Гималаи.

Для научной работы привлекались специалисты и в их числе географы, физиологи, художники, фотографы, несколько офицеров колониальных войск, на которых возлагались маршрутная и картографическая съемки.

После длительной организационной и материальной подготовки, а также детальной проработки тактических планов штурма вершины, в марте 1922 г. участники экспедиции прибыли в Индию. Из Дарджилинга большой караван экспедиции вышел в дальний путь к северным склонам Джомолунгмы, которым шла и экспедиция 1921 г.

Вторая английская экспедиция выступила из Дарджилинга на два месяца раньше первой. В долине Тисты она оказалась ранней весной. Зелени и цветов было мало. Рододендроны, представляющие в этих местах особую прелесть, еще не расцвели. На подступах к Главному хребту лежал снег.

Перевал Тангла встретил караван экспедиции глубоким снежным покровом и резким холодным ветром. В городок Шекар, расположенный точно на север от Дарджилинга, экспедиция прибыла 24 апреля, а 1 мая, в назначенный планом срок, караван остановился у языка ледника Ронгбук. Наступал решительный этап деятельности экспедиции. Вскоре караван отправили обратно. С участниками экспедиции остались только 40 лучших носильщиков-шерпов.

Трудная и хлопотливая работа по подготовке пути и организации промежуточных лагерей разворачивалась успешно. К 18 мая основные восходители и шерпы достигли перевала Чангла — высшей точки, до которой поднимались участники экспедиции 1921 г. С этого перевала начинался неизведанный путь к вершине по северному ребру, на котором намечалось организовать еще три лагеря: 7500, 7950 и 8250 м.

Утром 20 мая четверо альпинистов во главе с Меллори и 9 носильщиков отправились с перевала в направлении к вершине. Утро было тихое, но холод заставил надеть на себя все теплые вещи. Чувствовалось, что с подъемом становилось труднее дышать. В 14 часов уставшие альпинисты и шерпы достигли высоты 7620 м. Здесь они остановились на бивак; быстро сложив вещи, носильщики ушли вниз. Ночь прошла спокойно. Перед утром прошел небольшой снегопад. С бивака восходители вышли в 8 часов утра.

Несмотря на отличную погоду, идти было тяжело. Часто приходилось останавливаться для восстановления дыхания. Прекрасные картины окружающих гор несколько отвлекали их от напряженного подъема, по затрудненность дыхания с увеличением высоты сказывалась все сильное (кислородными аппаратами эта группа не пользовалась). К 14 часам 30 минутам они достигли высоты 8225 м. Все участники четверки чувствовали себя страшно уставшими. По их мнению, до вершины оставалось не менее 10 часов пути. Здравый смысл подсказывал: нужно возвращаться, и альпинисты начали спуск. Остро переживая неудачу, они все же были довольны тем, что достигли такой высоты, до которой еще но поднимался ни один человек. Спуск из-за усталости проходил медленно. К перевалу Чангла они подошли только около 23 часов 30 минут.

Повторный штурм был предпринят 24 мая. Тогда с перевала к вершине вышла группа в составе Д. Финча, Д. Брюса и 12 шерпов. На этот раз были взяты кислородные аппараты.

Подъем проходил тяжело. Дыхание с высотой все более затруднялось. Намеченной высоты 7800 м для организации бивака они в тот день не достигли. Остановились несколько ниже. Носильщики ушли вниз, альпинисты устроились на ночлег, стремясь хорошо отдохнуть перед предстоящим на следующий день штурмом вершины.

Ночью разразилась буря: ревел и свистел ветер, завывала пурга. Утром о выходе нечего было и думать. Непогода стихла только к 13 часам. Финчу и Брюсу пришлось провести на этом биваке еще ночь.

На следующее утро подъем к вершине был продолжен. Со свежими силами, хотя и медленно, с длительными остановками альпинисты поднимались по западному склону северного гребня. На высоте 8100 м они уже чувствовали себя уставшими. Дальнейший путь давался Финчу и Брюсу с еще большим трудом. Несмотря на потребление кислорода, они задыхались, часто и надолго останавливались. На высоте 8300 м отказал один из кислородных аппаратов. Его налаживание отняло много времени и сил. До вершины оставалось немногим более 500 м по высоте, но восходители настолько устали, что продолжать подъем уже не могли. Да и времени на это у них не оставалось. Пришлось прекратить штурм и спускаться. Это они и сделали с высоты 8320 м.

Других попыток штурма вершины участниками экспедиции 1922 г. не предпринималось.

Итак, в 1922 г. английские альпинисты не смогли покорить Джомолунгму. Но они не только первыми перешагнули рубеж высоты 8000 м, но и поднялись так высоко, как никто из восходителей не поднимался раньше. Результаты английской экспедиции 1922 г. на Джомолунгму были восприняты во всем мире как выдающаяся сенсация, практически доказавшая реальную возможность покорения восьмитысячпиков. Да и английские восходители получили в этом достаточно полную уверенность.

Одновременно экспедиция 1922 г. показала, что такая задача весьма сложна и требует самой тщательной подготовки. Поэтому следующую экспедицию англичане наметили на 1924 г., чтобы успеть провести к ней должную подготовку.

24 апреля 1924 г. караван третьей английской экспедиции на Джомолунгму, состоящий из группы альпинистов, 70 носильщиков-шерпов и 300 вьючных яков, остановились у языка ледника Ронгбук на северных склонах Главного Гималайского хребта.

В составе группы альпинистов были и участники предшествующей экспедиции: Г. Меллори, Э. Нортон, Д. Брюс. Среди новых ее членов были Н. Оделл — геолог по специальности и отличный альпинист; Б. Битгем — педагог и опытный альпинист; Г. Газард — инженер, служивший в саперных войсках и отличный альпинист; Э. Ирвин — молодой альпинист, участвовавший только в экспедиции на Шпицберген; врач экспедиции — Р. Гингстон. Начальником экспедиции вновь был назначен Ч. Брюс. Но в самом начале ее деятельности он заболел малярией и передал руководство экспедиции Э. Нортону.

Организация и заброска всех необходимых грузов на перевал Чанг-ла (Северный) началась 30 апреля. Эти работы по разным причинам, в основном из-за непогоды, затянулись, и лагерь на перевале, являющийся основным пунктом штурма и снабжения выходящих групп, был подготовлен только к 28 мая.

Близилась полоса муссонов с бурями и снегопадами, исключающими всякую возможность восхождения. Это тревожило альпинистов и заставляло поторапливаться.

1 июня из лагеря 4 вышла первая двойка — Г. Меллори и Д. Брюс в сопровождении 9 шерпов. Они планировали установить лагерь 5 на высоте 7700 м и лагерь 6 — на высоте 8200 м и отсюда штурмовать вершину. Погода стояла отличная и полностью способствовала их намерениям. Однако путь оказался сложнее предполагавшегося, лагерь 5 пришлось установить па высоте 7600 м. Оставшись здесь с тремя лучшими шерпами, альпинисты хотели на следующий день создать лагерь 6. Утро 2 июня началось хорошей погодой, но произошло то, чего так боялись Меллори и Брюс, — один из носильщиков заболел, а двое остальных отказались идти выше. Попытка штурма сорвалась.

Печальными спускались альпинисты. Встретившиеся им Нортон и Сомервелл (очередная двойка для штурма) понимали их переживания и сами беспокоились о том, пойдут ли дальше носильщики.

Утром следующего дня (3 июня) положение в лагере 5, где ночевали Нортон и Сомервелл с тремя носильщиками, было напряженным. Альпинисты со смутной тревогой посматривали па носильщиков. Разговаривали с ними осторожно и предупредительно. Те выглядели вялыми и сопливыми. Движения их были медленными и какими-то неуверенными.

Выход все же состоялся. Двойка альпинистов в сопровождении шерпов Непбо Вишай, Лакпа Чеди и Земчумби вышла по направлению к вершине. Казалось, что опасения были напрасны.

С высоты 8000 м характер пути изменился. На смену неровным и некрутым скалам, засыпанным мелкими обломками, пошли гладкие, наклоненные плиты, часто засыпанные мелким щебнем. Идти стало труднее. Ноги скользили по плитам, сбивая дыхание, и без того затрудненное (они шли без кислорода). Погода, хмурившаяся с утра, начинала улучшаться. Однако с высотой движение группы замедлилось. На высоте 8170 м им пришлось остановиться и организовать лагерь 6. Палатку поставили в узкой скальной расщелине и в нее сложили все имущество альпинистов. После этого носильщики пошли вниз, а Нортон и Сомервелл расположились на отдых, стремясь стряхнуть давившую их усталость и набраться сил для штурма. Беспокоило их лишь только одно — смогут ли они наутро выйти к вершине и преодолеть за один день около 700 м по высоте, остающиеся до вершины.

Утро было многообещающим. Погода стояла прекрасная. Восходители хорошо выспались. В 6 часов 45 минут вышли на штурм вершины. Теперь им казалось, что ничто не помешает добиться победы.

Первое время двойка шла в тени, не выходя на гребень хребта, где светило солнце. Было ветрено. Продвижение шло весьма медленно. Когда склон, по которому поднимались Нортон и Сомервелл, осветило солнце, их настроение улучшилось и даже движение ускорилось.

И все же они слабели с каждым шагом. С какого-то момента им стало страшно холодно, несмотря на то что на них была вся теплая одежда: шерстяные жилеты и такие же брюки, толстые куртки и брюки из фланели и поверх всего — ветронепроницаемые куртки. Начал ослабевать пульс. У Нортона стало ухудшаться зрение. Сомервелл часто останавливался и сильно кашлял. С высоты 8380 м скорость подъема значительно снизилась. Восходители шли, мучительно превозмогая слабость.

К середине дня они достигли высоты 8500 м. В этот момент они находились у верхней границы желтых скал. Вершина казалась рядом. Нортон еще стремился идти дальше, а Сомервелл не мог уже сделать ни шагу. На предложение Нортона продолжить подъем он только печально улыбнулся. Тогда Нортон пошел к вершине один. После нескольких десятков шагов, которые не показались ему трудными, Нортон вновь вышел на участок плит. В их впадинах лежал снег. Нортон чувствовал, как возрастает для него, идущего из последних сил и без поддержки товарища, опасность срыва. Оглянувшись, он определил, что успел подняться от Сомервелла примерно на 100 м и до вершины, как ему казалось, требуется еще одно усилие. В то же время Нортон сознавал, что это “еще” — около 300 м. Вершина только казалась близкой. Как после рассказывал сам Нортон, у него было такое состояние, что если он сделает еще несколько шагов, то не останется сил, чтобы вернуться назад. И он отступил. Как после было определено, это произошло на высоте 8565 м.

Тем временем к вершине уже шла третья двойка (6 мая) в составе Меллори и Ирвина. Их сопровождали четыре шерпа. Позднее много сомнений высказывалось по поводу состава этой двойки. Почему для решительного штурма такой опытный альпинист, как Меллори, взял совершенно неопытного Ирвина? Почему на это место не был включен опытнейший Оделл? Немало было и других “почему”.

Меллори и Ирвин успешно достигли лагеря 6 (8170 м). Здесь они остановились на ночь, с тем чтобы наутро штурмовать вершину (шли они с кислородными аппаратами).

Проводивший их Оделл спустился в лагерь 5. Утром 7 июня он наблюдал за штурмовой группой. Его удивило, почему двойка вышла к вершине так поздно — только в 8 часов. Вскоре после выхода Меллори и Ирвина начался снегопад. Небо все более затягивалось облаками, и Оделлу трудно было следить за товарищами. Облака спускались все ниже и закрыли вершину и верхнюю часть северного гребня. Иногда облака разрывались, вершина открывалась, и тогда Оделл до боли в глазах всматривался в ее склоны. Во время одного из таких разрывов, стремясь увидеть штурмующую двойку уже в районе вершины, он вдруг обнаружил ее значительно ниже. По его определению, Меллори и Ирвин в тот момент находились на высоте, близкой к 8600 м.

Обратно Меллори и Ирвин не вернулись. Они стали жертвами Джомолунгмы. Оделл один поднялся в лагерь 6, но никаких следов их там не обнаружил.

Несмотря на эту трагедию, успехи экспедиции были высоко оценены среди альпинистов мира, да и во всем спортивном мире они получили широкое признание. За это достижение начальник экспедиции генерал Ч. Брюс был удостоен олимпийской Золотой медали. Это решение было принято на зимних Олимпийских играх в Шамони в 1924 г. Достигнутая высота практически включала в себя высоты всех восьмитысячников Земли, кроме Джомолунгмы. Особенно это ценно тем, что высоты до 8500 м достигнуты без применения кислородного аппарата, что наглядно продемонстрировало большие возможности человеческого организма приспосабливаться к окружающим его условиям.

Временное затишье. Казалось, что успех английских восходителей на Джомолунгме должен был воодушевить альпинистов других стран. Закономерно было ожидать значительного оживления в высотных восхождениях. Однако этого не последовало. Сенсационный успех англичан на Джомолунгме словно вверг в какой-то шок восходителей других стран. Видимо, они пытались осмыслить это большое достижение и сделать для себя правильные выводы.

Подумать нужно было о многом. Штурм Джомолунгмы показал, что высоты более 8000 м требуют предельных человеческих сил, как физических, так и моральных. Применение кислорода расширяет эти возможности, но существовавшая в то время кислородная аппаратура была тяжела и несовершенна. Она не обеспечивала безопасности восходителей.

Падежного метода акклиматизации тоже еще не было установлено, да и снаряжение не в должной мере обеспечивало защиту от низких температур на больших высотах и сильных пронизывающих ветров. В огромной степени достижение больших высот зависело от способности носильщиков, па которых возлагались заботы по оснащению высотных лагерей всем необходимым. Выходящие на непосредственный штурм вершины маленькие группы альпинистов не имели связи с поддерживающими группами и не могли информировать товарищей о своем положении или вызвать их на помощь в критических случаях. Да и в отношении погоды они должны были действовать почти вслепую, а этот фактор, особенно на таких высотах, мог привести к катастрофическим результатам. Все это и заставляло альпинистские организации и ведущих восходителей весьма серьезно задуматься.

Однако не следует думать, что в последующие годы проведение высотных экспедиций совершенно прекратилось. Нет, экспедиции были, но какая-то нерешительность в действиях их участников и руководителей оставалась.

В 1925 г. проводилась итальянская экспедиция на Канченджангу. Она была небольшая и не ставила перед собой серьезных задач. Ее руководитель Н. Томбази привел своих спутников на ледник Зему, стекающий с восточных склонов этого восьмитысячпика, и развернул достаточно широкую деятельность по исследованию района. Наибольшим ее альпинистским достижением явился подъем на перевал Зему.

Английская экспедиция в Каракоруме в 1926 г. не ставила перед собой задачу восхождения на высочайшие вершины. Ее целью было исследование этой горной системы, особенно северных ее склонов, и картографирование. Руководил экспедицией К. Мейсон.

В 1929 г. проводились две экспедиции на восьмитысячники. Альпинисты Германии во главе с Б. Бауэром, ставили своей задачей покорение Канченджанги, а итальянцы, руководимые Э. Сполетто, — Чогори.

Итальянцы не впервые отправлялись к высочайшей вершине Каракорума. Они еще в 1909 г. предпринимали попытки восхождения на Чогори. Тогда экспедицией руководил Л. Абруццкий. Однако все их усилия не завершились успехом. Они достигли высоты 6600 м. В 1913— 1914 гг. итальянские альпинисты во главе с Ф. де Филиппе проводили географические исследования этой части Каракорума. Материалы обеих экспедиций были широко использованы при подготовке к поездке в Каракорум группы Э. Сполетто. Географом и геологом экспедиции был Ардито Дезио.

Но еще в процессе подготовки руководство экспедиции приняло решение сосредоточить главное внимание не на штурме Чогори, а на исследовании района Балторо и Шексгама.

Организовав свой базовый лагерь у языка ледника Балторо, 8 мая альпинисты вышли на выполнение своих задач. Первым в их планах было достижение седла Конвея в верховьях ледника Балторо (в своем верхнем течении носящего название ледника Абруццкого). Но и это им удалось сделать только частично. Помешало то, что экспедиция была слишком “тяжелой” (она привезла с собой грузов около 18 т), а следовательно, и весьма неоперативной. До седла удалось подняться лишь Дезио с одним из участников, но и это дало возможность провести обследование района седла и получить достаточно правильное представление о том участке хребта Каракорум, где от него отходит мощный отрог Машербрум.

Участники экспедиции разбились на отдельные группы и прошли ряд маршрутов через перевалы Каракорума и обследовали район Чогори. В результате их работ была составлена карта района в масштабе 1 : 25 000. Вся деятельность данной итальянской экспедиции способствовала изучению района высочайших вершин Каракорума.

В том же 1929 г. внимание альпинистов привлекла вновь Канченджанга. Она была избрана объектом штурма дебютирующими в борьбе за восьмитысячники восходителями Германии. Возглавлял их известный в то время альпинист этой страны П. Бауэр. В состав альпинистской группы входили: Э. Алльвейн, К. Крауз, П. Ауфшнейдер, Ю. Бреннер, Э. Бейгель, Ф. Фейдт, И. Леопольд и А. Тенес. Для штурма вершины участниками экспедиции был намечен путь с ледника Зему по восточному ребру, открытому Д. Фрешфилдом.

Проделав большую подготовительную работу еще до выезда, а также и по прибытии на место, экспедиция в конце августа организовала основной базовый лагерь в верховьях ледника Зему, между восточным ребром и юго-восточным гребнем Канченджанги на высоте 5300 м.

В первой половине сентября участники экспедиции упорно пытались найти путь к южной вершине от перевала Зему. Но глубокий снежный покров, опасность лавин, невозможность продолжить путь для тяжело нагруженных носильщиков, а также весьма значительное расстояние по гребню до вершины заставили их отказаться от этого направления штурма.

После этого начался штурм восточного гребня. Путь по нему оказался сложным. Гребень ребра снежно-ледовый, довольно острый и изрезанный. На пути поднимались ледяные жандармы в виде башен, грибов, обелисков. Лагеря пришлось организовывать часто. Из-за отсутствия места для установки палаток и в целях защиты от резкого ветра пришлось рыть пещеры в снегу. За время создания промежуточных лагерей часто наступала непогода с сильными снегопадами. И все же лагеря были созданы до высоты 7000 м. Наконец 3 октября Алльвейн и Крауз поднялись до 7200 м и оттуда увидели, что оставшийся путь к вершине, как им казалось, уже не представлял особых трудностей. Приближалось время решительной атаки вершины. Но в ту же ночь разразилась непогода — сильная пурга длилась пять дней. Снега выпало много, и путь усложнился. Пришлось принимать решение о прекращении работы экспедиции.

Закончились двадцатые годы. Достижение англичанами высоты 8565 м уже не оставляло сомнений в возможности покорения восьмитысячников. Но не было пока и решительных попыток штурма высочайших вершин.

Покоренные гиганты на сервере Скиталец
Район Канченджанги

Борьба обостряется. Тридцатые годы открылись продолжением атак на Канченджангу немецкими альпинистами. Но теперь они действовали уже не одни. В 1930 г. проводилась международная экспедиция под руководством Г. Диренфурта. В нее вошли: швейцарцы Г. Диренфурт, X. Диренфурт, М. Курц (топограф) и Ш. Дюванель (кинооператор), немцы Г. Герлин, У. Виланд, Г. Рихтер (врач), англичане Д. Хенна, Ф. Смитт, Г. Вуд-Джонсон, а также австриец Э. Шнейдер.

Экспедиция получила разрешение правительства Непала на восхождение с западной стороны. Маршрут штурма был намечен по северо-северо-западному склону. Путь к исходной точке штурма проходил через четыре перевала, один из которых достигал 5000 м. Для движения же с караваном в 350 носильщиков такой путь оказался сложным.

Уже 26 апреля, достигнув ледника Канченджанга, экспедиция разбила основной лагерь на его северной стороне на высоте 5050 м.

Намеченный путь по углу Северо-северо-западной стены шел по поднимающимся одна над другой трем мощным террасам, разделенным поясами твердого льда. Сначала он представлялся альпинистам хотя и сложным, но доступным, лишь в верхней части он казался более труднопроходимым. К 8 мая путь по первой террасе был подготовлен. На следующий день намечался выход для прокладки пути по второй террасе, но был неожиданно прекращен почти в самом начале подъема. Где-то вверху на склоне произошел ледовый обвал. Он вызвал лавину, в которую попали Г. Диренфурт и шерп Четтан. Первый из них был отброшен воздушной волной, а второй оказался накрытым лавиной и погиб. Подъем по этому маршруту прекратился.

Был выбран другой вариант подъема — по северозападному отрогу в направлении пика Кангбачен с расчетом выйти на небольшую террасу под этой вершиной и с нее подняться на гребень отрога. Но вскоре и этот вариант был забракован. Была попытка подняться на северо-западный отрог непосредственно по его склону, но и она оказалась неудачной. Максимальная высота, достигнутая при этих попытках, не превысила 6400 м. Время шло, и тогда участники экспедиции решили отказаться от штурма Канченджанги и переключиться на семитысячники района. В этом они добились определенного успеха. Группы, на которые разделились альпинисты, совершили следующие восхождения: пик Непал (7145 м), пик Джонгсанг — Главная вершина (7470 м) и Восточная (7442 м), а также пик Доданг-Ниима (7150 м), но, по последним измерениям, высота этой вершины снизилась до 6927 м.

В 1931 г. к Канченджанге вновь прибыла немецкая экспедиция во главе с П. Бауэром. Своей целью она ставила покорение этого восьмитысячника по восточному ребру, по которому пытались штурмовать вершину в 1929 г. В состав альпинистской группы входили многие участники предшествовавшей экспедиции, по добавились и новички: Г. Гартман, Г. Пирхер, Г. Шаллер и К. Вин. Экспедиция была более сильной как по составу альпинистской группы, так и по оснащению. Это было заметно хотя бы по тому, что вместо 89 носильщиков, переносивших грузы предшествующей экспедиции, теперь их потребовалось 210. Как и в 1929 г., для проведения экспедиции был выбран послемуссонный период.

13 июля был организован лагерь 6 у подножия восточного ребра. Однако условия этого года оказались еще менее благоприятными, чем в 1929 г. Погода то ухудшалась, то наступало резкое потепление, серьезно увеличивающее лавиноопаспость. Альпинисты упорно готовили путь к вершине. Во время одного из таких выходов попали в лавину и погибли альпинист Г. Шаллер и шерп Пазанг. Но и это не остановило подготовку штурма.

При очередном выходе в направлении к вершине двойка Гартман и Вин достигли резкого взлета гребня, так называемой “Шпоры” (7700 м). Им казалось, что после нее путь будет проще и до вершины не встретится серьезных препятствий. Каково же было их разочарование, когда со “Шпоры” они увидели, что гребень восточного ребра упирается в крутой 150-метровый склон северо-северо-восточного отрога. На этом склоне лежал плотный снег, принесенный сюда почти постоянно дующими ветрами. На поверхности склона были видны разрывы, свидетельствующие о лавинной угрозе. Так покорением “Шпоры” и закончилась экспедиция немецких альпинистов в 1931 г. До вершины еще оставалось около 900 м по высоте.

В 1932 г. начался цикл немецких экспедиций на Нан-гапарбат. В этом году на ее штурм выезжала экспедиция во главе с В. Мерклем. Ее участниками были В. Меркль и Ф. Бехтольд, П. Ашенбреннер, Э. Шнейдер (австрийцы), Г. Кюниг, Ф. Симон, Ф. Висснер и Г. Хамбергер. К экспедиции присоединились Р. Герои из Нью-Йорка, корреспондент Элизабет Наултон и капитан Р. Фрайер.

Пройдя 300 км от Сринагара до Астора с караваном в 110 вьючных животных и более ста носильщиков, экспедиция наняла в Асторе еще 110 местных носильщиков и 40 носилыциков-балти и направилась к цели.

Базовый лагерь экспедиция организовала на левом берегу реки Ракхиот, вытекающей из одноименного ледника, у опушки соснового леса на красивой поляне, густо поросшей высокой травой со множеством цветов. Альпинисты назвали ее “Сказочной поляной”, и этого названия она вполне заслуживала.

Позднее базовый лагерь был перенесен выше, в травянистую мульду над мореной, между ледниками Ракхиот и Ганало на высоте 3967 м. Отсюда была развернута работа по прокладке пути к вершине. В ходе ее 16 июля. П. Ашенбреннер и Э. Шнейдер покорили пик Ракхиот. На 18 июля был назначен штурм Нангапарбат. На него вышли Меркль, Ашенбреннер, Бехтольд и Герон.

По свежевыпавшему снегу и с тяжелыми рюкзаками шли они медленно и вскоре вынуждены были остановиться на бивак на высоте 6500 м. Наутро группа продолжила путь. Однако прокладка следов в толстом слое снега и тяжелые рюкзаки быстро вымотали их силы. Пришлось возвращаться. На следующий день Меркль и Бехтольд пошли вверх и организовали очередной лагерь на высоте 6750 м. Только 29 июля Меркль, Бехтольд и Висснер пробились к гребню, ведущему на “Серебряное седло”, и на другой день организовали лагерь на высоте 6950 м.

Казалось, что теперь путь к вершине открыт. Отсюда шел нскрутой гребень, а за “Серебряным седлом” трудностей не ожидалось. У альпинистов сложилось впечатление, что скоро они будут на вершине. Однако ночью начался снегопад. Не прекратился он и на следующий день. Полагая, что это уже подошел муссон, восходители начали спуск.

Непогода затянулась. Но экспедиция не покидала района, надеясь на улучшение погоды. Только к концу августа появились просветы в густых тучах над Нангапарбат. Меркль, Герои и Висспер 28 августа предприняли еще одну попытку выйти к вершине. Вокруг все было занесено снегом. Толстый слой сухого свежего снега они преодолевали с большим трудом. Скоро альпинисты поняли, что им не удастся по такому сложному пути достигнуть вершины. Они вернулись. Началось свертывание лагерей и подготовка к отъезду. Нангапарбат осталась непобежденной.

На Джомолунгму вновь идут англичане. В первые три года третьего десятилетия XX в. проводилось три экспедиции, целью которых был штурм восьмитысячника, но ни одна из них не смогла выполнить поставленных задач. Максимальная высота, достигнутая ими (7700 м на Канченджапге в 1931 г.), почти на целый километр была ниже той, которой достигли английские альпинисты (8565 м).

Восходители Англии не принимали участия в экспедициях тех лет. Они словно копили силы на дальнейшее. И вот в 1933 г. англичане вновь появляются в Гималаях. Возглавил экспедицию X. Руттледж, самым решительным образом настроенный на победу над высочайшей вершиной мира.

Гибель Меллори и Ирвина, как считали Комитет Эвереста и Английский альпинистский клуб, показала, что задача покорения Джомолунгмы оказалась значительно сложнее, чем это представлялось ранее. Альпинисты Англии заявляли, что они будут стремиться к победе над наивысшим гигантом гор не только из-за большого спортивного интереса, но и, главное, ради выполнения завета погибших друзей, завершая то, чего не удалось сделать им.

К 1933 г. Комитет Эвереста и Английский альпинистский клуб привлекли наиболее опытных восходителей, глубоко проанализировали все события, связанные с проведением трех первых экспедиций на Джомолунгму. Была проведена большая и серьезная работа по улучшению снаряжения и оборудования, неоднократно и глубоко прорабатывались тактические планы. Много усилий было вложено в подготовку участников будущей экспедиции. Вся эта работа была закончена в 1932 г. И только тогда было решено провести очередную экспедицию в 1933 г., в предмуссонный период.

Эта экспедиция значительно отличалась от предшествующих. Ее альпинистскую группу составляли 12 человек. Все они были опытными восходителями. Часть из них имели и опыт высотных восхождений. В состав группы вошли: Э. Шиптон, П. Вин-Харрис, Л. Уэджер, Е. Бирни, Е. Шеббир, Д. Крауфорд, Ф. Смит, Г. Боустед, Д. Броклебанк, Д. Лонгленд, Г. Вуд-Джонсон, Р. Грин (врач). Настроенность участников на победу была ярко выражена заявлением ее начальника X. Руттледжа. Он говорил, что экспедиция не преследует каких-либо научных целей, ничто не должно отвлекать ее от основной задачи — покорения высочайшей вершины мира.

Уже 17 апреля, на 12 дней раньше любой из предшествующих, экспедиция 1933 г. была на месте базового лагеря у языка ледника Ронгбук — исходного пункта всех довоенных экспедиций.

Хронологически не она первой в этом году прибыла к Джомолунгме. Еще 3 и 19 апреля над ней летали два самолета “Бристоль-Пегас”. Английские летчики Клайсдайл и Мак-Интайр, вылетев из Пешевара, проводили разведку вершины и ее фотографирование. Летали они и над Канченджангой и тоже фотографировали.

Продвижение от базового лагеря по пути к вершине началось успешно. К 15 мая был организован лагерь на Северном перевале (Чангла), а уже к 22 мая был создан лагерь 5 на высоте 7840 м. Вскоре был организован лагерь 6 (8360 м). Все промежуточные лагеря были установлены на тех же местах, что и в предшествующей экспедиции, лишь самый верхний был продвинут еще ближе к вершине. От этого лагеря до вершины оставалось около 500 м по высоте. У участников штурма росла уверенность в победе над Джомолунгмой.

Первая попытка штурма вершины из лагеря 6 была предпринята 30 мая Вин-Харрисом и Уэджером. Вначале подъем шел успешно. После двух часов движения, находясь примерно на 200 м выше первой ступени северного ребра, они нашли на склоне ледоруб. Первой мыслью было, что это ледоруб Меллори или Ирвина и, следовательно, это и есть место гибели двух их товарищей. Но затем вспомнили, что Оделл видел Меллори и Ирвина в последний раз где-то выше второй ступени.

От местонахождения ледоруба Вин-Харрис и Уэджер пытались траверсировать скальный склон северного ребра, с тем чтобы выйти на его гребень. Но этот путь оказался сложным, и они были вынуждены продолжить движение параллельно гребню. В 12 часов 30 минут достигли при-' мерно той же высоты, что и Нортон в 1924 г. Перед ними встала проблема — что делать дальше? По их мнению, отсюда до вершины потребуется не менее четырех часов, да и спуск займет не меньше. А это значит, что возвращаться они будут уже в темноте. Такого риска допускать они не имели права. И они... повернули обратно.

Через день, 1 июня, к вершине вышла вторая двойка — Шиптон и Смит. Однако вскоре Шиптон почувствовал недомогание и вернулся. Это уже предопределяло срыв штурма данной двойкой. Но Смит продолжал подниматься вверх.

Как позже рассказывал Смит, он достиг примерно той же высоты, что и предшествующая двойка. И здесь, неосторожно наступив па свободно лежащий на плите камень, сорвался и начал скользить по склону. К счастью, ему через несколько метров падения удалось задержаться. После этого о продолжении подъема он не мог и думать.

Других попыток штурма вершины за время этой экспедиции не предпринималось. Погода стала резко ухудшаться. Руттледж, полагая, что уже подошел муссон, принял решение прекратить работу экспедиции. И снова, как в 1924 г., восходителей отделяло от вершины около 300 м, и эти метры вновь оказались непройденными.

В 1934 г. экспедиций на Джомолунгму не проводилось. В этом году отмечалась лишь безрассудная попытка англичанина М. Уилсона достичь вершины Джомолунгмы в одиночку.

Не получив разрешения властей на восхождение, он отправился в Гималаи под видом носильщика и проник в Тибет, переодевшись тибетцем. Здесь он нанял нескольких носильщиков и отправился к вершине. Там Уилсон безуспешно пытался выйти на Северный перевал. Он не останавливался в непогоду, не считался с усталостью носильщиков, стремясь к вершине в каком-то исступлении. И, когда носильщики, поняв безрассудность мероприятия, оставили его, Уилсон пытался продолжать путь один. Но все его попытки, как это стало ясно из найденного позднее его дневника, оказались тщетными. В 1935 г. его труп был найден в начале подъема на перевал Чангла.

И снова англичане встали перед проблемой — что же вновь помешало пройти последние 300 м до вершины? Опять, как и до этого, они проанализировали каждый шаг теперь уже двух экспедиций (1924 и 1933 гг.). Снова усиленно поработали над снаряжением и планами и решили провести очередную экспедицию в 1935 г. Но выполнить такого намерения они не смогли. Разрешение пришло слишком поздно. Времени па окончательную подготовку оставалось весьма мало. Учитывая же, что разрешение было действительно с июня 1935 по июнь 1936 г., они решили послать в 1935 г. небольшую экспедицию, а основную готовить на 1936 г. Перед экспедицией 1935 г. были поставлены ограниченные задачи: проверить заснеженность путей к вершине в послемуссонный период, детально просмотреть северо-западный гребень и бассейн ледника Канчунг, собрать материалы для расширения обзорной карты 1921 г., а также проверить готовность части кандидатов в экспедицию 1936 г.

Руководителем экспедиции 1935 г. стал Э. Шиптон. В состав группы альпинистов вошли: Г. Тилман, Э. Кемпсон, Е. Уигрем, Ч. Уоррен (врач), а также новозеландец Л. Брайен. Группу топографов возглавил М. Спенсер.

К северным склонам Джомолунгмы экспедиция прибыла в июне. Но она не сразу приступила к выполнению основной задачи, а потратила две недели на исследования северо-восточной группы гор, расположенной в 70 км от цели их экспедиции. Ее участники прошли здесь ряд ледников и совершили восхождения на отдельные вершины. Когда же участники экспедиции прибыли 4 июля к леднику Ронгбук, то увидели Джомолунгму почти чистой от снега. Сначала это им показалось непонятным, но позднее выяснилось, что муссон запоздал в этом году на целый месяц.

Здесь англичане проявили большую оперативность — в течение недели они произвели заброску лагерей вплоть до Северного перевала и попытались отсюда покорить вершину Чангзе (7537 м), но успеха в этом не добились и были вынуждены вернуться с высоты 7100 м. Погода тем временем стала резко ухудшаться. Теперь уже действительно пришел муссон. К удивлению альпинистов, он захватил вершины Главного хребта, но не коснулся его северных склонов. Создавалась довольно благоприятная обстановка для восхождений. Воспользовавшись этим, участники экспедиции переключились на покорение менее высоких вершин и в этом достигли немалого успеха. Были покорены три семитысячника: Картафу — 7221 м, Келлас-рок — 7065 м и Карта-Чангри — 7032 м, а также более двадцати шеститысячпиков.

Участники экспедиции в полной мере выполнили свои задачи и этим в значительной степени способствовали подготовке экспедиции 1936 г.

Экспедицию 1936 г. вновь возглавил X. Руттледж. В состав ее альпинистской группы вошли: Э. Шиптон, Ф. Смит, П. Вин-Харрис, Э. Кэмпсон, Э. Уигрем, П. Оливер, Д. Гевин, Ч. Уоррен и Ч. Моррис. Были намечены и штурмовые двойки: Смит — Шиптон, Вин-Харрис — Кэмпсон, Уигрем — Уоррен.

По тактическому плану предусматривалось организовать штурмовой лагерь на высоте 8500 м. Оставшиеся 350 м по высоте до вершины предполагалось пройти за один день, включая и спуск.

К леднику Ронгбук экспедиция прибыла 25 апреля, но уже через пять дней начались снегопады. Считая их временным ухудшением погоды, участники экспедиции развернули энергичную подготовку пути к вершине. Уже 8 мая был создан лагерь 3 (6400 м), а 15 апреля Шип-топ и Смит с 36 шерпами достигли места лагеря 4 (6985 м). На Северном седле альпинисты были 18 мая. Обстановка складывалась тяжелая. Здесь уже был слой свежего снега в 70 см, а погода не улучшалась. Только теперь им стало ясно, что это не временное ухудшение погоды, а муссон, который в этом году пришел значительно раньше обычного. И экспедиция на этом закончилась.

Подготовка к следующей английской экспедиции вновь заняла два года. Она отличалась от всех предшествующих экспедиций тем, что участники ее решили отказаться от всякого комфорта, в том числе и от разнообразия в питании.

В число восходителей входили: Г. Тильман (руководитель), Э. Шиптон, Ф. Смит, Н. Оделл, П. Оливер, Ч. Уоррен, П. Ллойд. К леднику Ронгбук экспедиция прибыла 6 апреля 1938 г.

Уже с подходов к месту базового лагеря альпинисты увидели, что на склонах Джомолунгмы почти нет снега. Это радовало их, обещая хорошие условия штурма.

Однако движение к вершине не начиналось. Все были заняты разбивкой первых трех лагерей, самый высокий из которых располагался перед подъемом к Северному перевалу. Начинать обработку пути к перевалу альпинисты оказались не в состоянии. Многие из них мучались кашлем, у некоторых болело горло. Все чувствовали себя серьезно простуженными. Тогда Тилман решил дать им отдохнуть. Для этого они перешли перевал Лакпала и спустились по долине реки Карта к реке Арун. Здесь, на высоте 3400 м, в организованном лагере они провели почти две недели. В мае возобновились работы по прокладке пути. Первый раз они поднялись на перевал Чангла 28 мая.

Начавшаяся непогода заставила их отступить и спуститься в нижние лагеря. Вновь они поднялись на перевал 5 июня. На следующий день установили лагерь 5 на высоте 7864 м, а 8 июня — лагерь 6 на высоте 8291 м. Отсюда до вершины оставалось еще 500 м. Путь от перевала Чангла до лагеря 6 оказался тяжелым. Движению мешал слой свежевыпавшего снега, но, несмотря на это, Тилмап решил отсюда выходить на вершину. Попытки предпринимались дважды (9 и 11 июня). В ходе их Тилман, Шиптон, Смит и Ллойд упорно пытались достичь вершинного гребня. Слой сухого порошкообразного снега сильно затруднял движение. Быстро нарастала усталость. Создавалась реальная опасность срыва. На высоте 8400 м как первая, так и вторая попытка “захлебнулись”. На этом закончилась экспедиция 1938 г.

Так закончились все английские экспедиции на Джомолунгму в тридцатых годах. Ни одной из них не удалось превзойти достижение экспедиции 1924 г. Вместе с тем они позволили достаточно изучить район высочайшей вершины мира, сам массив и условия штурма.

Штурмы Нангапарбат. Как говорилось выше, альпинисты Германии в 1932 г. проводили экспедицию на Нангапарбат. Тогда они достигли гребня от пика Ракхиот к “Серебряному седлу”. Это было уже значительным достижением первого периода развития восхождений на высочайшие вершины мира. Немецкие альпинисты нашли правильный и наиболее безопасный путь к вершине Нангапарбат.

Наступил 1934 год, и альпинисты Германии вновь организуют экспедицию на этот восьмитысячник. Возглавил ее В. Меркль. Группа альпинистов подобралась сильная. К участникам прошлой экспедиции П. Ашен-бреннеру и Ф. Бехтольду присоединились П. Мюльриттер, Э. Шнейдер, В. Вельценбах, У. Вилланд и А. Дрексель. Да и научная группа была весьма квалифицированная: картограф Р. Финстервальдер, географ В. Рехль и геолог П. Миш. Врачом экспедиции был В. Бернард.

“Сказочной поляны” экспедиция достигла уже 19 мая. Но в это время она была неузнаваемой. Вместо роскошного ковра цветов перед ними лежали снежные сугробы. Отсюда были отпущены 500 носильщиков, экспедиция осталась с 35 носильщиками (шер