Форум

5. р. Пулоньга
После слияния характер Пулоньги меняется: широкие глубокие плесы взаимно сменяются узкими извилистыми перекатами, где ручная проводка байдарки по низкой воде становится необходимой. Обозначенные на карте пороги как раз и являются такими перекатами, иногда следующими один за другим, что сильно замедляло наше продвижение. В какой-то момент, когда глубокие плесы между быстринами сменились одной бесконечной галечной мелью, было решено сменить «сплав» на пешую прогулку, поскольку камни теперь стучались в днище лодки без остановки, и выходить из-за попадания на мель приходилось чуть ли не ежеминутно. Сами перекаты тоже зачастили, причем перепады высоты на них заметно увеличились, и проведение Щуки приходилось предварять разбором намеченной части русла от торчащих из воды камней, насколько хватало сил, разумеется. Сразу скажу, что такой способ прохождения: один – по берегу, второй – ножками по воде с лодкой под мышкой, с обоюдным протаскиванием через мели на перекатах с разбором камней на пути, стал доминирующим по времени (и, может быть, даже расстоянию) на всем протяжении этой красивой речки. Что ж, зато отсутствие воды сполна компенсировалось дарами Природы во всех формах и, как я упомянул, красотой самой реки, ее окрестностей и обитателей. Помимо оленей, с любопытством нас рассматривающих вблизи и издалека, нам на Пулоньге встретились и разнообразные пернатые: утки, лебеди, пусть и не в том количестве, что на Пурначе, стаи гусей, состоящие из десятков особей и нескольких еще не летающих гусят, орлан-белохвост и множество парящих наверху ястребиных типа коршуна. Ну и, конечно, следы обитания и пребывания медведя идут повсеместно на всем протяжении реки. Самих мишек мы на Пулоньге не видели, только на Романове, но по плотности их троп, лежек и куч, черно-синих от ягодного поглощения, это, наверное, самое насыщенное ими место на Кольском из тех, что мы видели. Именно на Кольском, с Сахалином не сравниваю .
В устье правого маловодного притока Медвежий, кроме традиционных щуки и окуня, была поймана самочка форели (brown trout) на 2 кг, первый лососевый трофей после Поноя. Мы, грешным делом, рассчитывали на хариус в верховьях, и даже под это дело тащили лишние 2 кг соли, поскольку вяленый хариус, по нашему опыту, – это вкуснейшее блюдо из данного вида нежнейшей рыбы, но увы, нет в Пулоньге хариуса! Вообще, как класса! То ли никогда его там не было, то ли его полностью сожрала расплодившаяся в этих местах щука, но все попытки добыть эту рыбу на всем протяжении реки оказались бесплодными.
Полноценно сесть в лодку и поплыть, и не так, чтобы до следующей мели за поворотом, а достаточно надолго, удалось только через километр после впадения стелющейся между камней Ниж. Развилы. Отчасти, этому способствовал и длительный плес, предваряющий вход в кейвы. Пулоньга в это месте достигает невиданной доселе ширины метров за 50, продолжительные песчаные отмели и пляжи перестают быть редкостью, а самое главное, царство кустарника с мелкими вкраплениями берез сменяется хорошим лесом то по правому, то по левому берегу.
Кейвы в этом месте представляют собой широкую, свыше километра, вытянутую сопку с частыми островками берез на практически непрерывном ягельном ковре. По ее центру идет широкая вытоптанная тропа, свидетельствующая о частом прохождении тут сухопутных путешественников, а с достаточно обрывистого берега Пулоньги открывается красивый панорамный вид на окрестности.
Характер самой реки резко меняется. Если на участке до кейв ее падение составляло 5 м на 10 км, то после вхождение в них за следующие 7 км разница в высоте составила уже 30 метров! А поскольку ширина русла остается практически неизменно широкой на протяжении всех кейв, то по малой воде Пулоньга в этом месте представляет собой бесконечный сад камней с текущей между ними водичкой. Основного русла тут нет, и нам постоянно приходилось выбирать максимально полноводные ручейки, чтобы, раскопав участок на намеченной траектории, протащить по нему байдарку. Промучившись так полтора часа над километром пути, мы сменили формулу передвижения на волок и по левому берегу дошли до окончания кейв. Тут, несмотря на то, что река сужаться пока не планировала, хотя бы было не так много валунов, и всегда удавалось найти тот или иной поток, достаточный для проводки груженой лодки.
Оба берега теперь были практически зеркальным отражением друг друга: галечный берег ступенькой переходил в горизонтальные узкие полянки с можжевельником и березами, удобные для лагеря, по крайней мере в это сухое лето, которые с противоположной стороны ограждались крутыми стенами тянущихся высоток с густым смешанным лесом.
Попытки облавливать пороги и скоростные участки в самих кейвах и после них в поисках форели оказались абсолютно бесперспективны: в заводи или на течении, за валунами или на галечнике, на черные или белые, желтые или любые другие блесны шла только щука, щука и щука. Так, например, в устье правого притока 141.2 за первый десяток забросов было вынуто 8 щук среднего размера (временно размещенные в углублении обмелевшей части Пулоньги во избежание повторной поимки, впоследствии отпущены) без малейшего намека на форель, кумжу или чего-нибудь в этом роде.
Зато среди царства подосиновиков были, наконец, найдены первые белые грибы. В штучном количестве, к сожалению, но для усиления вкусовых свойств жареного ассорти, из вышеназванных подосиновиков, подберезовиков, сыроежек и ежевиков, хватило.
Описанная картина Пулоньги простирается километров 15 после кейв, и практически все это расстояние было пройдено привычно ножками: как одной половиной экипажа по берегу с веслом, так и другой половиной по бесконечной мели с носовой веревкой от лодки на плече. Только в районе правого притока Ягельный, где начался долгожданный плес с красивыми песчаными отелями, нам удалось перейти к запланированной цели любого водного путешествия, т.е. непосредственно к сплаву. Речка в этом месте традиционно широкая с обрывистыми травянистыми берегами, так что если не рассматривать для стоянки песчаные берега, а нацелиться на высотки с лесом, то удобный подход к воде придется поискать. Такое место мы нашли по левому берегу, не доходя километра до правого притока Пахтенный. Пулоньга здесь широкая и глубокая, так что, сделав пару шагов, оказываешься уже по шею в воде; а вот течения, как и на большинстве плесов, не ощущается. Разнообразие ягод из голубики, черники и нечастой морошки пополнила дикая красная смородина. Ее кусты в этом месте растут в избытке, радуя глаз обилием красных гроздей. Однако, не только человеку нравятся ее зрелые плоды: вдоль медвежьих троп ягоды смородины оказываются хорошо подчищены и, как следствие, красными виньетками украшают многочисленные мишкины черные кучи, а в полосе у берега, где смородины было больше всего, я наткнулся на очередную группу глухарок, явно недовольных моим появлением, судя по раздраженному тону их кудахтанья.
Плес заканчивается сужением реки и началом скоростного отрезка. Уже не все обозначенные на карте «пороги» на самом деле являются обыкновенными перекатами с тем или иным перепадом высоты, несколько выходов рельефных скал образуют хорошие пороги с полуметровыми сливами. Огромный тур из камней на левом берегу в точке 89.9 молчаливо предупреждает о грядущем водопаде, как обозначен на карте («вдп 2») этот массивный двухступенчатый непростой для прохождения порог. Мы, разумеется, без страховки и внешней связи с миром в виде спутникового телефона рисковать прохождением права не имели и провели байдарку через обе ступени на веревках.
А вот следующий тандем «вдп 3» сплавом уже не пройти. В этом месте Пулоньга входит в каньон, и если первый из обозначенных водопадов представляет собой череду каскадных вполне проходимых порогов, то окончанием каньона после 200-метрового затишья является действительно вертикальный водопад метров четырех-пяти. Особенно внушительно он выглядит, если подплыть к нему снизу – грандиозное впечатление создается массой летящей вниз между отвесными черными скалами воды, причудливыми островками белой пены, насыщенным водяным паром воздухом и перманентным грохотом, которым все это сопровождается.
Обнос каньона стартует по правому берегу прямо перед входом в каменные щеки с первым порогом. Обнос метров на 800, но очень непростой: скальные выходы чередуются с болотами, зажатые холмами низины похожи одна на другую и частью заросли ивняком, так что компании лучше не разделяться, особенно при первом или сумеречном прохождении. Тропинка, заметная поначалу, вскоре исчезает, и полагаться на нее не стоит. Шумящая река остается где-то слева со своим порожистым изгибом русла, а путь по прямой следует подтверждать навигатором или компасом. Несколько раз за этот непродолжительный маршрут мы выходили на скальный холм, отвесно обрывающийся своей противоположной стороной, что требовало от нас очередного кольца для обхода. Спуск к разливу после водопада возможен только из одной ложбины между сопками и достаточно крут, так что с рюкзаками нам пришлось непросто на этом склоне, благодаря, в том числе, и уже опустившейся темноте.
Галечный откос, на который мы в результате вышли, по всей видимости, служит местом стоянки для любой группы, идущей по Пулоньге. Тут были не только сложенные из камней очаги прошлых кострищ, но и, к сожалению, раскиданный мусор в виде оберток и фантиков, встречающихся время от времени на берегу. Особенно грустной была куча из пластика, бинтов и какого-то другого выброшенного дерьма, заваленная несколькими камнями недалеко от воды. Поразительно, насколько одновременно безмозглыми и ленивыми могут быть человеческие создания! Вместо того, чтобы за 10 минут сжечь за собой сотнями лет разлагающийся пластик, который первым половодьем вымоет в окружающий лес, надо было все собрать в аккуратную кучу напротив водопада и обложить камешками, наверно, от ветра. Это, конечно, все цветочки по сравнению с дикими местами по России с автодоступом (невольно получился оксюморон), но отсутствие минимальных основ какой-либо культуры у значительной части населения моей страны просто поражает! Они же сами брезгливо кривят губы, приехав на какую-нибудь полянку с битым стеклом, чтобы через пару часов или дней оставить после себя в десятки раз больше мусорных отходов, равномерно покрыв место своего пребывания. Чтобы в следующий раз, приехав на это место, скривиться еще больше. Но подобная взаимосвязь событий слишком сложна для их понимания, а моральное уродство этих перманентно «встающих с колен» обывателей, сопровождающееся тупой уверенностью в собственной непогрешимости на не обезображенных интеллектом лицах, к сожалению, исключает какую-либо надежду на успех от внешнего донесения азов культуры и быта на Природе до подобных неандерталов.
Но с моей стороны было бы несправедливым считать хозяевами этой кучи исключительно туристов, сплавляющихся по Пулоньге. От ее устья и, соответственно, Белого моря до водопада по прямой меньше 10 км, и некоторые группы забрасываются морем в устье, чтобы в один из дней пешком пройти до водопада и, может быть, даже радостно насвинячить. Помимо природных красот, достойных любой фотоколлекции, путешествующих сюда привлекает стоящая перед водопадом семга, уже в фиолетовой окраске и потому более склонная к атаке на блесну, чем при заходе в реку. Ее тут, тем не менее, не так много, как можно, в принципе, ожидать от участка, предшествующего непреодолимой для ее подъема преграде. Об этом можно судить как по редким всплескам, так и по достаточно случайным поклевкам, так что не уверен, что все, преодолевшие от устья путь в 20 км туда-обратно за весь день, возвращаются довольные рыбалкой.
Но это все мы узнали уже позже, когда доплыли до устья, а за те несколько дней, проведенных в этом чудесном месте, ничего кроме упомянутого штучного бескультурья не свидетельствовало о присутствии человека в этих краях. За это время прошло несколько продолжительных ночных дождей, и уровень воды в реке заметно поднялся. Особенно это было заметно по водопаду, поток воды которого закрыл центральный выступающий валун. Так что дальше мы поплыли «по-человечески», практически не касаясь камней и выходя только для проводки нескольких порогов. Левый приток Лудяной в километре от водопада внешним видом не отличается от предыдущих притоков, малахольно струясь по трехметровому каменному ложу. Зато недалеко от его впадения обнаружилась небольшая полянка, поросшая дикой облепихой – первый раз нам встретилась на Кольском эта ягода.
Где-то через километр-полтора после правого притока Смольный Пулоньга входит в двухкилометровый каньон с отвесными каменными стенами с обеих сторон. В его первой половине один за другим следуют достаточно непростые пороги с высокими сливами, далее, судя по карте, должен быть «вдп 2», но мы его четко не диагностировали – не в каждом месте удавалось подойти сверху к обрывистому краю, а на расстоянии, да еще с 10-метровой высоты, достаточно сложно точно определить, какой именно порог советские картографы отнесли к категории «вдп». Одно было ясно – обнос неизбежен! Вначале мы разведали тропу по левому берегу, но отказались от волока по этой стороне из-за ее сложного рельефа (камни, кусты, болота) и отсутствия благоприятного спуска после всех препятствий. К тому же сам каньон изгибается полукругом на восток, поэтому стратегически более выгодным казался издалека выглядевший ровным правый берег. Действительно, прохождение по нему оказалось вполне рабочим. Немного мешали небольшие кусты на отдельных участках сухого болота, но идти, в целом, было намного проще, чем на предыдущем обносе. Мы шли по прямой, сокращая путь, непосредственно к предварительно разведанному узкому поросшему лесом участку, по которому, несмотря на его крутость, можно спуститься к реке. Справа и слева от этого места идут высокие отвесные скалы, оставляя такое окошко единственной видимой возможностью для спуска на воду в середине каньона.
Заключительный участок до устья мы проплыли практически без проводок и даже пропустили порог в самом конце, который опять же был отнесен к «вдп 2». Пулоньга заканчивается широким заливом, отгороженным от моря холмистой косой, оставляющей на востоке 50-метровый выход в море. Мы попали в прилив, что очень нам помогло пройти завершающий участок – полный отлив через несколько часов сделал его практически непроходимым. Тандем сильного юго-западного ветра и высоких волн фактически сразу отбросил нас к левому берегу, на котором как раз разместилась небольшая избушка Владимира «Кошуры». Человек он известный по всему Терскому берегу и совершенно независимый, как нам показалось. Владимир огорчил нас случившейся полдня назад сменой ветра: спокойный северо-восточный, доминирующий тут в течении нескольких недель, сменился на необузданный «южак», разбаламутивший Белое море, этим поставив под вопрос наш морской переход до Пялицы. И действительно, как в подтверждение его слов, очередные волны залива (!) накрыли нашу припаркованную на песчаной отмели Щуку, наполнив ее водой, а очередной порыв ветра сложил натянутый тент туристов, разместившихся в палатках прямо за избушкой.
Свою палатку мы поставили в углублении фундамента старой развалившейся на дрова соседней избы. Это нам дало защиту от постоянного ветра как для палатки, так и для очага, вкупе с обилием дров для готовки. Единственное, задуваемый песок забивался во все щели, и было сложно, например, испечь блины, сохранив их в не хрустящем на зубах виде. За питьевой пресной водой приходилось ходить по тропинке к Пулоньге чуть повыше последнего порога, метров 800 от места нашей стоянки. Этот лагерь стал седьмым для нас на этой замечательной речке. В итоге от начала сплава, точнее спуска, по реке мы прошли 84 км, затратив по такой воде на прохождение 6 полных ходовых дней, которые включали 4 обноса (2 в верховьях и 2 каньона) и километров 25, пройденных пешком по мелководью.
Несмотря на то, что до вертолета было еще несколько дней, мы стремились поскорее пройти сложный и непредсказуемый участок Белого моря в 23 км, чтобы не пролететь мимо рейса 5-го сентября, на который мы были записаны. Однако, наполовину собравшись к 8 утра следующего дня, мы обнаружили, что слегка затихшее к рассвету море снова разошлось под напором усиливающегося юго-западного ветра, приобретя белый цвет от ниспадающих волн. В заливе покачивался синий баркас Витязь, привезший ночью очередных туристов из Северодвинска. Его капитан Александр поделился с нами пессимистичным прогнозом погоды на ближайшие дни, любезно выделив для фотографирования почасовую распечатку на этот регион с указание силы и направления ветра, высоты волн и их ожидаемыми промежутками. Таким образом, у нас образовалась незапланированная дневка, которую я потратил на рыбалку на Пулоньге.
Семгу мне здесь на спиннинг поймать так и не удалось, хотя ее массивные всплески случались периодически, а вот серебряную кумжу разных размеров на жарку и соление я наловил достаточно быстро, несмотря на заверения соседних упомянутых туристов, что «тут ни семга, ни кумжа блесну не берут». При подъеме по реке уже за первым поворотом стояла тишь да гладь, только верхушки деревьев качались, и просто не верилось, что по соседству может бушевать штормовой ветер, закручивая столбы из песка в человеческий рост.

6. Белое море – Пялица
Сфотографированный прогноз оставлял щелочку в несколько часов на следующее утро, начиная с рассвета, когда вследствие планируемого затихания ветра и начала отлива волны не должны были быть особенно высокими. И, действительно, разведка в 6 утра показала спокойствие в целом на море, и мы начали судорожные сборы. Терять драгоценное время, чтобы приготовить завтрак и даже просто умыться, было признано нецелесообразным, так что, собравшись, мы просто прыгнули в байдарку и двинулись в путь. Четыре с половиной часа постоянной гребли позволили нам пройти до избы Бол. Кумжевая, в километре до устья одноименной речки. Собственно, мы и причалили на эту незапланированную остановку уже в состоянии изнеможения от постоянной борьбы на большей части этого отрезка со встречным окрепшим западным ветром и все нарастающими волнами. Да даже и не причалили, достаточно было просто перестать выгребать, и юго-западные волны выбросили наше судно на песок между камней, в очередной раз окатив с ног до головы.
Удивительным образом, но обычно пустующая изба оказалась заселена рыбаками из Северодвинска, выбравшимися сюда на пару недель. Нам даже удалось немного отогреться в тепле, несмотря на мокрую гидру – отчасти этому поспособствовала горячая уха, предложенная хозяевами, отчасти налитые 50 граммов, под которые мы достали ведерко наших фирменных самодельных маринованных грибочков.
Море тем временем разошлось не на шутку, подыгрывая усилившемуся встречному ветру. Несмотря на гостеприимное предложение остаться тут до утра следующего дня, мы решили попробовать завершить начатое и доплыть до Пялицы, не откладывая этот изматывающий труд на другой, не обязательно спокойный по погоде день. Отплыть сквозь накатывающие валы удалось только со второго раза, первая попытка закончилась резким разворотом байдарки на 90 градусов с последующим ее выплевыванием вместе с нами обратно на берег. Преодолев прибой и отойдя от берега, мы вновь оказались один на один со стихией. Даже уток уже не было, как в первой половине пути, когда отдельные стайки, периодически взлетали при приближении лодки. После Романова это, наверно, был самый сложный отрезок пути. Волны шли с постоянной частотой, заставляя массово отчерпываться каждые полчаса, остатки сил исчезали, а берег как-будто не двигался из-за продольных однотипных холмов. Только редкие большие белые кресты, поставленные на возвышенностях в устьях рек паломниками в прошлом году, давали нам возможность убедиться в медленном, но все-таки продвижении вперед. Особенно крупные валы, заранее выделяющиеся из общего ряда, можно было преодолевать только перпендикулярно, иначе они обрушивались на лодку боком, угрожая возможным оверкилем.
Появление далеко вдали четырех высоких столбов-ветряков, обозначающих Пялицу, заметно придало нам сил, обозначая видимый конец нашим мучениям. Однако потребовалось еще почти три часа, чтобы спрятаться от шторма, войдя в устье Пялицы. Итого за 10 часов каторжного труда мы прошли по морю всего 23 км, не учитывая двухчасовую остановку у рыбаков примерно посередине пути.
Лагерь был устроен в северо-западной части острова в устье Пялицы, прямо напротив первого по нашему ходу (и по карте) порога. До села было около километра по хорошо натоптанной тропинке, которую мы без труда нашли на следующий день, когда пришли подтвердить свою запись на вертолет и немного подхарчиться цивилизованной жратвой из локального магазина. На открытой метеостанции удалось позвонить домой по работающему по карточкам таксофону. Самих карточек, правда, не купить, – надо с собой везти (от Почты России), но нам минуту милостиво одолжил местный паренек, а на определившийся на мобиле номер сразу по нашей просьбе перезвонили для разговора родные.
Работающие 4 ветряка, как нам рассказал обслуживающий их Алексей, вместе с солнечной панелью полностью снабжают село электричеством, так что в каждой избе стоят все необходимые электрические аксессуары. Работает, правда, только один из них, остальные ждут подходящих моторов из Европы и просто пока крутятся, да и этот вырубается, если одновременно идет ветер и солнце, поскольку не сбалансирован с солнечной панелью – результат бюрократической закупки в разных, не связанных между собой конторах. Сами ветряки – пилотный проект по электрификации автономных труднодоступных поселений на Кольском, и если бы все было сделано с умом и ничего не было бы распилено или отхвачено по дороге, то из этой замечательной идеи действительно вышло бы больше толку. А пока только Пялица в свои 14 жителей живет с электричеством, покуда попеременно есть солнце или ветер и не сломался единственный мотор, и радуется ярким фонарям, освещающим до полуночи главную и единственную в селе улицу.
Одноименная река размером в разы меньше Пулоньги. В километре от нашего острова в устье, выше по течению, происходит впадение Усть-Пялки, небольшой речки размером с Пулоньгу в начале нашего сплава. Пялица же, напротив, заметно побольше и вполне сплавляема. Пороги чередуются с длинными плесами на протяжении нескольких километров от устья – выше я не поднимался. Традиционная, но редкая на поклевки кумжа стала моей единственной добычей; семга, хоть и прыгала вверх по порогу, но блесну игнорировала. Прямо напротив лагеря, облавливая первый порог, я увидел на противоположном берегу коричневого пушистого зверька с характерным хвостом – что-то типа куницы или норки. Изящный хищник спокойно дефилировал между камней вдоль реки, не обращая на меня никакого внимания, несмотря на узость реки в этом месте.
Рейсовый вертолет летает в Пялицу по пятницам, на обратном пути садясь в Чапоме. Во сколько будет борт можно узнать только утром в пятницу, так как именно в это время решается, куда полетит первый рейс, а куда второй: сюда или по маршруту Стрельна-Чаваньга-Тетрино. Утром, отнеся первой ходкой собранную лодку в село, я узнал, что следует быть готовым к вылету к 12, поскольку вертолет в эту пятницу начинал с Пялицы. Вылетавших отсюда было всего 4 человека, включая нас, правда, в Чапоме людей набилось под завязку – даже расселись с трудом. И это уже начало сентября! Так что очень рекомендую планировать подобный перелет заранее, записываться, и уж точно не на конец лета, когда число местных жителей с необходимостью сезонного перемещения может превышать возможности вертолетной транспортировки. Лететь в сумме два часа, при этом замеренная навигатором постоянная скорость вертолета составила 190 – 195 км/час.
Аэропорт в Умбе находится в 6 км от города, а автобусы на Кандалакшу отходят от ДК в центре – вечерний рейс в 19.50. Билеты приобретаются в кассе в ДК, начиная с 19, но можно не торопиться – аншлага нет даже в пятницу. Оставив рюкзаки в соседнем магазине у очень любезной продавщицы (до этого она собственноручно скачала расписание московских поездов для нас из интернета на телефоне), мы с удовольствием пообедали в расположенной неподалеку уютной семейной кафешке (квартал на юг по Беломорской улице), отметив, уже с примесью легкой печали, закрытие маршрута и возвращение в лоно цивилизации.
До Кандалакши идет асфальтовая дорога, средней степени побитости. Кто-то проскакивает эти 108 км за час, наш рейсовый микроавтобус шел медленно и осторожно, поэтому у нас ушло в два раза больше времени. Но торопиться в ж/д кассу стоит только по четным дням, когда есть поезд Мурманск-Адлер, отходящий из Кандалакши в 19.14, а 5-го сентября все московские поезда шли ночью, о чем мы были осведомлены еще в магазине Умбы.
Так что даже удалось закупить еды в работающем круглосуточно «Евроросе» в 15 мин ходьбы от вокзала и таким образом минимально подготовиться к пути домой.
Вместо заключения: Судя по найденным в интернете фотографиям, уровень воды в реке очень сильно меняет картину местности. Вот смотрю я, например, на Пулоньгу 2004 года и не могу узнать даже подписанные места! Как будто все другое: камней в реке нет, пороги бушуют белыми брызгами, трава у самого берега... Поэтому не исключаю, что мое описание этого маршрута может показаться в какой-то мере «странным» в более водный год, как это было в обратную сторону с нашим отчетом про Сосновку в 2012 г. В любом случае, единственное, о чем мне хочется попросить достопочтенного путешественника, решившего все-таки воспользоваться моими заметками – это не переставать уважать и, по возможности, любить Великий и Прекрасный Кольский Полуостров, уж коли вы решаетесь отдать ему значительную часть своего отпуска. А проявляется эта любовь в мелочах, особенно в мелочах: срубить, выбросить, поймать, etc. Может лучше, если можно обойтись, попробовать поискать, закопать, отпустить...
Вам так не кажется?


Василий Мигулин
Москва, 17.09.2014

Edited by asya on 20/10/14 03:56 PM.

Да. Места удивительные.

Я знал, Алексей, что Вы не пройдете мимо
По поводу трех волоков в начале маршрута: основным критерием, ограничивающим несомый вес, была моя спина с давней протрузией межпозвоночного диска. В 2008-м году, например, ограничение по весу стояло - 4 (!) килограмма. За несколько лет удалось подлечиться до нормы, но никаких рисков, особенно в таких путешествиях, я с тех пор стараюсь не допускать. Лучше прогуляться лишний раз, наслаждаясь красотами, чем из последних сил ползти по треку, проклиная окружающий мир. Опять же шансы на травмы или другие неприятности возрастают.
Но это на любителя. Кто-то предпочитает хоть тушкой, хоть чучелом, но время сэкономить. Дело вкуса и возможностей.
А по поводу мишки - тот дунул как ошпаренный, нас почуяв. Постремались мы немного, но вещи оставили, предварительно банки с тушенкой засунув в ил притока. И перенесли подъем на следующий день на пораньше, что в итоге сослужило нам добрую службу (АД проходили в течение дня под солнцем). Так что спасибо мишке!
ВМ

Да, конечно.
Мы перед Сахалином мохнатых тоже немного опасались, но после прочтения базовой литературы (об их повадках и поведении) поняли, что не стоит особенно нервничать. Не так все страшно, если соблюдать правила и не делать глупостей (например разбрасывать объедки или рыбьи потроха в месте лагеря). Ну и две отстрелянные гильзы всегда были в карманах рюкзаков.
Хотя пару раз, когда мишки отказывались уходить с рыбалки, а лодку течением несло прямо на них, было немного не по себе .

Мы посмотрели обе возможности волока. Найденный путь на Романов с остановкой на озере был признан оптимальным по двум причинам: прямолинейность и процент высоток. Волок через Амбарный более извилист (тут я подчеркну, что длина пути по приоритету ниже, чем поверхность, по которой надо идти; иными словами, лучше пройти 10 км по высоткам, чем 5 км по болоту-кочкарнику, ИМХО), а переходов между высотками больше, чем с Совиной на Романов. Плюс по Поною до Совиной меньше.
Итак, если бы на дворе был 2012 год, я бы признал наш волок ИДЕАЛЬНЫМ по всем признакам. Напомню, что в полноводном 2012-м мы проскочили отрезок от озера Романово до слияния с Пурначом за несколько часов. А по малой воде дискуссия остается открытой. Наверное, сейчас я бы попробовал бы Амбарный по малой воде.
Тогда вопрос, Алексей: на весь Амбарный у тебя ушло два дня, судя по значкам палатки. Сколько из этих двух дней удалось прогрести, сидя в лодке? Или все пешком на бечеве? Были ли обносы? Это 2013-й маловодный год.
При подъеме по Совиной в этом также "сухом" году (с конца июля) мы больше половины прогребли, что, понятно, более приятственно, чем топанье пешком по мокрым камням. Обнос был один в верховьях сразу после разделения русла: упавшая непроходимая елка. В 2012-м еще плюс два обноса полноводных ступенчатых порогов в низовьях Совиной.

На поезд мы сели 5-го поздно вечером, №285 - отправление в 00.01 уже 6-го сентября. Через сутки после твоего проезда, получается.
ВМ

Edited by asya on 22/10/14 01:36 AM.

Посмотрел еще раз фото Амбарного. Такого на Совиной, конечно, нет. Точнее, когда начался аналогичный постоянный "продир" и "протаск", мы сразу стали на волок. А это уже случилось после раздвоения.
Подъем по Совиной занимает два ненапряжных дня. По малой воде, что необычно, он даже проще - нет лишних двух обносов. Про волок на Романов я уже писал, это - мечта для променада . Остается сам ручей Романов, да... ух-х... вставляет не по-детски... "Но добавка водички возможно всё облегчит" и в этом случае. Даже не "возможно", а "скорее всего" - проверено 2012-м годом.
Так что по-прежнему для меня 50 на 50 по малой воде. А при достойном уровне оной - точно Совиная. (Если не учитывать желания разнообразия, ибо уже дважды насладились Романовым, а Амбарный пока только в теории.)
ВМ

Накануне вертолета я прошелся вверх по Пялице км на 5 от устья. В месте впадения Усть-Пялки валун, который на Вашей фото по центру реки, служил границей правого (по ходу Пялицы) берега, а саму Усть-Пялку можно было пересечь, не замочив обуви. Я еще тогда вспомнил Ваш маршрут я ужаснулся
ВМ

Спасибо!
Мы, правда, аккуратно его назвали "несъедобным" на фото. Даже не знаю, как лучше описать тогда Дерен Шведский.
Думаю, тут уместно провести аналогию с "несъедобными и ядовитыми грибами". Т.е. ягода, которую можно есть, но которая "неядовита, но рыхла и невкусна" (с) Википедия, скорее, относится к несъедобным, чем к съедобным, получается.
Как пример включение в аналогичный "несъедобный" грибной список рядовки, чернушки (!), рогатика, скрипицы и т.п. - вполне съедобных и вкусных при правильном приготовлении грибов.
ВМ

Ну были случаи отравления этими ягодами среди детей ( больница Лоухи 1976 год) но среди взрослых отравлений не было. Ягода не шибко вкусная и поэтому её никто и не ест! Хотя шикша по вкусу примерно такая же.Правда на вкус и цвет ......А вот по грибам это отдельный вопрос в отдельной ветке.Хотя из всех грибов ядовитый только один--бледная поганка, все остальное спокойно съедается при умелом приготовлении, и разумном употреблении!

умный в горы не пойдет,умный морем обойдет!

С удовольствием прочитала описание Вашего похода.  Зимой когда выбирали маршрут на лето, мне было поручено найти информацию по Пулоньге, ничего не нашла и все потому, что на некоторых картах река называется Пулонга (без "ь") вот ее то я и искала .  Выбрали Лосингу, которая давно манила некоторых членов нашей группы. Маршрут  понравился. Очень хочется поблагодарить Пашу Кольского за информацию о выброске с маршрута, все получилось очень здорово. На форуме недавно, как показать фотографии о походе не знаю.  Фотоальбомов никаких нет.

Ай-я-яй, Simona , нехорошо пропадать без вестей после интересного обсуждениямаршрута.

Рад за вас, что всё хорошо сложилось, но в каком направлении вышли так и покрыто тайной...
Что там... "летучий камень", не улетел ещё...?

Если где-то в и-нете разместили фотографии, то ,как на форуме сделать ссылку, написано здесь.

=== Попробую рассказать о походе ===

Было бы очень интересно. Для этого лучше запустить свою ветку в "Вестях с маршрута"; назвать, например "Лосинга 2014".

=== забрасывались в верховья Лосинги на вездеходе из Апатит ===

Сколько по времени заняла вездеходная заброска? Так понимаю: Дёмкино (бараки Кульйок) вы проезжали, проходил там, хорошее место и дорога неплохая для тех мест. Если не трудно, в какую точку верховьев Лосинги вас смогли забросить?