...Хребет, который мы штурмовали был довольно примечательным, именно через него проходила трасса Анзобского перевала. Работала она всего месяца три-четыре в году и была единственной прямой ниточкой соединяющей север и юг Таджикистана. Сейчас через него проделали тоннель, а тогда это место было своего рода горячей точкой. Склон и подножие хребта было завалено техникой, упавшей по каким либо причинам с этого перевала. И на самом деле, дорога вырубленная в скалах, была настолько узкой, что разъехаться двум машинам было очень не просто. На серпантине было много поворотов на 180 градусов и не существовало ни какого ограждения. После каждой аварии ее пытались закрыть, но безуспешно.
В какой то момент у геологов появилась машина, обычный газончик, с обычным водителем кавказской наружности, по слухам отсидевшего с десяток лет. Ее цель была, облегчить труд, студентов и геологов работающих на стороне хребта с дорогой. Утром нас довозили, почти на самый перевал, а от туда мы уже по своим маршрутам сами спускались вниз к лагерю.
В один из дней, мы поднимались на машине к перевалу как обычно, человек восемь в кузове и начальник геологов в кабине. Однако, наверху у перевала разыгралась сильная непогода, налетел туман со снегом и продолжать свой маршрут естественно ни кто не решился, мы поехали обратно в низ. В кой-то момент сидя на скамейке, я почувствовал, что машина на спуске постоянно набирает скорость. Но думать о причинах скоро стало невозможно, началась такая сумасшедшая тряска, что сидеть уже было ни как нельзя. Приходилось держаться двумя руками за шпангоуты тента машины и пытаться удержаться при каждом повороте газончика, что бы не вылететь за борт. Ноги при этом совершали какую то дикую пляску в такт с лязгом зубов.
Грохот машины был настолько сильным, что можно было кричать во весь голос, совершенно не опасаясь, что тебя услышит кто-то рядом, впрочем наверняка кто-то и кричал. Весь этот ужас продолжался минут двадцать, хотя казалось, что время потеряло счет. Руки державшиеся мертвой хваткой за деревянные дуги, в какой-то момент перестали ощущаться, невозможно было предугадать в какой момент они могли отцепиться.
Но все закончилось так же быстро, как и началось, в какой-то момент машина остановилась и повисла немая тишина. Ее нарушил звук открывшейся дверцы кабины и дикий гогот водителя. Высунувшись из-за борта мы увидели, как в сторону речки на полусогнутых убегал начальник геологов. Сквозь гогот водила пояснил, - "шьтаны стырать побежаль!" Было конечно смешно, но смеяться почему-то не очень хотелось, отказавшие тормоза у машины, смертельный спуск с обосравшимся начальником, все это перекрывало ощущение новой жизни подаренной кем-то...
В какой то момент у геологов появилась машина, обычный газончик, с обычным водителем кавказской наружности, по слухам отсидевшего с десяток лет. Ее цель была, облегчить труд, студентов и геологов работающих на стороне хребта с дорогой. Утром нас довозили, почти на самый перевал, а от туда мы уже по своим маршрутам сами спускались вниз к лагерю.
В один из дней, мы поднимались на машине к перевалу как обычно, человек восемь в кузове и начальник геологов в кабине. Однако, наверху у перевала разыгралась сильная непогода, налетел туман со снегом и продолжать свой маршрут естественно ни кто не решился, мы поехали обратно в низ. В кой-то момент сидя на скамейке, я почувствовал, что машина на спуске постоянно набирает скорость. Но думать о причинах скоро стало невозможно, началась такая сумасшедшая тряска, что сидеть уже было ни как нельзя. Приходилось держаться двумя руками за шпангоуты тента машины и пытаться удержаться при каждом повороте газончика, что бы не вылететь за борт. Ноги при этом совершали какую то дикую пляску в такт с лязгом зубов.
Грохот машины был настолько сильным, что можно было кричать во весь голос, совершенно не опасаясь, что тебя услышит кто-то рядом, впрочем наверняка кто-то и кричал. Весь этот ужас продолжался минут двадцать, хотя казалось, что время потеряло счет. Руки державшиеся мертвой хваткой за деревянные дуги, в какой-то момент перестали ощущаться, невозможно было предугадать в какой момент они могли отцепиться.
Но все закончилось так же быстро, как и началось, в какой-то момент машина остановилась и повисла немая тишина. Ее нарушил звук открывшейся дверцы кабины и дикий гогот водителя. Высунувшись из-за борта мы увидели, как в сторону речки на полусогнутых убегал начальник геологов. Сквозь гогот водила пояснил, - "шьтаны стырать побежаль!" Было конечно смешно, но смеяться почему-то не очень хотелось, отказавшие тормоза у машины, смертельный спуск с обосравшимся начальником, все это перекрывало ощущение новой жизни подаренной кем-то...
Добавить публикацию